А что вы хотели от Бабы-яги - Елена Никитина

Принцесса в срочном порядке приняла подобающий вид, то есть умирающий. Вот так-то лучше.

– Ну как она? – тревожно склонился к нам советник.

– В тяжелом состоянии, – вздохнула я, изображая искреннее волнение. – Но я помочь ничем не могу, ей нужно время, чтобы восстановиться. Постороннее вмешательство может привести к нежелательным последствиям.

Поскорей бы ее уже отсюда отправили, а то кто их знает, этих принцесс. А бедный Виктор потом страдать будет. Хотя представить советника умирающим от безответной любви у меня так и не получилось.

Сеньку я решила отправить вместе с Василисой в Бемиранию, невзирая на его возражения. Во-первых, нечего ему здесь делать и мешаться под ногами, а во-вторых, он мог тоже рассказать королю много важного. Даже сам князь проинструктировал его относительно тех сведений, которые нужно было доставить вместе с письмом – Александр уже успел его накатать. Правители, они такие, у них все должно быть задокументировано.

Отряд по отправке принцессы в родные пенаты был организован в рекордно короткие сроки. Ее водрузили на лошадь, с которой Василиса чуть вполне натурально не упала, окружили десятком вооруженных всем, чем только можно, воинов и уже собрались отправляться в путь. Прощание было трогательным, с целованием ручек (это Виктор) и заверением в искренней дружбе (это принцесса ко мне). Я ограничилась коротким «Пока!» и скоренько улизнула, чтобы меня не спровадили вместе с ней.

– Виктор, я тебя убью, – услышала я слова князя, когда отряд уже тронулся в путь.

– За что?! – возмутился советник. – Ничего же не было.

Я бы тоже его убила.

Меня Александр тоже хотел отправить куда-нибудь подальше отсюда, но я очень ловко от него бегала по всему лагерю, стараясь не попадаться лишний раз на глаза и не отвлекать от более важных в данный момент вопросов. Разрываться между ловлей меня и военными проблемами у князя не было ни желания, ни сил, ни возможности. В конце концов он махнул на меня рукой, видимо, решив, что еще успеет со мной разобраться.

Сейчас же я одиноко сидела у костра и смотрела на трепещущее пламя. Бой назначен на полдень, уже решено, а солнце пока только приподнялось над горизонтом. Есть время подумать. О чем только? О том, что наша армия (с каких это пор я стала считать Кащееву армию своей?) намного меньше, чем у этой крысы бемиранской? Успеет ли подоспеть нам на помощь оставшаяся часть войска? Благополучно ли доедет Василиса? Пройдет сегодня в полночь василиск последнюю инициацию? Все эти мысли оптимизма как-то не прибавляли, и я только накручивала себя все больше и больше.

Князь со Степаном и еще несколькими офицерами сидели неподалеку и обсуждали последние вопросы предстоящего боя. Меня же не подпустили даже близко, как я ни напрашивалась. Ну и не надо, я все равно в этом ничего не понимаю, хоть и интересно.

Философские и пессимистичные вопросы крутились в моей голове. Неужели нам не суждено дожить до вечера? А все из-за чего? Из-за этой чертовой книги, будь она неладна. Так пусть же она никому не достанется!

Я резко вскочила и швырнула книгу в костер.

– Чтоб ты провалилась! – со злостью зашипела я ей вдогонку, наблюдая, как языки пламени жадно набросились на новую добычу. Пусть горит. Не хочу больше иметь с ней ничего… А это еще что такое? Мама дорогая!

Книга не просто не собиралась гореть, игнорируя все законы данного нехитрого процесса, а напротив – сначала приобрела ярко-желтый цвет, а потом вообще раскалилась докрасна. При этом во все стороны полетели с яростным шипением разноцветные искры в лучших традициях праздничного фейерверка. Не хватало только бравурной музыки. Я не отрываясь, завороженно смотрела, как книга приобретает сферические очертания цвета раскаленного серебра и увеличивается в размерах.

– Алена, быстро в сторону! – услышала я крик Александра, но не могла пошевелиться и оторвать обалдевшего взгляда от невероятного зрелища, которое с каждым мгновением только набирало обороты.

Вдруг пламя взметнулось вверх огненным столбом, книга исчезла, а меня кто-то сшиб с ног, и мы с этим кем-то под оглушительный грохот рухнули на землю, меня еще и чем-то придавило. Это я с таким шумом упала или все-таки что-то взорвалось? Даже через плотно закрытые веки (я в последний момент догадалась зажмуриться, молодец какая!) мне удалось увидеть яркую вспышку. И все стихло. Запахло чем-то паленым.

Я осмелилась приоткрыть один глаз, чтобы разведать масштабы неожиданного происшествия и узнать, что же мне так сильно мешает дышать. До боли знакомый хвостик, маячивший перед моим носом, не оставлял сомнения в личности его обладателя. Причем Виктор не просто лежал на мне, но и обнимал двумя руками, уткнувшись носом мне в шею. Как трогательно! Кажется, я в последнее время пользуюсь несколько… странным успехом у мужчин. Не к добру все так ко мне липнут.

Виктор пошевелился и, приподняв голову, посмотрел мне в лицо. А глаза у него такие «добрые-добрые»… Чует мое сердце, сейчас осуществится его заветная мечта – он меня придушит. Я на всякий случай зажмурилась, но смыкающихся на моем тонком горлышке пальцев так и не почувствовала. Неужели он упустит такую потрясающую возможность? Я снова приоткрыла один глаз.

– Ты как, жива? – хрипло выдавил из себя Виктор, скрипнув зубами.

– Если ты будешь и дальше на мне лежать, то ненадолго, – с трудом выдохнула я.

До советника наконец дошло, какую живописную картину мы вдвоем представляем, и он поспешно с меня скатился, устроившись рядышком. Я вздохнула полной грудью, но тут же поперхнулась выдохом. Рядом уже стояли Степан и Александр. Причем вид последнего постепенно менялся с бледно-перепуганного на бледно-разъяренный по мере осознания, что я очень даже живая и почти не помята. Мне почему-то сразу захотелось броситься к советнику с просьбой срочно меня задушить, но осуществить столь малодушный поступок мне было не суждено. Притворяться мертвой было поздно. Глаза князя уже метали молнии, чуть ли не настоящие.

– Совсем из ума выжила?! – рявкнул он, рывком поднимая меня с земли. – У тебя с головой как?!

– Не знаю, – честно ответила я, проверяя себя на целостность.

– Заметно!!! Кто так уничтожает артефакты, ненормальная?!

– А откуда мне знать как?! – Я тоже начала злиться. Чего он разорался-то так? Ну погремело немного да посверкало, и все. – Не хочу, чтобы книга попала в руки к этой крокодилке безмозглой!

То, что на месте костра, который послужил мне местом сожжения невинно пострадавшей книги, теперь зияла огромная черная яма внушительных размеров, я пока еще не видела.

– Могла бы и спросить в конце концов, как это делается, раз уж решилась на такое безумство!

– А ты что, знаешь?!

– Представь себе, да! Ты же сейчас чуть не разнесла пол-лагеря к чертовой матери! – И он толкнул меня к месту катастрофы. – Вот бы радость была для наших врагов. Надо было отправить тебя отсюда сразу же. Почему с тобой одни сплошные проблемы?!