Ареал. Обреченные - Сергей Тармашев

Медведь подошёл ближе и всмотрелся в отпечатки. Несколько человек выжили и пытались выбраться отсюда. Все следы сходились в один перед дверью, а результаты этих попыток он видел снаружи. Окровавленное тряпьё — вот всё, что осталось от тех, кто выбегал через штатный вход. Ещё одна цепочка следов вела к оконному проёму, тому самому, перед которым на улице лежит тело бойца из второй группы. Выходит, здесь не спасся никто. Надо бы осмотреть казармы, но первым делом необходимо добраться до оружейной комнаты и медикаментов. Патронов осталось мало, а ведь скоро в Городке будет нашествие мутировавших падальщиков. К тому же ему раненого даже перевязать нечем, если таковой отыщется. Майор двинулся вглубь здания, бдительно обшаривая взглядом путь. Хоть казармы и чистые, но мало ли что…

Глухое хрипящее рычание донеслось из-за стены, и он остановился, беря автомат наизготовку. Что-то или кто-то словно царапало когтями бетон, то яростно и тихо подвывая, то так же тихо захлёбываясь. Медведь не сразу узнал в булькающих звуках бесноватый смех и окинул взглядом стену Похоже, хрип идёт из жилых кубриков, отсюда не пройти, всё завалено. Если только с обратной стороны здания, но в том, что это вообще стоит делать, майор серьёзно сомневался. «Ладно, об этом подумаем позже, сначала медикаменты».

Стараясь не шуметь, он прошёл к люку, ведущему в цокольный этаж. Бронированная створка оказалась наполовину отворена, на полу перед лестницей было сильно натоптано, а из черноты входного провала доносилось тихое шарканье, словно несколько человек бродили в темноте, натыкаясь на стены. «Спускаться вниз расхотелось, — отметил Медведь. — К сожалению, другого выхода нет». Он достал тонкую палочку химического фонаря, сломал её в кулаке и забросил в чёрный пролом. Шарканье тут же зазвучало сильнее, потом раздалось клацанье выключаемых предохранителей, и майор отпрыгнул в сторону от люка за мгновение до того, как грянули автоматные очереди. Засев за полуразвалившимся перекрытием, он взял выход на прицел. Внизу палили от души и очень даже грамотно: одновременно расстреляли фонарь, накрыли огнём лестницу и спустя пару секунд отработали по дверному проёму люка, ни разу не зацепив полузакрытую створку. «Наверняка кто-то из наших», — определил Медведь. Выстрелы стихли, и стало хорошо слышно, что скрежет за стеной усилился, а безумный смех зазвучал громче.

— Кто там? — донёсся снизу знакомый голос. — Есть кто живой и одновременно нормальный?

— Айболит? Ты чего палишь во всё, что шевелится?! — крикнул Медведь. — Так ведь и убить можно хорошего человека!

— Это не я, — ответили издалека, — Максимка с Шуриком из второй группы развлекаются! С ними Петруха из первой, и ещё кто-то, отсюда не видно!

— А чего им, делать больше нечего? — Майор сменил позицию на более удобную. Теперь он мог одновременно быть в укрытии и при этом оставаться за спиной у выходящих из люка людей. — На свете столько интересных занятий!

— Так видишь ли, Коля, они теперь, в некотором роде, не с нами! — отозвался Айболит. — Сердитые стали и неразговорчивые. Хоть бы песенку какую спели, а то сижу тут двое суток в темноте, тоска да и только!

— Зомбировало их? — спросил здоровяк, заранее зная, каков будет ответ.

— Угу, — донеслось мычание. — А ты как здесь оказался? Тебя ж вроде арестовали?

— Уже отпустили, — фыркнул Медведь. — Извинились, мол, ошибка вышла, бывает! Вот я вышел на улицу, смотрю, вокруг приятный летний день, над головой — ласковое зелёное небо, дай, думаю, загляну на базу, может, водички чистенькой нальют или шоколадкой вкусной у…

Из полуоткрытого люка вылетела граната, и майор отпрыгнул за кучу обломков. Взрыв больно ударил по ушам, вызывая резь, и десятки невидимых глазу осколков выгрызли из развалин целое облако крошева. Пространство у входа скрылось в столбе пыли. Медведь с автоматом наизготовку выглянул из своего укрытия и тут же короткой очередью разнёс показавшуюся из пылевой взвеси голову. Зомби рухнул, и пыль расцвела вспышками дульного пламени — его спутники вели огонь наугад, паля перед собой, и не догадывались, что противник находится за спиной. Майор длинной очередью перечеркнул полузакрытые пылью силуэты и прицельными выстрелами добил корчащихся на полу Зомби.

— Простите, мужики, — тихо произнёс он. — Кто же знал, что так оно выйдет… — Здоровяк болезненно потёр лицо и сменил магазин.

— Коля? — донеслось снизу. — Ты там живой?

— Живой, — хмуро ответил Медведь. — Их точно четверо было? Больше никого не осталось?

— Не знаю, — Айболита было едва слышно, — не видно мне отсюда. Но, думаю, никого. Я фонарь выбросил, они всегда на него кидались, а сейчас тихо.

— Понятно, — неопределённо хмыкнул здоровяк и, не снимая с прицела вход, осторожно подошёл ближе.

В темноте проёма угадывалось слабое синеватое свечение. Майор зажёг второй фонарь и швырнул его вниз, прислушиваясь. Ни шагов, ни других звуков слышно не было. Заходить вниз без броска гранаты не стоило, но если её нет, го выбор невелик. Он быстро осмотрел тела убитых Зомби. Как и следовало ожидать, гранат у них тоже не оказалось. Кто бы сомневался… Медведь вздохнул и подобрал с пола обломок кирпича.

— Граната! — заорал он, бросая обломок в проём люка, и тут же прыгнул следом, готовясь открыть огонь.

Внизу никого не оказалось. Лишь в конце сильно захламлённого коридора виднелась едва открытая дверь оружейки, освещённая таким же химическим фонарём. Двух источников света хватило для уверенного освещения помещения, и майор невольно остановился, окидывая взглядом представшую перед ним картину. Бронированную дверь в оружейную комнату заклинило осевшей потолочной плитой, и она не дошла до закрытия сантиметров двадцать — тридцать. И в этой узкой щели, словно поленница, одно на другом, было набито шесть мёртвых тел. С этой стороны он видел только нижние части туловищ, головы и грудь находились с другой. Похоже, их убивали в тот момент, когда они пытались пролезть в оружейку, трупы застревали, но следующие ползли прямо по ним. И так происходило до тех пор, пока штабель из мертвецов не стал слишком высоким…

— Айболит! — негромко окликнул санинструктора майор. — Ты в оружейке?

— В оружейке, — раздалось из-за двери. — А чего граната не взрывается?

— Это специальная граната, она взрывается только по четвергам и пятницам. — Медведь остановился перед дверью. — В ней особое взрывчатое вещество, гексокирпич… Айболит, я тут стесняюсь спросить, а ты вылезать оттуда вообще планируешь?

— Хотелось бы, — невесело отозвался тот. — Фонарь уже можно зажечь? Они на свет лезут, словно пчёлы на мёд.

— Зажигай, — разрешил майор, — лезть больше некому. Это ты их всех?

— Я, — печально ответил санинструктор. — Выбора не было. Выхода отсюда нет, не убежишь. — Из-за двери раздался лёгкий хруст ломающегося химического фонаря, и света стало больше. — Коля… — Айболит замолчал. — Ты не… не освободишь проход? Мне немного не по себе. Два дня на них смотрю… не знал, что Зомби умирают с открытыми глазами.