Драконья волынь - Софи Авдюхина

– Зачем?

– Ты войдешь в комнату, – не ответив на Полинин вопрос, Сева указал на друга. – И отвлечешь своего отца. Не знаю как, придумай что-нибудь, скажи, что его ищет Долгорукий. Я войду за тобой и посмотрю, что Феншо показывал остальным – наверняка, там какие-то бумаги.

– Как ты это сделаешь? – не сдавалась Полина. – Василий Ильич увидит тебя и…

– Не увидит. Я владею колдовством Отвода Глаз. Если в комнате останется один или два человека, я без труда пройду незамеченным.

– Как нам вытянуть всех оттуда? – Митя покосился на дверь комнаты, куда им предстояло пробраться.

– Она поможет.

Он повернулся к Полине, та в ответ удивленно округлила глаза.

– Да, ты. И твое проклятье. Поднимешься наверх и изобразишь свой странный приступ.

– Что? Я не смогу…

– Почему?

– Не смогу и все! Это… страшно, – пробормотала Полина и отступила на шаг назад.

– Но ты ведь не предлагаешь мне оглушить тебя каким-нибудь колдовством?

– Ну… эта идея получше, чем с проклятьем…

– Не думаю.

– Тогда мы не увидим, какую тайну скрывал мой дядя.

Сева нерешительно переглянулся с Митей, будто бы надеясь, что его друг предложит заколдовать Полину вместо него. Митя покачал головой. Сева глубоко вздохнул и холодно произнес, снова поворачиваясь к Водяной колдунье:

– Верни кафтан. А теперь наверх. Бегом.

Полина неслась со всех ног к освещенному залу с белым роялем, преследуемая по пятам молчаливым Севой. Она остановилась у двери с позолоченной завитой ручкой и обернулась.

– Заходи в комнату и ни о чем не думай. Надеюсь, ты очнешься через пару минут, можешь сказать всем, что стало слишком душно, поэтому ты потеряла сознание, – сказал Сева, и Полина заметила, как напряглась правая ладонь ее собеседника. Еще секунда, и он атакует ее со спины. Как неблагородно!

Полина повернулась на каблуках и толкнула светлую дверь. За столом еще толпились игроки, подбрасывая в воздух разноцветные фишки и галдя. Несколько человек покосились на вошедшую Водяную колдунью. Заметив их взгляды, она попыталась изобразить на лице ужас и прижать к груди ладонь, но в тот же миг перед глазами потемнело, и все исчезло.

* * *

Сознание возвращалось медленно и с очень неприятными ощущениями, словно Полина угодила в липкое болото и теперь еле-еле выбиралась из него. Сначала она услышала голоса, а только потом, будто через какую-то пелену, увидела расплывающиеся лица окружавших ее людей.

– Очнулась. – Голос Даниила Георгиевича звучал точно так же, как и голос его сына, когда тот был очень серьезен.

«Значит, план удался», – подумала Водяная колдунья.

Полина подняла ослабевшую руку и протерла глаза. Целитель внимательно наблюдал за ее движениями, рядом с ним стоял Монье, а возле Полины сидел Ирвинг. Его лицо засияло, когда Полина встретилась с ним взглядом.

«Не смотреть в глаза и ничего не думать!» – в ней теплилась надежда, что ее необычная сопротивляемость, свойственная Водяным, поможет скрыть от самого сильного Светлого мага правду о ее приступе.

– Что произошло, Полина? Как ты себя чувствуешь? – осведомился Монье.

– Я думаю, – вдруг ответил Ирвинг, – что ей просто стало душно. Не так ли? Это не имеет ничего общего с проклятием.

– Да, – прошептала потрясенная Полина. Было ли просто совпадением, что он произнес ту фразу, которую собиралась сказать она сама, или Предводитель Светлого сообщества все же прочитал ее мысли? – Да, стало тяжело дышать, и я почувствовала слабость, и… кажется, потеряла сознание. А где мой дядя?

– Он вышел, – сказал Монье на французском. – Сначала мы решили, что это тот самый приступ, и он не смог это вынести. С ним все нормально, он просто стоит за дверью. Позвать его? А тебе стоит немного полежать. Потом можешь снова идти веселиться.

Старейшины удалились, вошел мсье Феншо, обнял племянницу и просидел с ней так в течение нескольких минут.

– Со мной все хорошо, cher oncle. Ты можешь оставить меня здесь. Просто стало очень душно. – Полина попыталась улыбнуться и выпутаться из дядюшкиных объятий.

– Нет, не прогоняй дядю. Будет лучше, если с тобой кто-нибудь посидит, – сказал Даниил Георгиевич.

– Я посмотрю за ней, – бесцветным голосом отозвался взявшийся из ниоткуда Сева. Полина его не видела, наверное, он стоял где-то за спинкой дивана. Зато она видела его отца, чей взгляд на мгновение изменился: стал подозрительным и удивленным. Правда, в следующий миг его решительно взял под руку мсье Феншо, и оба почтенных колдуна покинули гостиную.

Сева обошел диван, сел на край и уставился на закрывшуюся дверь, вместо того чтобы посмотреть на Водяную колдунью. Полина лежала, ожидая, когда Сева наконец расскажет, что же они с Митей обнаружили в потайной комнате, но Сева молчал.

– Так что… – начала она, но осеклась, потому что в тот же миг он накрыл ее ладонь своей рукой. Внутри что-то сделало кувырок и отозвалось мимолетной сладкой тяжестью где-то за пупком. Она ясно ощутила, что прижата к нему бедром, и это все было ужасно некстати… Но вдруг Полина почувствовала еще какое-то движение – кто-то опустился на мягкий бархатный подлокотник за ее головой, и вкрадчивый голос Стефани произнес:

– Давай пгогуляемся. С бедняжкой ничего не случится без нас. Ей надо побыть одной и пгийти в себя.

– Конечно, – ответил Сева неестественно мягким голосом, – пойдем.

Его ладонь медленно сползла с ладони Полины, что-то оставив там.

Так вот почему Сева молчал – в комнате была Стефани! Вот почему он взял Полину за руку – просто хотел передать ей какую-то вещь! А она… что она опять придумала?

Как только за Стефани и Заиграй-Овражкиным закрылась дверь, Полина села, облокотившись на спинку дивана, и развернула скомканный листок бумаги, который он только что оставил в ее руке.

На бумажке была нацарапана схема, напоминающая семейное древо, имена в котором были неразборчиво написаны крупным скачущим почерком.

МИЛОНЕГА

Е. Максимова + А. Вяземский

О. Вяземская + М. Феншо Я. Вяземская + В. Брусникин

М. Феншо П. Брусникина

Чем дальше она вчитывалась, тем сильнее расширялись от ужаса ее глаза. Она глядела на жалкий смятый листок, который содержал в себе тайну ее семьи, и чувствовала, как волна нежелания верить в реальность поднимается внутри. И тут же что-то дернулось в груди… торжествующе, будто вспыхнула мимолетная искра необъяснимого восторга. Это напугало ее не меньше. Полина вскочила на ноги. Ей нужно узнать подробности того, что Муромец и Заиграй-Овражкин увидели в потайной комнате. Где-то в глубине души она еще надеялась, что все это могло оказаться ошибкой. Полина уже собиралась выбежать наружу, как вдруг представила, что ребята, скорее всего, находились сейчас в главном зале. Сева наверняка танцевал с француженкой, а несчастный Митя – со своей невестой. Нет, ей точно не следовало идти туда. Лучше уж подождать здесь! Полина опустилась в кресло, но тут же снова встала. Нет, сидеть, сложа руки, тоже не лучший выход. Надо прогуляться. Может быть, выйти на улицу. Если уж не было возможности разузнать все прямо сейчас, нужно куда-то себя деть, подождать где-то и обо всем подумать. Захотелось вдруг уткнуться кому-нибудь в плечо и расплакаться.