Дочь - повелительница Зари - Юрий Иванович

– Хорошо! Мы платим двести, но с одним условием! Завтра мы уже должны быть в море.

Капитан встал и ответил с аристократическим высокомерием:

– Условие принято. С вас аванс: двадцать золотых.

Рассчитались, договорились о начале погрузки и о прочих технических деталях, затем быстро осмотрели пассажирские каюты и поспешили на берег. И только там Торрекс недовольно пробормотал:

– Мы ему переплатили…

Загребной хмыкнул:

– Конечно, я и сам люблю поторговаться, но не до такой же степени!

Торрекс развел руками:

– Не будешь торговаться – не получишь и самого мизерного уважения. Даже пословица такая тут есть: «Хочешь стать великим человеком, научись торговаться как юланин».

– Глупая пословица, – сказал Семен. – В следующий раз я попробую договориться без торговли. Если случай подвернется…

– Думаете, получится? – язвительно спросил Торрекс. – Вот вам и удобный случай: как раз подходим к лавкам ювелиров. Попробуйте с ними сторговаться быстро и выгодно.

Еще перед Юлани наличность путешественников растаяла, как снег под жарким солнцем, и Загребной с утра говорил салламбаюрскому майору о том, что нужно будет продать драгоценности.

Теперь они как раз и находились в том самом месте, где можно было обменять камешки на звонкую монету. Но Загребной не стал сразу заходить в самые большие и шикарные скупочные магазины, а прошелся со своим спутником по десятку более мелких, прицениваясь и задавая вопросы. И лишь потом они зашли в хорошо известное Торрексу место, где скупали драгоценные камни. А чуть раньше командир проинструктировал начальника охраны, что и как говорить.

Семен выложил на стол пять изумительных сапфиров и сразу пошел в атаку:

– За все пять – тысячу золотых. И учтите, я воин, а не торговец. Поэтому торговаться не намерен даже за один медяк.

– К сожалению, эти камни стоят намного дешевле, – сказал скупщик. – Поэтому могу вам предложить…

– Ничего нам не надо предлагать, – грубо перебил его Семен. – Цена окончательная. Майор, сколько нам предложили в «Лунном кристалле»?

Торрекс с деловым видом полистал помятую тетрадь и нашел якобы нужную строчку.

– Девятьсот шестьдесят.

– Как? Они ведь предлагали на двадцать больше!

– Да нет. – Послюнявленный палец перевернул страничку. – Девятьсот восемьдесят нам предложили в «Жемчужине».

– М-да? Ну, тогда возвращаемся к ним.

В следующий момент все пять камней были сграбастаны Семеном со стола и упрятаны за пазуху. Посетители встали, когда у растерянного скупщика вдруг прорезался голос:

– Но, послушайте…

– Я не собираюсь ничего слушать, – отрезал Загребной. – Я воин! Мне нужны только деньги! Всего хорошего!

Видя, что заработок уплывет сейчас бесповоротно, скупщик воскликнул:

– Хорошо! Мы вам выплатим девятьсот восемьдесят золотых.

– Нет, как человек честных правил я отдам камни тому, кто первым предложил эту сумму.

– Девятьсот девяносто!

– В моих правилах поднимать и опускать только в размере двадцати. Неужели вы не поняли еще, что перед вами истинный воин?

Скупщик вздохнул так тяжело, что его стоило пожалеть:

– Хорошо, давайте камни.

Когда парочка воинов вновь оказалась на улице, Торрекс уважительно покачал головой:

– Признаться, не ожидал, что так здорово получится. На моей памяти подобные вещи вообще никогда оптом не скупались. За каждый камешек наверняка бы пришлось торговаться по часу.

– А что в итоге? Тот же самый результат! И зачем? Никогда не пойму! Скорей, тут надо вводить пословицу: «Если хочешь прослыть плохим купцом, торгуйся как юланин».

Салламбаюрский майор после этого изречения стрельнул глазами по сторонам и попросил:

– Не так громко. Жители Юлани могут нас и не понять…

В гостинице Загребной первым делом рассчитался с наемниками, а потом и проводил лично двух из них, которые решили уехать в свой город Далтен. Как ни отговаривали их товарищи, предлагая чуть позже проделать тот же путь вместе, но два пожилых воина спешили вернуться к своим семьям. И даже повышение оплаты их не остановило. Они намеревались пристроиться охранниками к какому-нибудь идущему в Далтен каравану. Хорошие наемники всегда были в цене и без работы не сидели. Хотя и им порой приходилось преодолевать обратную дорогу «порожняком», если не было подходящего заказчика.

В момент коротких проводов на Загребного вновь снизошло озарение: оказывается, за ночь он проскочил сразу несколько уровней Шабена. Во-первых, он смог увидеть спокойно стоящих во дворе гостиницы больевов, во-вторых, рассмотрел на демонах всю одежду, и в-третьих, ему стало видно не только их лайкриловое, но и другое оружие параллельного мира. А это были соответственно седьмой, восьмой и девятый уровень.

Ему захотелось проверить и свой шестой уровень, при котором демон мог почувствовать дистанционное прикосновение Шабена. Семен постарался осторожно прикоснуться к одному из своих вольнонаемных воинов из другого мира. Так получилось, что чуть раньше Гнатан и Аньюли зашли по своим делам за карету, и легкое, с трудом в первый раз созданное прикосновение понеслось в сторону Люссии Фаурсе. А демонессе как раз в этот момент вздумалось подняться на крышу кареты, и она шагнула на пару ячеек по сети-потайке вверх.

Вначале обрадованный и окрыленный своими новыми возможностями, Загребной теперь мог лишь наблюдать, как его магический посыл пришелся ниже талии облаченной в просторную юбку Люссии. Да так пришелся, что юбка задралась чуть ли не на голову, открывая взору как нижнее белье, так и стройные ножки пятидесятилетней особы из параллельного мира. Даже извивающийся хвост не испортил пикантной картинки. В тот же миг эта особа со всем проворством спрыгнула вниз, резко развернулась и молниеносно занесла руку для удара. Вот только рядом никого не оказалось. Она перевела взгляд и увидела замершего от стыда командира отряда.

Чтобы не выглядеть полным идиотом и не оправдываться перед ничего не понимающими работниками гостиницы, Загребной быстро приблизился к демонессе, на ходу придумывая оправдания.

– Хотел издалека просто коснуться твоего плеча и указать на незакрепленный край сети-потайки. Но ты как раз решила подняться выше, так что не подумай чего, я совершенно случайно, прошу прощения.

Полностью рассмотреть мимику демонов можно было только после двадцатого уровня Шабена, но явную улыбку он увидел без труда.

– А мне показалось, что это опять Гнатан шалит. До чего же ветреный и бестолковый балбес, хоть мы его с Аньюли уже и наказали пару раз за плохое поведение. Но… Это я должна просить прощения за то, что замахнулась на тебя. Ведь по нашим законам полноправный командир может за такие мелочи не извиняться, а делать все, что посчитает нужным.