Рокировка. Мат - Галина Долгова

Ладонь будто бы обожгло, и, взглянув на нее, я увидела тот самый символ, который появился в день заключения договора. Теперь он растворялся прямо на глазах. Свободна? Наверное, я должна быть счастлива от этого, но дело в том, что я никогда и не ощущала себя в кабале у магистра. Да и надо быть честной хотя бы с собой: не думаю, что работать у лайкана было бы труднее, чем пытаться разгрести весь тот кошмар, что достался в наследство нам с Ханом. Но все равно — приятно.

— Спасибо! — от всей души выдала я, порывисто обняв мужчину.

— Да ладно, — он неуклюже повел плечами. — Будто я монстр какой-то… Лучше скажи, с чего планируешь начать?

— Ну… знаешь, давай сделаем так. Ты пока закроешь дворец, чтобы никто не ускользнул, в том числе и магические вестники. Сам понимаешь, как важно, чтобы через неделю во дворце собралось как можно больше аристократов и наместников. А я с Этхоем пока займусь кабинетами короля, Картасов и сокровищницей?

— Годится, — согласился магистр. — А если еще Хан к вечеру притащит парочку магов в помощь, то будет еще легче. А пока ты права — это первоочередное.

— Да и… — я на миг замешкалась. — Предупреди оставшихся во дворце, пусть готовятся к присяге где-то около девяти. Собрать всех, от придворных и стражников до конюхов и прачек. Каждый должен присутствовать в зале. А тех, кто уже присягнул, предупреди, чтобы не болтали о произошедшем. А вообще, — я задумчиво закусила губу, — пусть лучше до бала они останутся здесь. Заодно, если что, дополнительные руки.

— Я понял тебя, только будь осторожна.

— Конечно. Ну что, магистр, вперед на баррикады! — усмехнулась я, посмотрев на Этхоя, за что получила в ответ довольно злобный взгляд и быстрым шагом направилась к дверям. За мной следом тут же увязался один из лайканов, но я не возражала. Думаю, пока лучше иметь за спиной надежного защитника.

Смешно! Это первое, что я почувствовала, когда оказалась в коридоре. На меня смотрели с такими разными эмоциями, начиная от священного ужаса и заканчивая ярой ненавистью, что я с трудом сдерживала улыбку. Занятно. Причем чем проще был человек и чем ниже он стоял на социальной лестнице, тем больше поклонения и трепета я видела в глазах. А самая яркая неприязнь светилась в глазах молодых аристократок, причем не эйс. Ну конечно-о-о! Они-то уже настроились стать фаворитками Данаона, а тут такой облом. Не каждая рискнет заигрывать с лайканом даже ради собственного благополучия.

Воспоминание о бывшем муже заставило почувствовать холодок и неприятное чувство вины, которое я тут же отогнала. Не хочу и не буду об этом думать! Он сам виноват! Он и его отец, которые первые решились на геноцид.

Но как я ни старалась, полностью отделаться от мыслей о Картасе так и не удалось. Меня буквально жгло изнутри, с каждой секундой я закипала все сильнее и сильнее. И в результате сорвалась. Когда прямо передо мной возникла какая-то не особо знатная аристократочка, явно не допущенная на коронацию, и попыталась швырнуть в меня какое-то заклинание с криками «Тварь! Ты убила его!», я взорвалась.

Амулет я сбила еще на подлете и легким жестом отправила обратно. И, не замедляя шага, прошла мимо под ошарашенными взглядами застывших на полпути ко мне стражников, слуг и нескольких придворных. Я чувствовала, как напрягся за моей спиной лайкан и как внимательно следил за происходящим Этхой, но это было неважно. Гораздо сильнее меня взволновал раздавшийся за спиной крик, и мне пришлось буквально тащить себя за шкирку, мысленно повторяя «не оборачивайся, не оборачивайся». Уже на повороте я приостановилась и все-таки посмотрела назад. Там, где еще минуту назад стояла женщина, догорало то, в чем уже невозможно было опознать останки живого существа. Бросив взгляд на «костер», я усилием воли прогнала тошноту и как можно безразличнее проговорила:

— И так будет с каждым. Я — ваша королева, отныне и до тех пор, пока живу, и каждая попытка лишить жизни меня или моих близких будет караться смертью. Немедленно! Надеюсь, это запомнят все присутствующие и передадут остальным.

И, круто развернувшись, быстрым шагом направилась в сокровищницу. Эту девку я не жалела, но вся ситуация злила неимоверно.

— А ты жесткая, — усмехнулся Этхой.

— Ты удивлен?

— Пожалуй, нет. Я сразу понял, что с тобой будет непросто, но даже не представлял, к чему приведет твое появление.

— Скажи, — задумчиво проговорила я, — ты ненавидишь женщин или просто с рождения такая мразь? Хоть осознаешь, сколько жизней ты сломал?

— А ты переживаешь, что только что убила любовницу своего мужа? Она его, кстати, действительно любила. Вот только леди была не эйса.

— Не сравнивай, — прошипела я.

— Да? А в чем разница? Ты сильнее, считаешь себя вправе отбирать жизни и, заметь, совестью не мучаешься. Так в чем разница? Мы одинаковы, Лантария. Хочешь ты этого или нет.

— Нет. Мы НЕ одинаковые. Я защищала себя, а ты ломал судьбы ничего не понимающих и отчаявшихся женщин. Знаешь, когда все закончится, советую тебе убраться в свой Храм и никогда больше не высовываться оттуда. И да, предупреждаю: если ты еще хоть раз рискнешь провести один из своих ритуалов без моего или Эсмерхана разрешения, умрешь! — прошипела ему в лицо. — Ты понял?

— Да.

— Не слышу?

— Да, госпожа!

— Вот и хорошо. А теперь веди в сокровищницу.

— Как прикажете.

А в сокровищнице нас ждал сюрприз! Какой-то затрапезного вида мужичонка судорожно копался в сундуках и сгребал в огромный мешок драгоценные камни и амулеты. Причем, как я успела отметить, пока в шоке хлопала глазами и глотала воздух, готовые украшения, которые легко опознать, он не брал. Умный!

— Хайтар! — взревел Этхой, и в щуплого полетела зеленая мерцающая сеть. — Да как ты посмел!

— Ой! — тот, кого назвали Хайтаром, резко присел и как-то подозрительно побелел. — Ма-магистр… Этхой?

— Кто это? — шепотом поинтересовалась я.

— Не поверите, Ваше Величество, — язвительно усмехнулся тот, — хранитель сокровищ.

— О как! Интересно, и давно он так под шумок… приворовывает?

— Что?! Да я… Да никогда! Мой господин завещал мне! Он сказал, что я могу взять все, что захочу!

— Не верю, — отрезала я. — Думаю, магистр, вы знаете, что делать с ворами?

— Естественно, — усмехнулся Этхой и нажал один из камней на своем амулете. Что это значит — гадать не пришлось. Уже через десять минут к сокровищнице подлетел отряд стражи и замер, не решаясь переступить порог.

— Вот этого в тюрьму до решения суда, — взмахнул рукой маг. В тот же миг невидимая сила потащила воришку к дверям, попутно вытряхивая из его рук и карманов драгоценности.

Проследив взглядом за тем, как стража утаскивает голосящего и проклинающего всех и вся мужика, спокойно повернулась и начала вешать на сокровищницу свои заклинания. Может, не самые сложные и утонченные, но уж точно самые мощные! Силой такие не взломать. А позже придумаю еще что-нибудь. Надо будет потом у Хана спросить, какая защита стоит в Шаиарае.