Формула любви, или О бедном диэре замолвите слово - Юлия Славачевская

– Да что тут происходит? Вывалили на нас десять бочек арестантов… кто-нибудь объяснит? – возмутилась утомленная Лилит, уже полностью опутанная своими же нитями и барахтающаяся в них, как оса в липкой паутине.

– А ты крути давай, веретешко на двух ножках, не отвлекайся, – насмешливо бросила суккубу через плечо Миримэ, скроив той мимолетную презрительную гримаску. И ответила моему мужу: – Смерть всей твоей семьи и рода. Нам слишком дорого обошлось наше последнее поражение. – Она пожала плечами. – А поскольку договор был заключен между твоим родом и нашим, то ваша смерть полностью сняла бы проблему…

– Почему тогда не начали с Коррадо, это же он вас разбил наголову при Бассе и Лассиме и вынудил подписать договор? – удивился Ладомир. – Ведь очевидно же, что мое устранение ничего не решает? В случае моей смерти он бы сплотил всех диэров вокруг себя и стал следующим на княжеском престоле согласно моему прежнему завещанию. Разве не проще было сначала устранить его, пока он находился в добровольном изгнании?

– Конечно, проще, – охотно согласилась убийца. – Мы тоже поначалу так решили… – Ухмыльнулась. – Но проще только на первый взгляд… я так и не смогла его убить. А поскольку я не могла уничтожить его, то не было смысла трогать и тебя. Но присмотреться стоило. Вдруг что-то бы изменилось?

Я присвистнула: вот это да! Уважаю. Не мужик – зверь!

– Воевода Коррадо и сам выдающийся Воитель, – недовольно высказалась Миримэ, скорчив постную, типично эльфийскую ханжескую физиономию, – который рождается раз в несколько тысячелетий, и в этом ему нет равных. К тому же у него какая-то необычная смесь демонической и диэрской защиты, которую я так и не смогла преодолеть.

Лилит стала прислушиваться и как-то странно воспрянула и оживилась. А эльфийка продолжала:

– Яды его не брали, стрелы и кинжалы он отбивал или ловил, а когда попыталась подстеречь воеводу диэров с группой наших элитных боевиков и окружить, то еле смогла уйти одна, остальных он перебил. И то… подозреваю, он меня, как даму, просто-напросто пощадил и великодушно отпустил. Поэтому пришлось переключиться на тебя. Просто втереться в доверие и быть начеку. К тому же всегда можно было попробовать. Коррадо был бы деморализован твоей смертью, и, возможно, мы бы смогли договориться. Но ты… – Она зашипела, как кошка.

– И что помешало на сей раз? – бесстрастно полюбопытствовал князь, так, словно речь о погоде. Он перестал меня запихивать за себя, но смотрел все еще холодно и настороженно.

– Сначала я не могла подобраться ближе, пришлось пробиваться в гарем, – призналась эльфийка. – Потом – не могла же я убить князя в присутственном месте, где много свидетелей! – я была вынуждена ждать нормальной возможности исполнить заказ.

– Дальше?

– А дальше я познакомилась с Лелей. – Миримэ кивнула в мою сторону с неожиданной теплотой. – Лучшим телохранителем года и самым надежным антикиллером! Рядом с ней столько всего происходило, что все время было не до работы. А уж когда я поняла, что она сама нашего рода и выскочила замуж за князя диэров… Тут произошел облом всей моей работе. – Эльфа изящно развела руками. – И в моем послужном списке появилось второе невыполненное задание. Правда, первым был тоже диэр.

Милос задрожал, словно в знойном мареве, и внезапно исчез, истаял золотистой дымкой. Не веря собственным глазам, я потыкала в пустое место.

– Ну хоть один нормальный человек рядом со мной есть? – тоскливо пробормотала я, за неимением стены стучась головой о диэрское плечо и пытаясь сложить два и два. В результате получалось либо шесть, либо восемь.

– Это с какой стороны посмотреть, – дружески улыбнулась мне эльфийка. – И спасибо тебе, Леля, за то, что ты есть. – Призналась: – Время, проведенное с тобой, было самым увлекательным в моей жизни. – Она глянула на Ладомира и скупо пообещала: – Пока она счастлива, ты будешь жить! – Ткнув на прощанье острым локотком моего мужа в бок, эльфийка завернулась в плащ и исчезла.

– Хороший стимул для счастливого брака, – обиженно пробурчала я. Потом отстранилась от мужа, посмотрела ему в глаза и спросила: – Еще какие-то тайны есть?

– Ну-у-у, – неопределенно протянул он, притискивая меня к себе и обнимая еще крепче, – как сказать… – И словно бросаясь в холодную воду: – Милос – это тоже я!

Я уже настолько устала удивляться, что на этот раз меня не хватило.

– Что-то такое я и подозревала, – вздохнула я. Мой голос почти не дрожал. – И какое это воплощение?

– Это защита истинно любимых, мой эфирный двойник, – доверительно сообщил князь, опять отправляя меня за спину и прикрывая собой от Лилит, все еще занятой своим фантастическим макраме. – Появляется лишь в минуту опасности для защиты. Для того чтобы князь не отвлекался на защиту семьи, если должен быть в другом месте.

– Огненный, водяной, земляной, обычный… – перечислила я, загибая пальцы. Подняла голову. – Оказывается, ты бываешь еще и эфирный? А почему мне никто не сказал? – нахмурилась я, украдкой ощупывая мужа на предмет повреждений. – Демиурги, например?

– Последний раз это было так давно, – ответил мужчина, поглаживая мои волосы, – что, наверное, все об этом позабыли. Для меня, кстати, тоже было неожиданностью.

– Стоп! – начала смутно соображать я. – Разве в Мексике мне грозила какая-то опасность?

Муж засмеялся теплым грудным смехом, от одного звука которого я растаяла.

– Самая главная опасность для тебя, любимая, – пояснил мне Мыр с ласковой усмешкой, – ты сама. Сколько времени сама себя мучила, изводила вместо того, чтобы просто поговорить? А твои метания в поисках мачо? – Он внимательно посмотрел на меня. – Признайся, если бы ты нашла своего мачо и поддалась минутной слабости – смогла бы потом сама себя простить и быть счастливой?

– А ты бы меня простил? – сузила я глаза в ожидании его ответа.

– Не уверен, – склонив голову набок, после некоторого раздумья ответил муж.

Мое лицо вспыхнуло гневом, а нервы превратились в натянутые струны. Если он сейчас скажет, если он только попробует заявить…

– Возможно, не сразу, – продолжал он. – Мне тяжело понять и простить измену, даже если ей сопутствовали столь… нетривиальные обстоятельства. – Хитро улыбнулся. – Но моя обязанность как хорошего мужа была дать тебе то, что ты хотела. Ты хотела жиголо – ты его получила. Но твое отношение к нему менялось, и менялся Милос.

– С ума сойти! Как в том фильме «Я, опять я и снова я»… Ну, наворотил, – пробурчала я. – Лучше скажи, как мы отсюда будем выбираться?

Солнце этого мира склонилось к закату. Вокруг нас начали сгущаться лиловые сумерки. Мы смотрели друг на друга, на наших лицах играли тени.

– Никак, – пожал плечами Ладомир.

Я занервничала, а он сохранил непроницаемое выражение. И опять долгая пауза. Что мне опять недоговаривают?

Благоверный положил мне ладони на талию, пристально заглядывая в глаза: