Сказ о ведьме Буяне - Елизавета Шумская

– Ивор, мне уже страшно от слов твоих, – повела плечами Велислава. – Ты ведь сейчас перешел эту грань?

– Перешел. Но только оттого, что, если они победят, будет еще хуже. Добра в тех, кто решился тебя похитить, нет ни капли, а значит, и понимания нет. Но это тоже допущение. И платить придется. Но я понимаю это и многое сделаю, что на благо пойдет земле нашей… Больше, чем вреда нанес. Трудно это, Велислава, сила есть обязанность. И чем больше сила, тем больше обязанность. Велик тот, кто может этот груз выдержать.

– А ты можешь?

Взмах светлым хвостом.

– Да.

– А от скромности ты не умрешь.

– Скромностью гордятся, когда гордиться больше нечем. Я говорю только то, в чем уверен. Иначе и быть не могло.

– Так уж и не могло? – Отчего так хочется его подначить? Отчего не может она удержаться?

– Сила у меня такая, – серьезно ответил волхв. – Странная. Великая. Необычная. Сделать я только то могу, что земле, природе, сути вещей по вкусу приходится… А остальное – это так, мелочи, благодарность за то, что мостком переходным служу.

– Переходным?

– Угу. – Ивор вновь остановился. Руку вперед вытянул. Ему на руку птаха уселась, защебетала что-то умильно. Волхв кивнул и снова поменял направление. – Лес скоро кончится, Велислава Ладимировна. Равнина да холмы пойдут. Да и сами мы недалеко от Чудовой Чащи окажемся.

– Что?! – мигом забыла все серьезные разговоры княжна. – Как это – около Чудовой Чащи?! Ты куда меня, волхв, завел?! Из Чудовой Чащи никто, окромя, может, чародеев, живыми да в твердом уме не выходил!

– Да нет, ты не поняла. Лес этот к ней лишь боком пристает. А мы выскочим на равнину прям перед ней. Там и с Лихославом должны пересечься.

– Точно? – Вновь подозрение зажигается в серых очах.

– Обещать не обещаю. Уж больно мотает их что-то, но надеюсь. Ты уж постарайся мне доверять, Велислава Ладимировна. Очень помогает это чувство.

Княжна только открыла рот, чтобы пафосно заявить, что, мол, никому не доверяет, да только перехватила веселый взгляд странных глаз Ивора и промолчала. Она многим доверяла. И отцу, и Горыне, и дружинникам, и Гойдецу, и Белозору, и Буяне, и Милане, и Илье, и варлоку – многим. И сегодня этот список увеличился еще на одно имя.

Волхв Ивор, вот на это.

И от осознания этого стало как-то особенно тепло и хорошо. Приятно, будто солнышко в пасмурный день выглянуло и улыбнулось.

Велислава подумала немного и покрепче сжала руку Ивора. Махнул по воздуху этот так раздражающий ее хвост, и волхв улыбнулся девушке. Будто понял все. Ивору вообще как-то объяснять ничего не надо было.

Они не стали останавливаться на вершине холма, как былинные витязи. Слишком хорошо тогда видны были бы. Негоже упускать хоть такую мизерную, но выгоду для себя и своего дела. Лихослав натянул поводья, когда они чуть ослабли. Повел рукой по воздуху. Вдохнул и принялся колдовать. Посох в его руке засиял ярко-синим хрустальным глазом. Воздух вокруг задрожал, ветерок будто поднялся да вокруг чародея закрутился.

– Ну что? – не выдержал ожидания Илья.

– Рядом сестрица твоя, – кивнул варлок.

– Где?!

– В лесу где-то. Сейчас эту рощицу пересечем. Там холмы небольшие будут. Без леса, травы луговые, Миланы на них нету… Там тот лес и увидим.

– А она не заблудится? – подал голос Родомил. – Как она одна-то по лесу незнакомому?

– А она и не одна. Волхв с ней.

– Ивор? – поднял брови Илья.

– Он самый. И скажу тебе сразу – будто по ниточке идут. Точнехонько нам навстречу.

– Значит, Ивор ведет, – удовлетворенно хмыкнул светловолосый княжич. – Сбежали-таки.

– Если не он сам ее похитил, – высказал Родомил, недобро черными очами сверкая.

– Да ему-то зачем? – удивился варлок.

– А мало ли, – пожал плечами тот.

Варлок покачал головой: ох не нравится соперник черноглазому княжичу, не нравится. Родомил – справный парень, и вести может, и подчиняться приказу разумному. Ни разу по пути к нему нареканий не было. Может, и неплохой был бы муж Велиславе Ладимировне, кто ж знает.

Лихослав тронул коленями коня.

Над «спасателями» целеустремленно бежали по небу облака. Не додумался чародей поднять глаза повыше, а то бы прелюбопытнейшее зрелище увидал.

– Буяна! Буяна!! Сестрица!!!

Вопль Миланы раздавался со стороны улицы. Кричала знахарка громко. Это всегда ведьму удивляло – такая милая, тихая с виду травница обладала голосом, которым песни главным запевалой вести.

Но вот сейчас в крике сестрицы названой никакой певучести не было слышно. Лишь страх да тревога. Некстати вдруг вспомнилось, как на терем княжий напали. Тогда именно Миланин крик из зеркала их с варлоком и поднял, на подмогу призвал. Неизвестно, чем дело бы кончилось, не окажись знахарка тогда в тереме у князя.

Вот и сейчас Буяна рванулась к окну, привычно высунулась из него и на всю улицу закричала в ответ:

– Что случилось?!!

Да-а, тяжело, наверное, быть соседом ведьмы… но почему-то никто не жаловался.

Травница обнаружилась в самом конце улицы бегущей со всех ног к терему колдуньи. То ли забыла, что «колодец» можно прорубить, то ли силы на что-то другое потратила уже, сколько их там у знахарок.

Череп при виде такой суматохи даже вредничать и норов свой дурной проявлять не стал. Сразу калитку открыл и захлопнул ее только за спиной у Миланы.

– Ты на небо посмотри!!! – закричала та, вбегая во двор.

Буяна тут же высунулась из окна еще больше и вверх уставилась. Увидела только тучи серые, скоренько так по небу бегущие.

– На крышу давай!!! – топала уже в горнице травница.

Колдунья бросилась к лестнице, ведущей на чердак, а оттуда на крышу. С тех пор как дом по настоянию варлока переделали, туда вела уже не шаткая приставная лестница с огромными расстояниями между ступеньками, а устойчивая конструкция, по которой можно было бегать, даже не будучи ведьмой. На крыше, опять же стараниями Лихослава, была сделана удобная, как он изволил выразиться, посадочная площадка. С учетом того, что и сами хозяева, и большая часть их друзей не чурались такого способа передвижения, как полеты, нововведение было вполне оправданно.

Сейчас же Буяна стояла на ней и, приложив козырьком руку ко лбу, рассматривала небо. По нему же по-прежнему бежали облака. Да и солнце светило. Более ничего необычного не было. Даже птиц не видно.

Снизу раздалось шумное пыхтение Миланы, – видать, долго бежала.

– Видишь?! – тут же вопросила она, еще с верхних ступеней лестницы.

– Ну… что-то да вижу, – отозвалась ведьма.