Слепая надежда - Нидейла Нэльте

- Я осторожно. С краю, - едва улыбается Тера. - Но сначала я бы хотела выслушать вас, - зеркальная рябь по ауре. - С чем пожаловали, эр Дарсаль?

Ощущаю, что меня не то дразнят, не то пытаются манипулировать. Но и её понимаю: не выкладывать же сразу все карты. Надеюсь, хоть она шантаж разводить не планирует.

Прохожусь по комнате. Всё здесь давит воспоминаниями и не самыми приятными эмоциями, с которыми они связаны. Не знаю, правильно ли делаю, обрету ли союзницу, или наоборот, врага?

Отхожу к окну. Не хочу садиться, не хочу затягивать разговор, не хочу возвращаться к предыдущему. И в то же время понимаю, что Тера лучше, чем какая-нибудь очередная бочка дерьма, мнящая себя светом. Ведь я тоже её знаю очень давно.

- Вы... - всё не решу, как к ней обращаться, - в прошлый раз сказали, что согласны...

Лёгкая улыбка. Она и сейчас согласна, ясно вижу в ауре. Но ждёт, чтобы я произнёс. И правильно, наверное.

Несколько минут решаюсь. Совсем не той женщине желал бы я сказать эти слова. Совсем не так. Выдыхаю неслышно. Нужно повернуться. Но не уверен, что ей стоит видеть моё лицо.

- Шри Тера. Вы станете моей... невестой?

Воздушный восторг, который вдруг омрачается горькими змейками осознания. Давно когда-то Лексий доказывал, какой я дурак и как это круто - знать, что собеседники... а точнее, собеседницы, чувствуют на самом деле. Так вот ни черта это не круто.

Невесомые шаги. Горячие руки на плечах.

- Не могу упустить такой шанс, - шепчет, едва уловимый вишнёво-виноградный шлейф. - Лучше так, чем никак. Понимаю, что ненадолго.

- Может и надолго. Как знать.

Не верит. Я, признаться, тоже. Не хотелось бы никого обманывать. И я рад, что она не обманывается.

- Спасибо, - благодарю, разворачиваясь.

Тера приподнимает голову, тянется в ожидании поцелуя. С трудом сдерживаю омаа, сегодня всё не так, как в прошлый раз. Сегодня я могу её обжечь.

Молчу в надежде, что остановится, но Тера прикасается губами к губам. И вздрагивает, отпрянув.

Сразу же решаю прояснить остальное.

- И... о проблемах Слепых ты наверняка и так знаешь.

- Не вижу никаких проблем, - отвечает, прикасаясь пальцем к своим губам. Едва заметное, едва голубоватое пятно моего ожога. Зрячим вряд ли видно, но ей должно быть ощутимо.

Приподнимаю руку, выпускаю немного омаа.

- Не возражаешь?

Кивает настороженно.

Плотный дым обволакивает ментальщицу, изучая черты. Собираю образ моей... бесов Раум, уже невесты. Каким образом жизнь забросила меня в такую дерьмовую ситуацию? Сам не могу понять. Совершенно не представляю, как я стану на ней... жениться.

Тера молчит, только аура сияет, переливается. Лишь сейчас осознаю, что зеркальный слой приспущен. Точнее, немного прозрачен - настолько, что могу читать эмоции. Ждёт, пока насмотрюсь, будто даже с удовольствием.

Наконец, возвращаю омаа на место.

- Выпьем? - предлагает, встрепенувшись.

Пожимаю плечами, решаю занять привычное кресло, пока она не надумала закрепить наш союз каким-нибудь более серьёзным способом.

Тера приносит что-то - терпкий винный запах, небольшой градус и горчащий аромат. Подаёт мне один из бокалов, чокается.

- За нас, - изрекает.

- За нас, - соглашаюсь, пригубив.

Тера колеблется несколько секунд, после отступает в соседнее кресло.

- Так что там с Шарассой? - спрашиваю. По-моему, достаточно уже прошло.

- Шарасса... - тянет задумчиво.

Какое-то время молчит. Собираются мысли, тускнеют, растворяются яркие пятна радости. Не хочу быть причиной. Но ничего не могу сделать.

Её аура меняется, начинает только зеркалить. И вокруг всё скрыто - ни один ментальщик не подслушает. Непроизвольно и сам уплотняю защиту. Это не поощряется, но с невестой могу поговорить, так сказать, наедине.

- Моё детство прошло в Йоване. Несколько поколений наша семья жила там.

Киваю, слышал. Тера тоже кивает:

- Это редкость, когда дар так долго передаётся за пределами Айо. И, конечно, этим нельзя было не воспользоваться... пока однажды нас не раскрыли и не пришлось бежать. Одна женщина по имени Лорисия... до сих пор не знаю, как ей удалось. Вся моя семья погибла, только мне повезло. Счастье, что у них нет Слепых.

Тень улыбки в ауре. Тоже приподнимаю уголки губ. Мне, конечно, интересно узнать о своей будущей... спутнице. Но сейчас я ждал другого. С трудом сдерживаюсь, чтобы не поторопить.

- Одно время я мечтала вернуться... думаю, ты понимаешь.

Киваю. А ведь она наверняка знает, в чём обвиняли отца. И наверняка не расскажет.

- Однако император Андрилиар не позволил. Иллариандр тоже приказал не сметь бросать тень на его свадебную процессию. Но кое-что я всё-таки узнала. В те годы инопланетяне только-только появились. И Лорисия какое-то время работала с ними. Думаю, она состояла на государственной службе. Когда твоего отца осудили, твоя мать осталась в Йоване. Я до последнего была уверена, что Лорисия погибла, когда... ты ведь знаешь. Когда Слепые избавились от угрозы инопланетян.

Киваю. Уже знаю.

- Шри Шарассе удалось выяснить имя той, кто помог твоей матери скрыться от преследования императора.

- Лорисия? - выдыхаю. Имя ничего мне не говорит, но впервые за долгие годы хоть какая-то зацепка. И безумная, сумасшедшая надежда!

- Таких совпадений не бывает, - отвечает Тера.

Снова жизнь переворачивается, выкидывая на поверхность неприятные сомнения! Если отец не был предателем, почему женщины Йована помогли матери?! А если был... как он мог?!

- И... возможно, шри Алисия всё ещё жива.

Жива! Я был в Йоване, если бы я только знал! Логичные доводы, что всё равно не представлял бы, что делать и с чего начинать, что ничего не смог бы! - сметаются лавиной надежды и жгучих сожалений.

Миллиарды вопросов в голове. Миллиарды оттенков эмоций. Миллиарды новых цветов в моей коллекции омаа.

- Это всё, что мне удалось увидеть, - вновь прерывает молчание Тера.

- В чём его обвинили? - спрашиваю, голос выходит глухим и хриплым. И лицо у меня сейчас, наверное, то самое, при виде которого обычные люди на другую сторону улицы переходят.

- Мне известно мало, Дарсаль. И, ты ведь понимаешь, я не должна об этом говорить. Даже жениху.

Последнее слово она произносит с какой-то особой интонацией, будто наслаждаясь. Но мне хочется лишь бежать без оглядки куда-то, где можно собрать воедино мысли, усмирить эмоции и всё тщательно обдумать. Хочется рассказать моей императрице. Но я не могу взваливать на неё этот груз.