Астра. Упрямое счастье, или Воспитание маленького дракона - Анна Гаврилова

— Нет. Всё-таки тебе, — приглядевшись к надписи, сказал герцог Кернский.

А я сообразила: отправитель просто подстраховался. Ведь Дантосу письмо дойдёт непременно, а Астрид дочь Трима — персона своеобразная. В её случае всякое возможно. И раз так, то…

В общем, отправитель угадал — страховка пришлась очень кстати. Не будь первого конверта, мы бы вряд ли это письмо увидели. Ведь «кузина» в замке как бы не появлялась. Доподлинно о её присутствии знала лишь горстка слуг в составе Полли — Жакар — Роззи, ну и один стражник. Остальные могли лишь догадываться.

Угу. Несмотря на просевшую конспирацию, показываться обитателям замка я не спешила. Только с Полли общалась. Впрочем, общалась — громко сказано. Ведь с момента бала всего три дня прошло.

— Ты читать будешь? — вырвал из новой задумчивости Дан, и я встрепенулась.

Опять пригляделась к надписи на конверте и нахмурилась, пытаясь сообразить, кому может принадлежать столь корявый почерк. А когда вынула само письмо и вчиталась в первые строчки, загадка решилась. Это брат прислал. Торизас!

Так-так-так… И что там у нас?

«У нас» оказалось много. Даже больше, чем хотелось бы!

Письмо содержало четыре листа и начиналось с нетипичной для Тора фразы: «Здравствуй, драгоценная моя сестричка…» Причём именно так, с многоточием. А продолжалось…

В общем, Тор писал обо всём. О том, как все рады, что я нашлась. О том, как счастливы, что изыскала возможность посетить родной город. О погоде, которая после нашего отъезда установилась. О мамином кулинарном эксперименте — варке варенья из тыквы. О вкусе испечённого с начинкой из этого варенья пирога.

Он писал, а я читала. Внимательно и вдумчиво!

Вначале улыбалась и радовалась, но чем дальше, тем сильнее становилось чувство, будто что-то не так.

Просто Торизас не из тех, кто ценит вот такие подробности. Да и любовью к процессу письма брат никогда не отличался. И вообще… все эти строчки и абзацы создавали сперва лёгкое, а потом крепкое ощущение того, что брат к чему-то ведёт. Попутно заговаривая зубы. Усыпляя бдительность!

Причём тон письма говорил, что пугаться не стоит. Что речь о чём-то хорошем, ну или около того.

Тем не менее где-то с середины я начала хмуриться, и следивший за мной Дантос тут же насторожился.

— Что там? — спросил он, но я отмахнулась.

Вернон, от которого ситуация также не укрылась, поднялся из кресла и приблизился к столу. В итоге в меня упёрлись два напряжённых взгляда, но я внимания опять-таки не обращала. Я читала!

О кислых минах Нила и Дурута — старейшины никак не могли забыть недавние события. О трещине в городской стене, которая, безусловно, из-за показательного выступления драконов образовалась. О насморке, который подхватил первенец моей дорогой Юдиссы. И даже о возлюбленной Тора, о Виритте!

Когда брат начал описывать платье, в котором накануне появилась его зазноба, я не выдержала. Решительно перевернула лист и заглянула в самый конец письма.

И поняла — предчувствия не обманули! Вся эта вода была изощрённой подводкой к главной новости.

Новость шла последним абзацем, который гласил:

«Драгоценная моя сестричка, кстати… Помнишь, что ты мне накануне отъезда сказала? Мол, ты не уверена, но есть подозрения, что в Лабиринте что-то нарушилось? Так вот… Спешу сообщить, что ничего в Лабиринте не нарушилось. Просто ты его сломала. То есть совсем. Полностью!»

Я прочла и застыла. Замерла в неописуемом шоке.

Правда, причиной шока был не Лабиринт — бес с ним. Меня поразило это гадкое, клеветническое «ты».

Почему сразу я?

Разве это я Дантоса к озеру Отречения посылала? Разве я велела ему розовый алмаз принести? В конце концов… разве это я древнего «червя» убила? Да я… я вообще мимо проходила! Ну то есть пролетала. Ну то есть…

— Астрид, что? — не выдержал Дантос, и я обиженно швырнула письмо на стол.

— Последний абзац, — пояснила с чувством. — Читайте!

Герцог Кернский и маг дружно склонились над листом, чтобы вглядеться в корявый почерк Тора. Читали долго. Дольше, чем требовалось! А потом… Дантос поднял голову, подарил тёплый взгляд и спросил:

— А кто первый розовый алмаз из паза выдернул?

Память услужливо подбросила красочную картинку…

Остров посреди озера Отречения, большая полость в камне и великолепные розовые кристаллы красивой огранки, которые складываются в ровный, симметричный узор, очень похожий на то, что магической сеткой зовут. Моя рука, которая тянется к одному из камней, и застывший в глазах Дантоса вопрос: «А может, не нужно это трогать?»

И мой ответ уже вслух:

— Старейшина Нил сам такое условие поставил!

А дальше…

Впрочем, не важно.

Я тряхнула головой, прогоняя воспоминание и возвращаясь в уютный кабинет к хитро взирающему на меня герцогу.

Ну да, первый кристалл выдернула я. Потом даже попробовала поставить его на место, но увы — возвращаться в паз кристалл отказался. Это, безусловно, свидетельствовало о том, что магическая сетка разрушилась и уже не восстановится. То есть… в какой-то очень маленькой степени, с гигантской натяжкой, слова брата можно назвать не лишёнными смысла. Но он не имел права так говорить, потому что…

— Торизас про первый алмаз не знал! — выпалила я.

Мужчины моё возмущение, увы, не оценили. Переглянулись, чтобы через мгновение залиться дружным некультурным хохотом. А я надулась и отправилась к шахматному столику. Расставлять фигуры, чтобы… позорно проиграть Вернону очередную партию.