Иллюзия выбора. Шаг - Галина Долгова

Во время боя я отвлекся, повернувшись лишь, когда услышал ее судорожный вскрик. Она стояла напротив смутно знакомого парня и не шевелилась. Он почему-то тоже. Понять происходящее я не успел. Сзади, воспользовавшись моей невнимательностью, подкрались двое. Это не заняло много времени, только вот когда я снова повернулся, Аэлин лежала без сознания на руках парня.

— Стоять! Еще шаг, и она уже не очнется, — парень жестко посмотрел на меня. Еле сдержав рычание, я остановился. Они были слишком далеко, и я просто не успевал что-либо сделать.

— Не трогай ее, — произнес я, швырнув под ноги меч. В следующее мгновение кто-то с силой ударил меня по затылку, отключая сознание.

В себя я пришел в каменном мешке чьего-то замка с внушительным обилием железа на руках и ногах, а так же с милым украшением на шее. Но заботило меня не это. В паре метрах от меня лежала бледная Аэлин и не шевелилась. Подавив приступ паники, я постарался оценить ее состояние. Вроде жива! Очнись, девочка, — мысленно взмолился. Попытка к бегству, пока она не придет в себя, бесполезна и даже опасна. Так что придется ждать.

На удивление, очнулась она скоро. Застонав, девушка подняла голову, но спустя секунду снова ее уронила.

— Очнулась? — голос вышел резким, но я действительно злился, несмотря на хлынувшее волной облегчение, что с ней все в порядке.

— Да. Что случилось? Где мы? — она внимательно скользнула по мне взглядом.

— Что случилось? — не выдержал я, — случилось то, что мы в плену, дорогая. А где? Ну, по всей видимости, в подвале.

Аэлин поморщилась, но промолчала. А потом ее взгляд заскользил по моему телу. Даже не смотря на ранения, я ощущал его, как будто она проводила кончиками пальцев, и там, где он соприкасался с кожей, начинался пожар. Обалдеть! Сижу на цепи, весь в побоях и возбуждаюсь от простого разглядывания. Через минуту ее взгляд изменился. Внутренне надеясь, что это из-за тревоги за меня, а не только из-за обнаружения ошейника. Да, штука крайне неприятная.

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — наконец нарушил я молчание. Я ждал, а она опустила глаза. Ой, что-то мне не нравится то, как она кусает губы. Уже собираясь потребовать ответ, я услышал шаги, которым она явно обрадовалась. Пусть и не надеется, что я забуду…

Дверь открылась, и на пороге появился тот самый парень. Хотя, по человеческим меркам уже мужчина. Молодой, высокий, симпатичный… и знакомый. Я напряг память, стараясь найти нужное воспоминание. А эти двое играли в молчанку и смотрели друг на друга. Как-то слишком долго, не отрывая взгляда и даже не мигая. Знакомый? Я почувствовал наступающий приступ ревности.

Через несколько минут он сдвинулся. Медленно, словно через силу, он подходил к прикованной Аэлин, пока не оказался вплотную. Присев на корточки, и, внимательно посмотрев ей в глаза, поднял руку и коснулся ее лица. Кажется, я зарычал. На моих глазах какой-то мужик трогает мою пару!

— Ну, здравствуй, Лина! Вот уж не думал, что встретимся при таких обстоятельствах, — я внутренне сжался, чувствуя какое-то непонятное волнение.

— А я вообще не думала, что мы встретимся, — хмыкнула она. — Я была в Портоге. Тебя вроде как признали убитым при попытке к бегству, а?

— Так получилось, — криво улыбнулся он. — А ты, я смотрю, тоже жива и здорова. Даже более того… Не скажешь, как это получилось, и почему рядом с тобой он? — он небрежно кивнул на меня.

— Так получилось, — вернула она его же слова. Умница, сидит на привязи и умудряется дерзить.

— Забавно, — он подошел ко мне, — я надеялся, что мы встретимся, эльф, только не ожидал, что так скоро. Четыре года я ждал этой встречи, чтобы отомстить за все, что ты нам сделал, а особенно за ее жизнь. И что я вижу? Вы теперь друзья, или же ты все-таки затащил ее в постель? А может, ты ее опять шантажировал? — и он резко замахнувшись, ударил меня кулаком. Встретимся? Отомстить? От занимавших меня мыслей, я даже не почувствовал боли, краем сознания отмечая встревоженный крик Аэлин.

— Что? Тебе его жалко? После всего, что он сделал? Ты забыла, в каком была состоянии, когда меня освобождала, а? — парень сорвался. — Или как по его милости меня должны были сослать на каторгу? А что произошло в трактире, мм? — он резко обернулся снова ко мне. — Ты ведь наверно даже не помнишь, так? Четыре года назад, небольшой городок, где ты еще с тремя эльфами остановился на ночлег, тебе отказала молодая девушка, облив водой из кувшина, припоминаешь? За это ты потребовал пятьдесят золотых или год рабства. Откуда у молодой девчонки и парня могли быть такие деньги? Хотя тебя ведь это не волновало, так? Ты в любом случае хотел отомстить. Ее, — он кивнул на Аэлин, — на год сделать своей игрушкой, домашней рабыней, а меня на каторгу! — и он начал меня бить, а я пытался осознать то, что я только что всплыло в моей памяти. Деревенский трактир, необычная смертная девчонка с парнем, Карсер со своими любовными похождениями, кувшин ледяной воды, вылитый на меня маленькой ехидной, драка, показательное выступление графа и попытка нападения на меня парня, Портог, девчонка в лихорадке просит меня отменить наказание… — события проносились перед глазами. Я идиот! Дурак! Слепец! Не заметить такого сходства… но как?! Девчонка была стопроцентной смертной и выглядела слегка по-другому. Вот, значит, как… — я сплюнул кровь. В груди поселилось щемящее чувство тоски и обмана. Она все время врала мне…

— Калим, не надо, прошу… — по ее щекам текли слезы.

— Что?! Лина, ты в своем уме? Ты что, простила его?

— Калим, это не он… это тогда граф все сделал… — она неловко оправдывалась, точнее, оправдывала меня.

— Ты его защищаешь? Почему, Лина?

— Это не он…

— Ты спала с ним? Отвечай! — потребовал он. «По какому праву он требует ответ? Они, что, любовники?» От этой мысли все сжалось, и я еле сдержался, чтобы не бросится на парня. Так вот ради кого она меня отвергала. Боги, неужели бывает так больно?

— Да… — прошептала она, а на лице застыл стыд.

— Почему? Хотя, что я спрашиваю? Ты такая же, как все! Ради смазливой морды готова на все!

— Это не правда, меня опоили! Твои друзья, наверно? Они подлили нам «ярость дракона» и заперли в комнате с оружием! Ты это понимаешь? Из-за тебя, ради твоей памяти, я его к себе не подпускала! Я поклялась, что отомщу за твою смерть! Ты хоть представляешь, что я все это время чувствовала, а? — она оправдывалась… оправдывалась за самую прекрасную ночь в моей жизни. Я с трудом подавил горький смех. Более пятисот лет я менял женщин как перчатки, не обращая внимания на то, что они чувствуют, и вот теперь встретил ту, что стыдиться меня. И по злой иронии именно она моя пара на всю оставшуюся жизнь. Половинка моей души… Годы одиночества и отчаяния, несколько дней надежды и пара часов счастья — вот и вся моя жизнь. Из ее глаз ручьем лились слезы, а он сидел на корточках и утирал их. Идиллия! Отчаяние… в груди разливалась пустота, холод сковывал сердце… наверно, я заслужил подобное… только выдержать такое сил у меня не хватит… Жизнь без нее будет в тысячи раз хуже, чем была до этого.