Пикник на обочине. Зона отстрела - Владислав Выставной

Коротко хлопнув друг друга по рукам, друзья расстались. У сталкера оставалось три магазина к пистолету-пулемету, у девушки было восемнадцать патронов в магазине пистолета. Если этого не хватит на прорыв, то в большем количестве боеприпасов просто не будет необходимости.

Шевцов сдержал обещание. Бешеным пулеметным огнем он перетянул на себя все внимание бандитов. Кот рванул сквозь мертвый кустарник, выбросив вперед правую руку с «ПП-2000», левой же волоча за собой девушку. Ломились почти вслепую, так как включать фонарь было бы сейчас самоубийством. Они уходили все дальше, слыша, как за спиной затихают пулеметные очереди. Дико не хотелось осознавать, что это означает, но навязчивые мысли продолжали лезть в голову.

Нет ничего хуже выбора: кого из друзей спасать, а кого оставлять на верную смерть. Человек – не Господь Бог, не для него такие непосильные решения. Чтобы не сойти с ума, нужно просто стиснуть зубы и не отступать от намеченной цели. Самобичевание, бессонница и пьяные слезы – все это после. Сейчас – только вперед, до конца, до упора, даже если придется ползти на брюхе, отстреливаясь до последнего патрона…

Их взяли технично. Без стрельбы и почти без усилий. Просто дали как следует вымотаться, устать, потерять бдительность. Человек – он ведь не железный, каким бы крутым ты ни был, ты все равно слабее банды. Даже тигр бессилен против толпы, а двое уставших людей – не проблема для опытных охотников. Их ловко отвлекли, погоняв в отдалении неуклюжих «шестерок», и, пока Кот с Леной стреляли по кустам, набросились сзади.

Странно, что не убили сразу, наверное, было неинтересно просто пристрелить и без того ослабленного противника. Может, сыграл чисто бандитский садизм, желание отомстить за своих, за унижение и страх перед такой крохотной группой, завалившей кучу «братков». А может, так распорядился главарь, узнавший в сталкере своего давнего врага. Это было бы худшим вариантом.

И, ясное дело, выпало худшее. Неспроста, видать, они шатуна встретили.

Сначала его попросту избили – руками, ногами, прикладами – просто, с горячки боя. Обыскали при этом довольно поверхностно – лежа на боку, Кот ощутил впившуюся в тело острую грань металлического кубика. Потом оттащили на пустырь между двумя насквозь проржавевшими автобусами. Машины выглядели обгоревшими и были сплошь изрешечены пулями. Несколько вооруженных людей грелось вокруг железной бочки, в которой что-то дымно горело. Вокруг курили, жрали, отхаркивались и матерились. Гнусное было местечко.

Кот корчился от боли, уткнувшись лицом в пыль, когда над ним прозвучал неприятно знакомый голос:

– Так-так, кто это у нас? Гляди-ка, баба! Что еще за шмара, откуда?

– Да вроде ведущая, из «ящика». Вон и оператора взяли, с камерой.

– Эк, интересно получается: не я в камеру, а она ко мне!

Бандиты заржали, больше из вежливости, конечно.

– А это что за тело? А ну переверни-ка его. Ба – да это же Кот!

Двое бандитов поставили сталкера на ноги. Кто-то рывком, за волосы заставил его поднять голову и посмотреть в глаза главарю. В эти жестокие, холодные глаза убийцы, которые привыкли смотреть на чужую смерть.

Судьба любит устраивать сюрпризы. Причем большинство из них – далеко не приятные. Как эта чудная встреча со старым врагом.

– Как просил, Штырь, – живьем взяли!

– Это вы молодцы, порадовали. Давно я в эти глазенки поглазеть хотел, как их от страха выпучит.

– Не дождешься, Штырь, – сплевывая кровь, процедил Кот. – Кучей говна меня не испугаешь.

– Дерзкий ты, Кот, – с одобрением сказал бандит. В руке его появилось устрашающего вида железное жало сантиметров пятнадцать в длину. За манеру расправляться с жертвами такой вот заточкой он и получил свое погоняло. – Поэтому я не убью тебя сразу. Дерзких надо учить. И я тебя научу, ты у меня дерьмо жрать будешь, да еще и нахваливать. Понял?

Кот зарычал от боли: острая заточка вошла глубоко в бедро. Нога перестала слушаться, сталкер упал на колени. Навалившись на заточку, Штырь наслаждался реакцией жертвы. Затем выдернул острие, брезгливо вытер о рукав камуфляжной куртки.

– Для начала хватит, – решил он. – Пока поговорим с девчонкой.

– Только тронь ее, гад! – прохрипел сталкер.

– Что, в суд на меня подашь? – поинтересовался Штырь.

Он подошел к девушке, которую удерживал крепкий коренастый бандит. С любопытством оглядел ее с ног до головы, ухватил за подбородок, заглянул в глаза. Ухмыльнулся – похабно и мерзко.

– Что вы делаете?! – крикнула Лена, пытаясь вырваться. – Я на телевидении работаю, я журналист!

– Что, у журналисток там все по-другому устроено? – поинтересовался Штырь. Грубо притянул девушку к себе. Та побледнела, отвернулась от его тяжелого дыхания.

Бандиты заржали. Кот дернулся – и получил резкий удар по ребрам, от которого перехватило дыхание. Кто-то протянул главарю пистолет:

– Смотри, что у нее было. Чуть меня не подстрелила, стерва.

– О, как? – Штырь взял пистолет, осмотрел. – Что-то новое в нашей журналистике?

Лена отвела взгляд. Штырь разглядывал ее, решая, как поступить, когда рядом возник короткостриженый бандит в бронежилете на жилистом торсе и сообщил:

– От Брахмана человек пришел. Просил отдать ему этих, – он, не глядя, кивнул в сторону пленников.

– А харя у него не треснет? – отозвался Штырь. – Девку и патлатого пусть забирает. А с Котом у меня личные счеты, так и передай.

– Да вот, сам ему скажи, – жилистый кивнул на еще одного появившегося на пустыре.

Кот сразу узнал Сурка. Тот довольно нелепо смотрелся среди крепких и наглых уголовников, но держался уверенно. В нем появилось и что-то новое – какая-то едва уловимая, но явственная сила. И со Штырем он заговорил спокойно, на равных:

– Привет, Штырь. Меня прислали за пленными.

– А, это ты? Ну этих двоих можешь забирать. Кот останется. Я из него чучело набить хочу.

– Ты не понимаешь, Штырь: сталкер нужен Брахману.

Штырь усмехнулся, сплюнул и презрительно бросил:

– Мало ли кто кому нужен. У тебя все? Тогда проваливай.

Сурок оглядел главаря с ног до головы ничего не выражающим взглядом и терпеливо пояснил:

– Ты работаешь на нас, Штырь. И сделаешь то, что скажем мы.

Вокруг наступила подозрительная тишина. Бандиты внимательно следили за реакцией лидера. Штырь с ходу считал ситуацию и изменился в лице.

– Что ты сказал? – С наигранным удивлением он поглядел на Сурка. – На кого я работаю? На полицию, что ли? Нет, вы слышали?

Последнее было обращено к бандитам. Те не спешили с реакцией, ожидая продолжения. Похоже, не все было так однозначно во взаимоотношениях Штыря и Брахмана. Все это было довольно интригующе, но сталкер проявил бы куда больше интереса к происходящему, если бы не выкрученные руки и боль в ноге и ребрах. Тем более что разговор касался непосредственно его судьбы.