Наемники Судьбы - Юлия Федотова

– А мы к тебе в телохранители не нанимались!

– Разве не долг каждого мужчины защищать слабую женщину? – Игнорируя злую девчонку, Самитра обратилась к Хельги. Она смотрела на него в упор, требовательно, но при этом обольстительно.

Рагнар нахмурился еще сильнее.

«И чего тебя Ирракшана не сожрала?!» – подумал он с такой злостью, что сам испугался.

– Правда, Хельги, почему ты не помог бедной гоблинше? – разошлась Ильза. – Эти двое набросились на несчастную женщину, убили. А ты стоял и глазел! Фу!

Хельги вздохнул с искренним раскаянием. Наверное, в самом деле следовало помочь орчанке. Справедливости ради. Самитра продолжала делать вид, что Ильзы не существует вовсе:

– На меня набросилось чудовище, отвратительное, уродливое, а вы…

Хельги возмутился.

– Да уж не страшнее некоторых! – выпалил он от души. – Прежде чем других ругать, надо сперва на себя посмотреть!

Но Самитра, абсолютно уверенная в собственной красе даже не поняла, о чем он толкует. Ильза тоже, но на сердце у нее стало легко и весело.

– …Но что случилось с вами, Ваше Высочество? – ласково и встревоженно расспрашивал Рагнар. Он вел Самитру по тропе, поддерживая за локоток, будто фарфоровую. – Как очутились вы одна в таком опасном месте?

– Ах, друг мой! – скривила она в снисходительной улыбке капризные алые губы. – Это долгая и печальная история. Несчастья мои начались в тот день, когда отец мой, король Эттелии, решил выдать меня замуж. Ко мне посватался злой колдун Бронуш, правитель Дефта, маленького горного королевства, что лежит за третьей грядой, на самой границе с беззаконным Аполидием. Я отказала гадкому Бронушу, сказала, что никогда не стану женой злодея-некроманта. Но тот не смирился с отказом. Силами темных чар он похитил меня из родного замка, повез в горы.

По пути мы попали в засаду – целый отряд кровожадных орков набросился на нас. Колдун долго сопротивлялся, пока силы его не иссякли. Тогда чудовища разорвали в клочья его грязное тело, а я стала их добычей. Меня потащили в горы, на север. О, как же страдала я, связанная по рукам и ногам грубыми ремнями, как впивались они в мое нежное тело! Но Силы Судьбы благоволили мне. Орк беспечно оставил подле меня свой меч, я смогла освободиться и бежать. За мной снарядили погоню, одна тварь уже настигла меня. Но тут явился ты, о мой благородный рыцарь! – Нежные пальцы коснулись руки Рагнара. Сердце принца затрепетало.

– Теперь вы в безопасности! Мы отведем Вас в Эттелию! – воскликнул он, даже не посоветовавшись с остальными.

Впрочем, никто не возражал, ибо Эттелия была как раз по пути.

Хельги слушал рассказ Самитры, и его не покидало смутное беспокойство. Что-то не стыковалось в этой трогательной истории, хотя звучало все вполне правдоподобно, – почему-то она вызывала в памяти небылицу, сочиненную Меридит для почтенного барздука Тувса.

Меридит оглядывалась назад и довольно улыбалась. Настроение ее было чудесным.

Там позади, отставая шагов на десять, шли Рагнар с Самитрой. Принцесса опиралась на руку рыцаря, а тот взирал на нее с выражением собачьей преданности. Обычно суровое лицо его сейчас казалось глуповатым, как у простого деревенского парня. Или деревенского же теленка. Лучшего Меридит и пожелать не могла!

Энка давно уведомила дису – сама она могла и не заметить, – что Рагнар к ней, мягко говоря, неравнодушен. Сообщение вызвало у Меридит состояние постоянного дискомфорта. Рагнара обижать не хотелось, он и воин отличный, и человек неплохой, и товарищ… Но как мужчина он не нравился ей категорически. Попыталась представить себя с ним – передернуло от физического отвращения. Вот незадача!

Удивительно, каким робким и нерешительным кавалером оказался мужественный с виду Рагнар! Оно и к лучшему, ведь даже те скромные знаки внимания, на которые он отваживался, диса воспринимала с едва скрываемым раздражением. С другой стороны, будь он посмелее, Меридит смогла бы применить один из своих радикальных способов избавления от нежелательных поклонников. А так вроде бы и повода не было. Действовать же по-женски дипломатично она не умела и сама сознавала это. Оставалось терпеть молча.

И вот теперь, когда рыцарь втрескался по самые уши (как выразилась Энка) в южную принцессу, проблема отпала сама собой! Ну разве жизнь не прекрасна?!

– И чего они плетутся, будто вчера ходить научились? – Энка начала выказывать нетерпение.

– Оставь их в покое! – зашипела диса. – Не мешай их счастью, пусть общаются на здоровье!

Сильфида понимающе усмехнулась:

– Не очень-то обольщайся! На Побережье они расстанутся – и Рагнар снова переключится на тебя.

– Не-эт! – Меридит мечтательно задрала к небу довольную физиономию. – После ТАКОЙ он на меня больше не взглянет, можешь не сомневаться!.. Силы Великие, как она может его выносить?! Не представляю!

На третью после встречи с Самитрой ночь чуткую дису разбудили звуки – тихие, но вполне определенные: монаршие особы перешли от слов к делу.

Неделя пути отделяла путников от Побережья, так утверждал Орвуд. Гном хорошо знал здешние места. В свое время он с экспедициями облазил все Арвеи вдоль и поперек в поисках золотой руды.

– Какой смысл было искать? – осудил Хельги. – Арвеи горы слишком молодые, тут не может быть золота. Видишь, какие высокие!

– Даарн-Ол тоже высокие, а золота полно… вернее, было полно, – хмуро поправился гном.

– Даарн-Ол намного старше. Они почти ровесники Безрудных гор, просто испытали новейшие тектонические поднятия в эпоху, когда закрылся океан Палеоркан, Аполидий вклинился в наш континент и возникли Арвейские горы.

– А когда это было? – Ильза с ужасом вообразила себе этакую катастрофу.

– Примерно двадцать пять миллионов лет назад, – ответил Хельги, справедливо полагая, что термин «палеоген» ей ничего не скажет.

Ильза сразу успокоилась. Она умела считать до тысячи, но знала, что миллион – это ужасно много. А Орвуд усмехнулся скептически:

– Ты в самом деле демон, если знаешь, что было двадцать пять миллионов лет назад!

– Беда гномов в том, что они воображают себя умнее всех других, а потому не считают нужным интересоваться достижениями современной науки, – изрек Аолен в пространство. – Излишнее самомнение мешает развитию.

Энка тихо хрюкнула. На ее взгляд, эльфы и гномы друг друга стоили.

Рагнар в разговоре участия не принимал. С появлением Самитры он отдалился от спутников и продолжал отдаляться. Ни мелкие бытовые проблемы вроде обустройства ночлега, ни глобальные, то бишь спасение Мира, больше не занимали славного рыцаря.

Все внимание его было поглощено Самитрой. Видеть ее, говорить с ней, угождать ей. Остальное перестало существовать. Даже богатырский аппетит пропал. Не подсунешь ему миску прямо под нос – он и поесть забудет! Будто зачарованный! Зато с каким рвением кидается рыцарь исполнять малейшую прихоть своей возлюбленной, какой благодарный восторг светится в глазах!