Соло для демона - Елизавета Шумская

– Зато мага легче завлечь ночью куда-нибудь в укромное местечко.

– Да ладно, Верон вполне может пригласить «донора» куда-нибудь под предлогом похода к барышням определенного рода, а то и вовсе к себе в постель. Или Лея может из себя соблазнительницу сыграть.

– Лея?

– А что? Алиеру-то ей как-то удалось увлечь.

– Там была долгая обработка, а тут надо быстро.

– Ой, долго ли мужика уговорить к себе пойти? Только помани пальчиком, уж простите, Шеф.

– Не за что. Ты в чем-то права, но Лея ненавидит все подобное. Может взбрыкнуть в самый неподходящий момент.

– Потерпит ради Алиеры.

– Ладно, Алиса, хватит пререкаться. Вероятность того, что выберут мага, есть. Все-таки надо еще и возраст примерный соблюсти, внешность похожую выбрать… Если еще и хотя бы частично эллуем будет, то вообще хорошо. Не только потому, что Алиера им, возможно, был, но и потому, что я понял из этого доклада, – Джейко почитал копию оного, Ския принесла ему ознакомиться. Половины, правда, не понял из-за обилия терминов, но детали учел, – эллуи лучше адаптируются к лазоревым кристаллам.

– Они просто более выносливые.

– И это тоже. В общем, ты поняла, так что давай действуй, нечего со мной попусту пререкаться.

– Я не пререкаюсь.

– Пререкаешься.

– Не пререкаюсь.

– А вот сейчас ты что делаешь?

– Э-э-э… общаюсь!

– В рабочее время, между прочим.

– Между прочим, уже почти вечер.

– Так, Алиса, пошли отсюда, а то Агн сейчас лопнет от сдерживаемого смеха.

Магичка глянула в зеркало, в котором отражалась знакомая комната в епархии экспертов, где на одном из стеллажей синие искорки пробегали по кристаллам в совершенно определенном ритме.

– А они действительно как сердце…

– Лея, ты сумасшедшая! Ты предлагаешь напасть на Магический Сыск?!

– Не напасть, а пробраться!

– Да нас запалят еще на подходе!

– Боишься, Верон? – шипяще и прямо в глаза.

«У тебя безумные глаза», – думал он.

– Я просто благоразумен.

– Ты? – Хохот, который в сочетании с этими сумасшедшими очами пугал даже видавшего всякое Хакта. – Ты?! – и вдруг смех обрывается, и эти глаза вновь близко-близко. – Мы пойдем туда и заберем кристаллы, которые помогут нам вернуть Алиеру! Ты меня понял?

– Лея, подожди. Нам же еще понадобится второе тело!

– Найдем!

– Но… это все не просто провернуть, а времени у нас очень мало. Мы проводили опыты, где кристаллы держали душу максимум десять дней, и ты сама знаешь, как это нежелательно, а сколько уже прошло времени! Завтра будет седьмой день!

– Семь не десять! Но да, уже много! И именно поэтому мы сегодня пойдем туда и заберем кристаллы!

– Лея, это опасно! И вообще это может быть ловушка!

– Ну так сделай так, чтобы им ничего не удалось. Ты это можешь, я знаю! У тебя же есть это заклинание – что всех усыпляет! Вот его и напусти на всю охрану. Дальше пройдем и заберем то, что надо. Делов-то!

– А ты думаешь, так легко найти эти кристаллы?! Там же не одна комната!

– У них должна быть комната для хранения улик. Что мы, не сможем ее найти?

– Может, и сможем, но уж больно время неудачное. Нам понадобятся еще четыре дополнительных кристалла, чтобы по углам поставить, а я свои скинул! Слышала же сама, что нескольких из наших, в смысле темных, взяли по обвинению в запретной магии.

– Так они ее и практиковали.

– Вот именно! Как и мы! Говорят, повальные обыски пойдут. Да еще и девки эти сыщицкие… Короче, я свои кристаллы уничтожил.

– Я тоже. Ну да ничего. Съездим к Эггерре, он даст.

– Не поеду я к нему.

– Я поеду! – рявкнула она.

– Лея…

– Верон, не зли меня, – буквально зарычала магичка. – Или ты помогаешь мне, или я иду туда сама! И ты меня не остановишь!

– Ты рехнулась!

– Да, и помни об этом!

Им все удалось. На удивление легко. Верон действительно сплел весьма эффективное заклятие «Сон смерти» из раздела высшей черной магии. На несколько часов оно погружало окружающих на определенной территории в беспробудный сон. Обычная защита против него не была эффективна. Да и не всякий мог предположить, что с колдовством Смерти, причем столь высокого уровня, пойдут на грабеж. Вот уж к чему-чему, а к этому она была менее всего приспособлена. Но все же Верона терзали смутные подозрения.

Правда, когда он увидел кристаллы с вздрагивающими синими искорками в них, он понял, что газеты не врали – эти камни действительно были в груди Алиеры Лакоста.

Одновременно у Хакта появилось подозрение. Оно не было логичным с точки зрения обычного человека, но Алиера нормальным и не был. Он был прекрасным, настоящим и сумасшедшим.

Нет, не помешанным. Но безумцем точно. «Надо спросить у Эггерры. Он все знает». Но Верону не хотелось. Демон всегда спрашивал слишком большую плату за свои ответы. И сколько времени Хакт уже с ним ни общался, он так и не смог привыкнуть к его кровавым глазам. И к тому, что творилось за ними. Какой-то паранормальный страх всегда закрадывался в душу мага, когда он смотрел в эти темно-красные бездны, когда видел эту ухмылку. А Верон трусом не был, но он понимал, что Эггерру он боится. Это одновременно и злило его, и делало его жизнь полнее. Когда есть чего бояться, есть и к чему стремиться.

И вот сейчас он смотрел на голубые камни с магическими огоньками внутри и думал о том, что в ближайшее время он или вознесется на вершину триумфа, или упадет в пропасть. Тут не может быть полумер. Если они смогут воскресить певца, это будет… это будет грандиозно. Это будет настоящая, истинная и подлинная победа. Ее никто не сможет игнорировать. И такое маленькое преступление, как эта кража и смерть… условная в чем-то, еще одного донора… им простят. Верон отлично понимал, что если у них все получится, от могущественных покровителей, желающих спасти или себя, или родных, или даже банально омолодиться, не будет отбоя. Им с Леей дадут все, что они захотят, и много больше. И даже хорошо, что это Алиера. Смерть и воскрешение кого-то менее яркого могли бы и не заметить или оспорить. А вот Лакост… Лакост – это именно то, что нужно. Бесспорно. Лучше даже и представить себе нельзя. А Лея… ради Алиеры она постарается, не сорвется, как уже много раз бывало, и все сделает правильно.

М-да, воскрешение Лакоста никто не сможет отрицать или игнорировать. Эггерра правильно тогда сказал: то, как он поет, – это даже не голос, это свойство души. А коли так, то если они подберут более-менее не обделенного хотя бы подобием голоса донора, то через какое-то время Ойя и весь остальной мир вновь услышат его несравненные арии. И никто не усомнится, что это именно он, как бы он ни выглядел. Алиеру невозможно с кем-то иным перепутать.