Цветок безумия. Империя рабства - Владимир Белобородов

– Ш-ш-ш-а, – Шрам, шедший впереди, резко остановившись, сделал медленный знак рукой, заставляя всех пригнуться, и тут же попятился назад.

Я хотел спросить шёпотом, но воин словно почувствовал и вообще стал ложиться на землю. Пришлось последовать примеру. «Один», – повернувшись к нам, показал палец Шрам и ещё раз ладонью вниз, чтобы не вставали. Лежать пришлось долго. Минут десять точно. После чего Шрам сползав вперёд, вернулся уже на ногах, но пригнувшись.

– Они парой отходят, – прошептал он.

– То есть? – Спросил один из мамитовских.

– Оставляют одного соглядатая в засаде, а сами вперёд идут, – пояснил Мамит. – Тот в засаде, через некоторое время догоняет, только другой уже сидит, где-нибудь спрятавшись, и наблюдает. Так парой они и смотрят, чтобы кто сзади не шёл. Он тебя не заметил?

– Нет. Только своих догонять пошёл. Я его со спины уже видел. Сто ударов бы раньше… Сейчас бы кто стрелу словил. Он с луком.

– Надо сбоку зайти, – предложил один из воинов.

– Можно попробовать. Только крюк большой, – ответил Шрам.

– А так незаметно не подойдём. Перебьют половину рабынь и уйдут.

– Можно в степи. Они там не такие осторожные, – предложил Мамит.

– В степи далеко видно, – Шрам, сорвав травинку, сунул её в зубы. – Если ночи дождаться токмо. Опять же хорошо они во тьме зыркают.

– Что в обход?

Сказано, сделано, казалось бы…

– Можете сильно не скрываться, – произнёс я где-то через километр, когда мы обходили поляну. – Нас обнаружили.

– Откуда знаешь? – Повернулся Шрам.

– Головами только не вертите. Слева. На той стороне поляны всадник в кустах стоит. Вам не видно. Он в свете силы выделяется.

– Духов им… – прошипел Мамит. – Что делаем?

– Давайте прямо в лес. Постараюсь отсечь его, – отстегнул я ножны.

И вот как мне сразу идея в голову не пришла? Раз они по одному охраняют тылы, то мне-то их снять проблемы не составит. Это ринуться сразу против пятерых безумство. А по одному…

Только скрылись от взгляда, я начал ускоряться. Бежать пришлось быстро. И шумно. Но теперь не до секретности. Орк меня не видел. Он, слегка пришпоривая, подгонял своего огромного жеребца средь деревьев выбирая наиболее свободное пространство. Я чуть не на цыпочках бежал за ним, стараясь попадать в мягкий стук копыт его лошади. Шаги своей смерти (как я всё-таки пафосно), он услышал слишком поздно. Прыжок на круп с разбега. Обхват головы зеленомордого и резко выхватить все силы из его шеи, чтобы не закричал.

Живучие создания. Очень. Жеребец понёс почти сразу, и мы с орком, свалившись с животного, волоклись по земле. Орк, запутавшись в стремени, а я, вцепившись в его здоровенную бугрящуюся шею, не желая выпускать её из рук, пока тот жив. А умирал он никак не меньше десяти секунд. Это кажется, что это не долго. А вот когда ты пузом по земле…

В одном месте камзол был порван и стал намокать от крови. Глупо как-то я. Орк уже не предупредит, а вот жеребец, прискакавший без него… Надо было сначала лошадь убить.

Своим сообщить я не успевал. Да и надеюсь, что они сами с головой, и постараются как можно быстрее зайти во фланг. А я… А я мог попытаться снять тех, что сзади рабынь.

Сначала быстро вперёд, ориентируясь по голосу орка. А теперь замереть. Раствориться в окружающем мире и потихоньку… А зачем мне задние? Убрать того порыкивающего, что рядом с рабынями. Некому будет в случае чего девок резать. Да и его соплеменники ведь в тыл смотрят. Должен быть, конечно, ещё один где-то… По логике вещей впереди дорогу осматривает. Разумеется, те сзади всё равно поймут. Но не сразу и не оба. А по одному. А по одному, это мне по силам. Я вынул кинжал. Больше никакой самодеятельности. Только оружие и молнии. Чтобы наверняка.

Зайти со стороны ведомых орком лошадей незамеченным, оказалось просто. Маг я или нет. Почему орк шёл пешком? Не знаю. Романтик наверно. Только было так, как было. Он вёл в поводу свою лошадь, к седлу которой были привязаны ещё две. То ли лошади не воспринимают моё ментальное воздействие, то ли по запаху почувствовали. Только вдруг хором слегка шарахнулись от меня, прямо на рабынь.

– Хр-р-ра, – сердито рыкнул зеленомордый, дёргая за узду.

Хорошо быть магом. Он ведь смотрел почти на меня и… не видел. Прыжок и удар кинжала в шею.

– И-и-и, – завизжала одна из рабынь, когда прямо на неё упал орк с распластанным горлом.

Идущая рядом сотоварка, быстро поняв, что к чему, закрыла ей ладонью рот. Только куда там. Кто-то из них охнул. Кто-то радостно вскрикнул… Бабы, одним словом.

Я дёрнул из ножен, висевших на седле орочьей лошади клинок, но тут же бросил его на землю. «Не по руке», это не то выражение. Мне им разве что в качестве двуручника.

– Эх… – пришлось отпрыгнуть от размашистого удара орка.

Идея оказалась не самой лучшей. Орки поняли, что на них напали и поспешили на выручку. И вроде не видели меня. Не должны были. Только тот, что бежал первым, вдруг шарахнулся в сторону, когда я попытался так же нагло как и с предыдущим, пойти в лобовую атаку. Молния. Он смог снова уйти, отскочив назад!

– Эх! – Я, перестав прятаться, просто пошёл на него.

Зеленомордый рыкнув, бросился на меня. Размазаться среди окружающего мира и со всех магических сил вперёд под его руку и ещё раз молнией по глазам…

Тело словно само упало и стрела вместо того чтобы продырявить мою черепушку входит в лошадь. Соскакивая, стараюсь вновь исчезнуть, так как орк не собирается подходить, а натягивает тетиву со следующей… даже не стрелой – полукопьём. И тут же начинает падать на бок.

Могут ведь, когда хотят. Все четыре болта в цель.

– Долго вы, – присел я на землю.

– Ты как маленький, – вышел из леса Шрам. – Тебя послали одного орка перехватить. Одного, – он показал палец. – Считать умеешь? А ты снова всех.

– А что было уже? – Разглядывая мёртвого орка, спросил один из арбалетчиков.

– Чуть дальше. На переправе. Мы там сотню орков вырезали.

– Что раскричались? Ещё один должен быть, – осёк я зубоскальство Шрама.

– Не-е. Ты когда убивал последнего, он как раз выехал. Как увидел тебя. Позеленел весь со страху и в кусты. Обгадился наверно.

Парни захохотали.

– Ну что, девицы! Кто за такого красавца замуж пойдёт? – Шрам, повернувшись к рабыням, театрально всей пятернёй провёл вдоль своего лица.

Рабыни, молча, смотрели на нас.

– Ты раскуй их сначала, – ухмыльнулся Мамит. – Они за это время отойдут от твоего лучезарного вида. А то видишь, онемели от счастья. Не бойтесь! Не в торб вас отбили.

– А куда ж? – Спросила та, что затыкала визжащей подруге рот.