Бояться нужно молча - Мария Британ

Рядом, на полке, стопкой выложены наши планшеты.

Охранник не успевает среагировать на вторжение: Ник опережает его на мгновение, вдох, удар сердца. Мужчина падает вместе с креслом. Руки Ника сцепляются на его шее. В глазах угасает сознание.

Это не мой Ник. Не мой, не мой, не мой. Зрачки моего Ника меня не пугали. Он ни разу не был сущностью, а сейчас открывает засовы, огибает ловушки, которые сам же соорудил, и отпускает на волю седое нечто. Нечто, рыщущее под кожей, выцарапывающее внутри красные узоры.

– Ты… убил его?

– Надавил на сонную артерию, только и всего. Он вот-вот придет в себя, так что… – Ник роется в ящиках, ручки, документы и флешки летят на пол. – Слава небесам! – Он вытаскивает из вороха хлама наручники и тащит охранника к батарее. – Пора отдохнуть, братец.

На пороге застывают друзья.

– Отсюда можно следить за коридорами! – восклицает Альба. – Вот и нашлось надежное место, Ольви. Будешь докладывать, через сколько минут нас грохнут. Как тебе перспектива?

– Не слишком радужная, – сипит он сквозь зубы. – Ладно, вперед. Радуги не будет в любом случае.

Мы разбираем планшеты.

– Хм. – Ник, прилипнув к монитору, изучает повороты и людные участки. – До серверного зала не так далеко. Ольви, ты точно справишься?

– За идиота меня принимаешь? – огрызается тот.

– Будем на связи, – киваю я.

Мне не хочется бросать Ольви. Это противоречит духу команды даже с приставкой «недо».

– Конечно, красотка. Дашь телефончик? – подмигивает он, вытирая со лба испарину.

Он – тоже кресло, как и я. Различие в одном: на мне нет пледа и книги, а он изо всех сил цепляется за них торчащими пружинами.

– А как же, – всхлипываю я. – Только… держись, ладно?

Мы крадемся по коридору. Я звоню Ольви, и он сразу же заваливает меня информацией.

– В правом крыле Утешители! Налево! Налево идите! Да, туда, где куча кабинетов. Да, да… – тараторит он. Голос слабеет, тонкой нитью трется о связки, трещит. – Нет, вернитесь обратно! Что вы как дети малые, а? На-ле-во!

Я чувствую себя героем стелс-экшена^[19]. И если так, наш командир – опытный геймер, а мы – плохо прописанные персонажи, которых вот-вот выкинет в точку возрождения.

Мы останавливаемся, когда воздух в легких, по ощущениям, превращается в щебенку. Десятки поворотов и перекрестков, кабинетов, где кто-то копошится, и бесконечных «быстрее» от Ника – все позади.

Мы долго петляли в надежде не столкнуться лбами с роботами в белых костюмах. И сейчас, неподалеку от серверного зала, мы почти в безопасности. По крайней мере, так говорит Ольви.

Ник прислоняется виском к стене. Руки трясутся – он не разжимал кулаки с тех пор, как справился с охранником. Ни на миг. Он опять сущность.

– Если мы сегодня выживем, – стонет Альба, опираясь на колени, – я уйду в запой.

Она не пьет. Ее слова лишь подтверждают нереальность этого «если».

– Не нагнетай, – фыркаю я, успокаивая скорее себя, чем ее. – Потому что…

– …Мы не выберемся, – заканчивает она. – Эх, не быть мне алкоголиком.

Нам легко шутить здесь, в белой артерии третьего блока. Ни упреков, ни душащих нитей – мы напуганы. Страх отвлекает от любого прошлого.

Планшет начинает вибрировать. Я подношу его к уху.

– Ребят? – гремят динамики голосом Ольви. – Ну наконец-то! Они идут в вашу сторону! СВАЛИВАЙТЕ!

– Поблизости есть перекрестки? – холодею я.

– Нет. Бегите. Это ваше единственное спасение. Серверный зал за поворотом, в тупике. Жаль, что я… – запинается он. – Да чего уж жалеть. Удачи вам.

Я прячу планшет в карман. Взгляд Ника – пристальный, мрачный – теннисным мячиком скачет по коридору. Кажется, я даже слышу стук.

Ник притягивает меня к себе.

– Нам… Нам нельзя медлить, – выдавливаю я. – Они сейчас нагонят.

Они сейчас ампутируют нашу память, как больную конечность, и законсервируют ее. А лет через четыреста разгорится война на аукционе за горькое было в закрытой баночке.

Ник нащупывает мою ладонь и сует в нее клочок бумаги.

– Логин и пароль. Введешь – получишь админа. С замком вы справитесь.

– В смысле?

– Эй, ты что, бросаешь нас? – вторит мне Альба.

– Матвей… – каменею я. – Не смей…

– Я их отвлеку. Ты же знаешь, я могу. Вы – нет.

Ник верит мне больше, чем я сама. Мой Ник. Определенно мой. Как странно, что в кабинете охранника я приняла его за чужого.

– Но там заперто. Они ведь не дураки…

– Попробуй взломать. Пароль у тебя.

– Давай пойдем вместе. Пожалуйста! Ты… Ты же у нас главный.

– Не подведи Оскара.

Я дергаюсь в сторону серверного зала, но тут же возвращаюсь.

– Пожалуйста… – Слезы катятся по щекам. Мне стыдно чувствовать слабость, но с Ником я не умею быть другой. – Нам нужна твоя помощь! Нужна! Здесь целое отделение сущностей! Неужели ты рискнешь невиновными?

Он отстраняется и, утонув пальцами в моих волосах, заставляет посмотреть на него.

– Неужели ты рискнешь невиновными?

– Н… Нет…

У меня в голове – батут. Огромный батут для мыслей. Они скачут, скачут, рассыпаются крошечными бусинами и прячутся в щелях. Хоть сутками ищи – бесполезно.

– Через год мы будем вспоминать об этой вылазке с улыбкой. За ужином, с чашкой чая. И хохотать – весь вечер. Ты напишешь о наших приключениях в Сети, а может, снимешь видео. И люди перестанут бояться, потому что появится лекарство от обнуления, – обещает Ник.

– Правда? – спрашиваю я.

– Я к вам присоединюсь, если… успею.

– Ты не ответил.

– Правда.

Мой кокон разрушен. Феникс улетел. Тьма рассеялась. Мне нечем защищаться. Мотылек под ребрами растет, наполняет меня, и я сдаюсь. Снова.

– Мы так долго тебя ждали. – Вдох-выдох. Вдох-выдох. – Ты не имеешь права не успеть. И… прости. За то, что усомнилась.

Я поднимаюсь на носочки и прижимаюсь к губам… друга? Лишь на миг, чтобы запечатлеть его в своем альбоме. Ямочки на щеках, шершавую кожу, болезненную бледность – все до последнего штриха, чтобы хватило как минимум на вечность.

Ник стискивает меня сильнее обычного, будто я вот-вот испарюсь, выкиплю до дна и расплавлюсь.

– Успей, – прошу я. – Мы же команда?

– Команда, – подтверждает Ник.