Загадка Либастьяна, или Поиски богов - Юлия Фирсанова

Нрэн откинул крышку и, просмотрев содержимое шкатулки, молча кивнул. Захлопнув крышку, мужчина снова убрал шкатулку в тайник и спросил у кузины:

– Что будем делать?

– Попробую их поискать, – констатировала Элия, принимаясь плести заклинание из энергии Звездного Тоннеля, чтобы ненароком не разбудить своими чарами отца.

Запустив заклинание, богиня подождала несколько минут и задумчиво покачала головой:

– Странно.

– Что? – выдержав паузу, но так и не услышав продолжения, поторопил принцессу Нрэн.

– Связь, конечно, заблокирована, герцог не дал бы нам шанса его зацепить, а с Рэта стандартный защитный покров еще не снимали, но я даже примерного их местонахождения определить не могу, – неохотно признала поражение Элия. – Такое впечатление, что и Элегор и Грей скачут по мирам, как обожравшиеся забродивших ягод диноли. Направление меняется ежесекундно. Или герцог изобрел новую защиту от слежки и сбивает настройку поиска, или я разучилась колдовать? Что ж, вернется, поговорим по душам.

– Другим путем их искать будем? – уточнил воитель, оглядывая Хранилище хозяйским взглядом и проверяя, все ли на своих местах: не свалил ли чего и не позаимствовал ли тут что-то проклятый Лиенский. Педант Нрэн терпеть не мог Элегора, он раздражал его как всякий непредсказуемый объект, вносящий элемент хаоса в отлаженную систему и разрушающий либо искажающий все, к чему ему удается прикоснуться. Но на сей раз герцог ничего, кроме шкатулки, не тронул, скорее всего, как решил воитель, только потому, что не успел.

– Нет, – решила богиня, прислушавшись к внутреннему голосу. – Найдутся сами или Лейма за ними пошлем. Пусть мальчик займется делом.

Нрэн кивнул и, нахмурившись, спросил о весьма беспокоящей его проблеме:

– Элия, как Лиенский попал в Хранилище? Кто его пустил?

– Я разберусь с этим, милый, когда Элегор объявится. Он, конечно, мог усыпить охрану, используя заклинания, сплетенные из силы Звездного Тоннеля, но даже этой мощи не хватит, чтобы преодолеть магический барьер Хранилища. Уверяю тебя, защитные чары по-прежнему настолько сильны, что уничтожат любого непосвященного, не имеющего права открыть дверь. – Принцесса слегка похлопала встревоженного воителя по руке.

– Ты хочешь сказать, что это право у герцога есть или среди нас имеется предатель? – посуровел подозрительный мужчина и впился в лицо богини пристальным взглядом.

– Пока, – принцесса подчеркнула голосом это слово, – я ничего сказать не могу. Но, – продолжила женщина, уводя Нрэна от опасного направления, по которому устремились и ее собственные мысли, – даже если Элегор сговорился с кем-то из братьев, чтобы попасть в Хранилище, то я не назову это предательством. Непродуманный поступок, жажда проникнуть в тайну, глупость, но не измена. Герцог не слишком искусный маг, а вот мощь его значительна и мышление нестандартно, признаюсь, я не хотела отпускать его на поиски карт, но раз уж так распорядились Силы Судьбы, пусть попробует. Лиенскому частенько везет. Единственное, что меня беспокоит, успеть заткнуть рот Грею раньше, чем он доберется до папы с докладом. Предупредишь стражу?

– Сделаю, – согласился принц, мысленно перебирая кандидатуры родственников, способных вступить в преступный сговор с герцогом Лиенским. Из всех, кто сейчас находился в замке, кроме Энтиора, на это был способен любой, даже Элия. Но халатик богини быстро придал мыслям бога иное направление. Он предложил: – Вернемся к тебе?

– Пожалуй. – Принцесса была благосклонна. – Здесь нам будет жестковато, хотя… – скаламбурила богиня, указывая взглядом на многочисленные клинки, – не могу не признать, Хранилище способно придать забавам некоторую остроту.

Нрэн шумно сглотнул. Вернув лицу обычное непроницаемое выражение и стараясь сохранить хотя бы видимость внешнего спокойствия, воитель вывел Элию из Хранилища, играючи захлопнул тяжеленную дверь, дождался положенного числа щелчков магических замков и, грозно бросив страже: – Усильте бдительность! – исчез из коридора вместе с богиней.

– Да, ваше высочество, – с готовностью рявкнули в пустоту охранники, догадавшись, что сегодня их не отправят на конюшню с розгами, и вновь неподвижно замерли на своем посту. Только ушан время от времени сосредоточенно хмурил брови и шевелил губами, пытаясь сообразить, сколько же все-таки человек сегодня вошло в Хранилище, и все ли они вышли из него.

А в спальне богини пальцы воителя как раз боролись с единственной пуговицей на халате принцессы. Сама она, весело хихикая, следила за тщетными попытками расстегнуть то, что в принципе являлось не пуговицей, а хитроумной защелкой, сломать которую бог не решался, когда в дверь спальни постучали весьма бойко и настойчиво.

Нрэн глянул на Элию совершенно безумным голодным взглядом, и богиня, щадя остатки рассудка любовника, крикнула:

– Если что-то сверхсрочное, выйду через два часа, если нет, убирайтесь и зайдите утром!

За дверью послышалась какая-то возня, и все стихло, принцесса окружила спальню заклинанием тишины и сама легонько нажала потайную застежку. Халатик шелковой лужицей ртути упал на пол, а Элия скользнула в руки Нрэна, сомкнувшиеся за ее спиной стальным кольцом.

Через два отведенных для заклятия тишины часа оно мягко истаяло, сделав спальню доступной для посторонних звуков. И эти самые звуки не замедлили заявить о себе. Не такой громкий, как первоначально, а вежливо-настойчивый стук в дверь возобновился в точно назначенное время. Кому-то не терпелось переговорить с принцессой, и переговорить очень срочно.

Нрэн недовольно засопел, Элия сладко потянулась и перекатилась к краю роскошного ложа. Нащупав ступнями мягкие тапочки, богиня подошла к двери, попутно подхватила с пола и накинула на плечи халатик. Повинуясь движению пальчика хозяйки, дверь в спальню распахнулась, явив Лейма, замершего на пороге в круге света. Смесь упрямства и неуверенности на лице юного принца мигом сменилась робкой радостью и искренним восторженным смущением при виде наряда дивной богини.

– Прекрасной ночи, Элия, – промямлил Лейм, опустив глаза как раз настолько, чтобы любоваться обнаженными ножками кузины.

– И тебе того же, дорогой, – с холодком кивнула кузену принцесса, оглядывая наряд юноши в стиле «техно».

– Вернулся, – тяжело, словно гирю в несколько тонн, уронил всего одно слово Нрэн где-то в алькове.

Голос старшего родственника мигом согнал с лица принца улыбку, а вид Нрэна, спустя секунду появившегося рядом с Элией, заставил невольно опустить плечи. Молодой мужчина мигом стал похож на подростка, ожидающего выговора за шалость. Но совсем ненадолго. Лейм вспомнил о том, что он уже не ребенок, и брат не имеет права унижать его в присутствии любимой кузины. Дерзко вскинув голову, принц сверкнул изумрудами глаз и подтвердил:

– Да, я вернулся.

Элия кивком головы предложила мужчинам пройти в будуар, чтобы продолжить разговор.

– Что ты можешь сказать в свое оправдание? – уронил следующую гирю воитель, встав у двери, поскольку ни мягкий пуфик, ни диван, ни глубокое кресло не годились, на взгляд воина, для того, чтобы на них сидеть.