Принцесса под прикрытием - Конни Глинн

– Ясно. – Король строго посмотрел на Лотти. – Мисс Тыквен, что конкретно вы выяснили?

Лотти глубоко вздохнула. Она постаралась восстановить хронологию событий, заставляя себя не вспоминать о холодном кузове фургона, залитом кровью лице Саскии, слезах Анастейши. Тряхнула головой, отгоняя тяжелые образы.

– Ваше величество, эти люди называют свою организацию «Левиафан». Их цель – похищение детей высокопоставленных лиц, особенно из королевских семей. – Лотти сделала паузу, гадая, какую реакцию вызовут ее следующие слова. – Мы также знаем, что захват марравской принцессы представлял для них отдельный интерес, но с какой целью – непонятно.

– Хорошая работа, – лаконично оценил правитель.

Лотти едва сдержала радостный возглас.

Неужели я только что заслужила похвалу самого короля?

Она быстро одернула себя – какое может быть веселье в сложившихся обстоятельствах! – и все же настроение осталось слегка приподнятым. Королева посмотрела на нее с улыбкой, словно прочитала ее мысли, и Лотти ответила ей учтивым кивком – этот прием она тоже подсмотрела у Джейми.

– Так, так.

При звуках скрипучего голоса королевы-матери мажорный настрой Лотти моментально улетучился.

Старуха раздраженно побарабанила пальцами по набалдашнику трости и окинула троицу колючим взглядом. Сегодня ее волосы были распущены и густыми серебристыми волнами струились по спине и плечам до самого пояса, придавая ей вид злой колдуньи, готовой проклясть каждого, кто косо на нее посмотрит.

– Давайте перейдем к более насущному вопросу.

Ребята замерли, зная, что сейчас последует.

– Кто и почему допустил, чтобы настоящая принцесса, наша Элинор, оказалась в опасности из-за этой девчонки?

Лотти обдало жаром; руки затряслись мелкой дрожью. И как это Джейми удается сохранять полнейшее спокойствие?

– Я считаю абсолютно неприемлемым, что наследница престола подвергает себя риску ради своего портмана. – В устах королевы-матери это слово прозвучало как грязное ругательство. – Это просто чудовищно. – Продолжая барабанить по трости, она по очереди оглядела все троих. – Вам есть что сказать?

Лотти сглотнула. Ее охватил гнев и одновременно жгучий стыд. Она верила, что никак не могла помешать Элли приблизиться к фургону, однако это было неправдой. Еще как могла. Если бы в телефонном разговоре убедила Элли, что с ней действительно все в порядке. В тот момент это просто не пришло Лотти в голову, хотя она обязана была помнить, что ее жизнью можно и нужно пожертвовать ради спасения принцессы.

– Прошу прощения, ваше величество, я… – начала она.

– Не ты! – прокаркала старуха. – Пусть говорит преторианец! – Она пронзила Джейми испепеляющим взглядом, после чего снова посмотрела на Лотти. – Ты сделала все, что полагается портману. В последнее время найти портмана трудно, так что нам не хотелось бы тебя потерять. Это доставило бы нам изрядное неудобство.

Изрядное неудобство.

На мгновение Лотти словно выключилась. Они ведь не знают… Там, в фургоне, она вообще забыла о своей роли портмана. Она не размышляла, причинит ли кому-либо неудобство, если погибнет, и точно так же не думала о том, что должна выжить ради принцессы. Она думала только о себе. Она не та, кем ее считают. В душе Лотти всколыхнулось негодование – отчасти на этих людей, но в гораздо большей степени – на себя. Горько сознавать, что в этой ситуации она повела себя как обычный подросток. И все-таки она хочет быть сильной, хочет заслужить свое место в этом необыкновенном мире, пускай и ценой огромного риска.

Лотти повернула голову и посмотрела на Джейми. Преторианец полностью владел собой, на его лице не дрогнул ни один мускул.

– Согласен, – промолвил король, хотя, судя по тону и позе, признавать это ему было неприятно. – Сэр Олаф, прошу назначить вашему подчиненному соответствующее наказание.

Лотти вскипела.

Джейми их спас! Он сделал все возможное, чтобы…

Преторианец бросил на нее предостерегающий взгляд. Лотти прикусила щеку, сдерживая готовые вырваться слова. Предупредить Элли юноша не успел. Принцесса шагнула вперед и заговорила. К изумлению Лотти, она вовсе не возмущалась и даже не повысила голос.

– Мы можем быть свободны? – осведомилась Элли. Лишь сжатые кулаки выдавали ее истинное состояние.

Король потер лоб, как будто мучился страшной головной болью, и вздохнул.

– Да, ступайте.

Когда они повернулись к выходу, Александр сказал вслед:

– Рад, что никто из вас не пострадал, и восхищен вашим мужеством, но… правила есть правила.

Элли на секунду задержалась у двери, но не оглянулась, а потом все трое вышли, оставив позади мертвую тишину.

-55-

Перед возвращением в комнату Элли попросила Джейми ненадолго оставить их с Лотти наедине. Преторианец с видимой неохотой кивнул и в одиночестве двинулся дальше.

– Идем, – вполголоса сказала Элли, взяв подругу за запястье. Из-за распухшей губы ее речь звучала слегка невнятно.

Девочки миновали коридор, поднялись по винтовой лестнице в башню и оказались в комнате с огромным балконом, который выходил на бескрайний, засыпанный снегом сад позади дворца.

Держась за перила, Элли с непроницаемым выражением перегнулась через балкон. В эту минуту она скорее походила на Джейми, чем на саму себя. Лотти проследила за взглядом принцессы, гадая, как будет выглядеть сад, когда сойдет снег.

– Лотти, – сказала Элли, не поворачиваясь, – я хочу задать тебе один очень важный вопрос, но сперва кое-что пообещай. – Она наконец посмотрела на Лотти, буквально впилась в нее глазами.

– Конечно, – отозвалась та, отгоняя сомнения.

Элли покачала головой.

– Нет, Лотти, в этом-то весь смысл, – вздохнула она, и на ее лице проступили следы усталости и недосыпа. – Пообещай, что, отвечая на мой вопрос, ты будешь думать не обо мне, а только о себе и своих чувствах.

Лотти похолодела. Об этом же просила перед смертью мама… По спине поползли странные, неприятные мурашки – а вдруг это обещание из тех, что невозможно выполнить? Лотти не могла объяснить этого принцессе, понять ее сумел бы один Джейми. Она не вправе отвечать только за себя, ведь с недавнего времени ее жизнь принадлежит Элли. Она здесь, чтобы служить Элли. И все же Лотти не сказала этого вслух. Сделав глубокий вдох, она кивнула.

– Обещаю, – через силу произнесла она, понимая, что не до конца честна.

– Хорошо. – Элли заметно нервничала, не знала, куда девать руки. – И, пожалуйста, не спеши с ответом, подумай. – Когда Лотти еще раз кивнула, принцесса коротко выдохнула, а затем медленно произнесла, точно каждое слово причиняло ей боль: – Скажи, ты была бы счастливее, если бы не стала моим портманом?