Смертельный контакт - Андрей Ливадный

— Хорошо, но это позже. У нас мало времени. Вернемся к плану.

* * *

Система Эшр. За трое суток до указанных событий…

Андрей впал в глухое отчаянье.

Он оставался безучастным к собственной судьбе пока его, скованного по рукам и ногам, лишенного возможности самостоятельно двигаться, «этапировали» на борту небольшого транспортного корабля, двигавшегося в метрике трехмерного космоса к астероиду, чья орбита располагалась в десяти световых секундах от планеты Эшрангов.

Логинов глубоко переживал разрыв мнемонического контакта с Алгитами.

Оставаясь внешне невозмутимым, даже апатичным, Андрей и внутри утратил волю к борьбе. Он не сломался, но пресс неодолимых обстоятельств, давивший на него с того момента, как он пришел в сознание после рокового гиперпрыжка, опустился еще ниже, фактически раздавив его…

Есть предел силе духа.

Логинов утратил надежду . Ему открыли глаза, приподняли завесу над сутью процессов происходящих в изолированном секторе пространства.

Действительность, сотканная изо лжи, глобальный масштаб событий, в результате которых многие расы утратили не только суверенитет, но и перспективу построения собственного пути развития, осознание того, что стал лишь инструментом достижения цели для группы циничных существ, ведущих борьбу за власть, — все это вместе взятое приводило рассудок Андрея в сумеречное состояние.

Пестрый конгломерат, созданный Эшрангами на обломках империи, вскоре утратит всякую индивидуальность, а они (Андрей мысленно имел в виду нелетающих птиц), пользуясь сохранившимися боевыми единицами флота Армохонтов, возьмут в свои руки верховную власть…

Теперь понятно, почему они не атаковали станции «Н-болг», терпеливо выжидали, десятилетиями оставаясь в тени. Эшранги сознательно позволили наиболее способным, активным представителям различных цивилизаций вновь выйти в космос, чтобы затем одним ударом убрать всех способных к осознанному сопротивлению.

Они планировали свое будущее, готовя решительный удар по тем крохам независимости, что удалось восстановить «младшим расам».

Все это с нескрываемой издевкой поведал ему Ролг, во время долгого и утомительного внутрисистемного перелета.

Измученный сомнениями, терзаемый дурными предчувствиями, глубоко переживающий свою, далеко не завидную роль в грядущих событиях, Логинов постепенно погрузился в состояние апатии.

…После восемнадцати часов полета корабль Эшрангов вошел в вакуум-док космической станции.

Андрея вывели из тесного отсека, служившего ему узилищем на протяжении утомительного путешествия.

Пошатываясь, едва держась на ногах, он, понукаемый конвоирами, прошел через шлюз, оказавшись в длинном, изгибающимся над бездной переходном тоннеле с прозрачными стенами.

Оказывается, его доставили не на станцию, в классическом понимании данного термина, а на крупный астероид, внутри которого располагалась некая инфраструктура.

Тоннелей ведущих к причальным конструкциям оказалось несколько. В данный момент подле астероида разгружалось несколько транспортных кораблей, два «рукава» переходных конструкций пролегали в непосредственной близости от герметичного перехода, по которому вели Андрея.

Он невольно вздрогнул, когда увидел, что по параллельному тоннелю конвоируют женщину .

Сердце глухо и неровно ударило в груди.

Логинов, уже отчаявшийся когда-либо увидеть человека, почувствовал, что не может дышать.

Незнакомка шла, не обращая внимания на конвой, гордо вскинув голову, и что поразительно — черты ее лица показались Андрею знакомыми.

Нет, наверное, он все же начал сходить с ума, бредить, забыв, что все, кого он мог знать лично, остались далеко в прошлом, за аномалией времени, создавшей неодолимую бездну в три столетия.

Тоннели начали отдаляться друг от друга, но образ прочно запечатлелся в памяти.

Конвоиры провели Логинова через второй шлюз.

Огромное пространство естественной пещеры, загерметизированное, наполненное пригодным для дыхания воздухом, напоминало разворошенный муравейник.

Здесь происходил прием и сортировка грузов, прибывших с различных планет и космических станций, даже скудных познаний Андрея хватило, чтобы понять, — Эшранги готовятся к серьезным действиям в космосе. Среди штабелированных контейнеров он без труда различил изделия как минимум пяти цивилизаций, но что более всего насторожило Логинова — это оружейные кофры, вне сомнения, доставленные с Земли.

Зачем меня привезли сюда?

Неужели Ролг надеется на сотрудничество с моей стороны? — Мрачно размышлял Андрей. — Я ведь ясно дал ему понять, что любая попытка проникнуть на борт фрегата приведет к взрыву…

Логинова провели через огромный зал, грубо втолкнули в ответвление тоннеля, который через сотню метров вывел в небольшую пещеру, в стенах которой располагалось десятка полтора дверей.

Открыв одну из них конвоировавший Логинова Цирит, втолкнул пленника внутрь тесного помещения.

Не удержавшись на ногах, Андрей упал, чувствительно ударившись плечом.

Дверь с лязгом и гулом затворилась, оставив его лежащим на полу во мраке.

* * *

Немного придя в себя, Логинов осмотрелся, используя возможности микромашин.

Прав был Юранов, говоря о новых открывающихся перед Человечеством горизонтах, вот только, похоже, — не судьба, не успели мы вырастить новое поколение…

В сером сумраке, Андрей без труда сориентировался, тем более что помещение действительно оказалось небольшим.

Сказывалась многомесячная практика общения с Алгитами, — он уже не пугался своих новых возможностей, напротив стал воспринимать их как нечто само собой разумеющееся.

В камере витал тошнотворный запах.

Его источником оказался Умр, без движения распластавшийся на полу.

Внешне — огромный, черный как смоль кот, хотя, если быть точнее, то Умры скорее похожи на Земных пантер.

В душе всколыхнулась, но тут же угасла необоснованная теперь ненависть. Учитывая события трехсотлетней давности, Андрей не должен был испытывать к Умрам теплых чувств. Однако нужно смотреть правде в глаза — теперь побывав в роли марионетки, он на себе испытал всю глубину коварства Эшрангов.

Та памятная схватка, внезапно вспыхнувшая в горах навек потерянной для него Земли, теперь принимала иную окраску.

Умры вне сомнения выполняли задание Эшрангов. Цириты вероятно сражались на стороне Армохонтов. В то, что наемники могли вести свою игру, Андрей уже не верил.

Так или иначе, но распластавшийся на полу камеры, истерзанный и видимо умирающий Умр, заслуживал сострадания, а не ненависти.

Только много позже Андрей понял, что Эшранги так и не сумели постичь человеческой психологии.