Мне нужно твое «да» - Ольга Романовская

– Конечно, милорд, – кивнула девушка. – Я все понимаю.

Пусть вспоминать о таком тяжело, она обязана если не ради себя, то во имя государства.

– В таком случае я пришлю за вами.

И первый министр скрылся за полуколоннами.

Ленар снова и снова прокручивал в голове сказанное. Вроде он не допустил ошибок, говорил холодно и официально. Ленар понимал, отныне каждое сказанное Ефимии прилюдно слово немедленно передадут императору. Да и вряд ли Вардену понравилось бы, надумай друг под любым предлогом остаться с леди Брок наедине. Именно поэтому он упомянул комиссию, тогда как на самом деле планировал откровенно поговорить с Ефимией один на один. Он должен выяснить, какие чувства питает к нему девушка. Если у него есть хотя бы крошечный шанс, Ленар его не упустит. Дружба дружбой, но каждый кузнец своего счастья. Ненадолго выставить следователя под благовидным предлогом не так уж сложно, для приватного разговора хватит пары минут.

Стоило Ленару скрыться из виду, как Элизабет ухватила Ефимию за руку и, презрев условности, потащила сквозь живой строй конкурсанток.

– Мирабель арестовали! – едва они оказались одни, выпалила графиня Сомерсби.

Не дав подруге вставить ни слова, она крепко стиснула ее ладони и виновато запричитала:

– Я так виновата перед тобой, Эффи! Я глупая снобка, круглая дура! Это из-за меня Мирабель заманила тебя в ловушку!

– Что?! – Ефимия осела на ближайший диванчик. – О чем ты? Что с Мирабель?

– Мерзавка ловко притворялась, обвела нас вокруг пальца, – сжала кулаки Элизабет. – Она подделала мой почерк и написала ту записку. Я не звала тебя в зимний сад, Эффи!

– Это я уже поняла, – медленно переваривая услышанное, кивнула девушка. – Но почему именно Мирабель?

– Не удивлюсь, если она даже не Мирабель вовсе.

Опустившись рядом с подругой, Элизабет тяжко вздохнула. Она считала себя опытной дамой, покровительствовала «малышке Арно» – и тут словно гром среди ясного неба – известие о ее аресте.

– Выходит, заговорщикам помогала Мирабель, – после затянувшегося тяжкого молчания подвела итог Ефимия.

Факты упорно не желали укладываться в ее голове. Мирабель такая тихая, скромная, неуклюжая… Слишком скромная, слишком тихая, слишком неуклюжая. Недаром после фуршета Ефимия впервые задумалась, не переигрывает ли подруга. А как она оживилась, какой непривычный напор проявила в желании помирить ее с Элизабет. И поразительно спокойно отреагировала на признание Ефимии. Боявшаяся отца, забитая леди Арно пришла бы в ужас от общения с дочерью мятежного генерала – это могло повредить ее репутации, лишить и без того мизерных шансов на победу. А вот сообщница заговорщиков, наоборот, только порадовалась бы такой удаче. Еще бы, помощница первого министра оказалась «с душком», появился шанс без труда от нее избавиться.

И голос… Теперь понятно, почему он казался одновременно знакомым и незнакомым. Мирабель никогда не говорила властно, уверенно.

– Только я тебе ничего не говорила! – торопливо шепнула Элизабет. – Это большая тайна! Девчонки думают, Мирабель покинула конкурс по личным причинам.

– А ты-то откуда знаешь? – прищурилась Ефимия. – Связи?

– Какое там! – вздохнула подруга. – Нам очную ставку устроили.

Помолчав, она с надеждой спросила:

– Ты ведь меня прощаешь, мы снова подруги?

Ефимия кивнула и поднялась с дивана. Она должна немедленно найти Ленара, расспросить его о Мирабель. Пусть у Ефимии не было оснований не доверять Элизабет, она хотела убедиться. Вдобавок ей как воздух требовалось еще раз увидеть его, услышать его голос. Сказанная при всех пара слов – слишком мало, Ленар даже толком не взглянул на нее. Увы, скоро у Ефимии не останется поводов побыть с ним наедине. Может, и к лучшему. В ее же интересах скорее забыть Ленара. Он наверняка уже не думает о ней. Право, зачем ему девица сомнительного происхождения, когда под боком та же Катарина Плее? Она могла сколь угодно не нравиться Ефимии, зато Ленар целовал ее, обнимал, шептал нежные слова на ушко. С ним она появлялась в свете, делала то, что навсегда останется недоступным леди Брок.

– Ты куда? – недоуменно спросила Элизабет, когда подруга направилась не к себе, а к выходу. – Испытание через три часа, тебе лучше отдохнуть…

– Я все равно вылечу, Бетси, – обернувшись, устало улыбнулась Ефимия, – нужно успеть доделать дела.

Элизабет покачала головой, но останавливать ее не стала. Как и говорить о том, что подруга недооценивает себя. С некоторых пор Ефимия входила в число негласных фавориток отбора, а уж после вчерашнего разговора императора с матерью на повышенных тонах (он состоялся за закрытыми дверьми, но фрейлины сумели кое-что подслушать) ставки леди Брок и вовсе скакнули до небес.