Битва полчищ - Александр Рудазов

Уже почти половину вражеского флота затопил адмирал Серой Земли. На его лице играла довольная улыбка. Триумф! Величайший триумф Асанте Шторма!

Мысленно Асанте уже примерял Пурпурный Узел — высшую награду для флотских офицеров. За всю историю державы Пурпурный Узел вручался лишь пятнадцать раз — и Асанте непременно получит шестнадцатый.

Сам океан свидетель — он это заслужил! Ни один из прежних кавалеров Пурпурного Узла не заслужил этого так же сильно! Тот же Хемалад Парус — что он сделал? Проиграл! Позорно проиграл сражение при Стумшельбруке! Океанические черви эйстов уничтожили чуть ли не весь флот — однако ж адмирал получает Пурпурный Узел! За что?! За что, спрашивается?! За то, что он был кузеном Искашмира Молнии?!

Асанте скрипнул зубами, вновь переживая ту несправедливость. Какими глазами он, тогда совсем еще юный капитан, смотрел на награждение своего адмирала… Как выпячивал грудь толстяк Хемалад, как надувал щеки, когда владыка Искашмир сухо вещал: «За безграничные мужество и отвагу, проявленные перед лицом превосходящих сил противника…»

Да где там было мужество?! Где там была отвага?! Все прекрасно знали, что Хемалад просто онемел от страха, потому и не скомандовал отступления! Только потому! На долгих полвека эйсты вытеснили серых с океанских просторов — а все из-за ничтожности тогдашнего адмирала!

Впрочем, теперь это все дела минувших дней. Хемалад Парус умер больше сорока лет назад, его сменил Фирахо Флотоводец, а его — Асанте Шторм. Вот уже почти тридцать лет он носит серый плащ и звание адмирала Серой Земли.

И сегодня — его величайший триумф.

Самодовольно улыбаясь, Асанте взмахнул рукой. Еще один водоворот — еще один затопленный корабль. Сегодня «Адмиралу Кровь» нет ни минуты роздыха — так много колдует его капитан. Палуба и борта явственно побледнели, утратили свой насыщенный багрянец. Древесина фаархи — лучший природный маносборник, но ее возможности не беспредельны. Асанте Шторм их уже почти исчерпал.

Но ничего страшного. Сражение близится к концу. Демоническая армада нестройно отступает, корабли один за другим идут ко дну, а куклусы падают в море, где их встречают трезубцы балеаргов. Утукку скрываются в эфирном плане, а эг-мумии исчезают в клубах дыма.

Уже полсотни этих бескожих демонов обратились в прах, задушенные благовонием Зкауба, сожженные чарами демонологов, зарубленные клинками паладинов. Кереф, хранящий благодать самой Пречистой Девы, изгонял прочь тлен Йсехироросетха, превращая эг-мумий в обычных мумий — высохших, заплесневелых… мертвых.

Мертвые демоны ведь гораздо лучше живых.

День сегодня выдался солнечный. Однако здесь, над Черной бухтой, небо затягивали тучи. Колдуны и эг-мумии много часов издевались над погодой, гоняя туда-сюда вихри и ураганы, вызывая шторма и смерчи, поливая все дождем и колотя градом. Воздух просто гудел от напряжения, а ветер не знал, куда дуть, и потому дул во все стороны сразу.

Но тут вдруг в тучах появился просвет. Прореха, в которую брызнул солнечный луч — очень странный, мертвенно-синий луч.

Да солнце ли это?

Луч вонзился в воду. В том месте, куда он ударил, море сразу вспучилось, поднялось горбом… и Асанте Шторм вздрогнул. При одном взгляде на эту страшную, чудовищную ауру ему стало зябко. На спину как будто плеснули ледяной воды.

В ужасе замерли и другие колдуны. Замерли, не в силах отвести глаз от водяного столба, поднимающегося выше… выше… приобретающего четкие очертания… раскрывающего рыбьи глаза…

— Это Дагоооооооон!!! — истошно взвыл кто-то.

— Отец Дагон… — прошептала Делиль, сжимая руку мужа. — Глубоководный Владыка…

Темный бог медленно повернулся, заставляя огромные альдареи трепетать, точно ореховые скорлупки. Он выпростал из воды гигантскую ручищу с зажатым в ней трезубцем и повел плечом. Повинуясь воле колосса, само море стало закручиваться в спираль, в бесконечный водоворот!

Асанте невольно сглотнул. Он пытался представить, каковы сейчас размеры Дагона, если океан не достигает его плеч? В Черной бухте глубоко! Очень глубоко!

Даже без божественной силы Дагон может просто переломать весь флот Серой Земли! Он бессмертен, неуязвим и непомерно, непостижимо громаден!

— Владыка Дагон, должно быть, страшно разгневан, что мы разрушили его храмы… — пробормотал Асанте.

— Он нас всех убьет, — с каким-то странным спокойствием произнесла Делиль. — Он нас всех убьет.

Взгляд Асанте заметался. В иных обстоятельствах он легко мог спастись, просто прыгнув за борт. У него, у великого гидроманта, есть верный способ отступления. Он не подвел его, когда взрывался остров Огненной Горы, не подведет и теперь…

Не подвел бы. Если бы «Адмиралу Кровь» угрожал кто другой, а не Дагон. Скрыться в море от бога морей?.. Смешно и думать о таком.

К тому же в ладони Асанте лежит ладонь Делиль. Адмирал Серой Земли действительно любит свою жену. Любит больше самой жизни.

— Улетай, — резко приказал он. — Улетай отсюда, душа моя Делиль.

— Но как же ты, мой капитан? — обеспокоенно нахмурилась супруга.

— Разве нет серого плаща на моих плечах, женщина? Твой муж сумеет о себе позаботиться. Теперь лети.

И, сказав это, Асанте Шторм схватил свою жену поперек туловища и выбросил за борт.

Сразу после этого он отвернулся и быстрым шагом пошел на мостик. Плеска за спиной слышно не было — значит, воды Делиль даже не коснулась. Стихия аэроманта — воздух.

А на море уже творился полный кавардак. Костяные корабли куклусов суматошно отступали, спеша выбраться из эпицентра, пока Дагон не разбушевался в полную силу. Глубоководный Владыка ждет их, сдерживается, но еще немного — и он просто поставит океан на дыбы. Тогда уже не уцелеть никому — ни своим, ни чужим.

В ухо Асанте кричали и вопили капитаны всех кораблей. Адмирал отдавал приказы — быстрые, короткие распоряжения. Все они сводились к одному — команде отступать. Отступать, пока Дагон не размолотил флот в водяную пыль.

А он уже вот-вот это сделает!

От балеаргов известий не было. Асанте слышал в своем «пучке командования» неясные вопли, тонкие эйстские посвисты — а потом все заглохло. Море бурлило так, что слова не требовались.

Впрочем, некоторые балеарги еще живы. Время от времени один-другой еще показывается над водой. Выпрыгивают на альфардах, убегают и преследуют… нет, это уже не утукку! Это кое-кто пострашнее!

Гигантское щупальце выстрелило прямо перед лицом Асанте и было тут же перерезано заклятием Водомета. Но на других кораблях дела идут хуже — их захлестывают эти скользкие канаты, тянут вниз. Простые альдареи ломаются в щепки, окованные адамантием держатся, но от погружения это не спасает.

Кальмары — вот кто это. Гигантские кальмары, похожие на изрядно подросших таромейских спрутов. Ручная свора Дагона, зверодемоны со дна Глубинного Царства. Даже океанические черви эйстов — просто закуска для этих кошмарных головоногих.