Замок Белого Волка - Андрей Белянин

– Это мой душ!

– Твои проблемы, – предупредила Хельга.

И действительно, минутой позже наш двоюродный родственник по маминой линии вылетел голым, с тем же полотенцем на голове, по прямой из ванной в прихожую!

– А-а-а, у нас кто-то засел в душе, и он дерётся-а!!!

– Знаешь, па, там, в замке Кость, он мне нравится намного больше. С ним хоть поговорить можно, а тут идиот идиотом, идиота кусок…

– Судьба, – философски вздохнул я, и Хельга сочувственно покивала головой.

Из ванной комнаты показалась дампир с мокрыми волосами, от колен до подмышек закутанная в розовое полотенце.

– Надеюсь, это не твоё, девочка?

– Не, это дяди Эдика, – добродушно откликнулась Хельга. – Моё синее, с Микки Маусом, а папино…

– Зелёное, с двумя сенбернарами, – довершил я, старательно отводя глаза в сторону.

Дампиры чрезвычайно сексуальны по природе, и Дана даже в банном полотенце умудрялась выглядеть соблазнительней, чем в нижнем белье. Ну то есть, конечно, я не знал, какая она в белье… Я просто представил… Ох… лучше б и не представлял, это было слишком… Хотя один раз в лифчике я её видел, и оно тоже… было так… уф…

– Па?

– Что?

– Ты покраснел!

– Глупости…

– Ты покра-а-а-сне-э-эл… ага!

– У меня под мышкой чешется, кто хочет посмотреть?! – отвлёк всех дядя Эдик, практически спасая меня от двухстороннего допроса.

И, честно говоря, я не знаю, с чьей стороны он был бы более пристрастным…

Предваряя возможные читательские фантазии, сразу скажу: Дана в тот вечер не осталась у нас ночевать. Выпив чашку кофе, она вежливо откланялась, сославшись на массу дел и зов долга перед кланом. Эд пытался её удержать, но уж в слишком своей, психической манере, при Хельге предложив чернокудрой дампир такое-э…

В общем, тот факт, что она его не убила, уже праздник. Честно говоря, предложи он подобное мне, я б его и похоронил под плинтусом, как писателя Санаева. В мире есть вещи, которые у нормальных мужчин не застревают. А так северный бог всего лишь получил три пощёчины: от меня – за то, что предложил такое гостье, от дампир – за то, что предложил, а от Хельги за то, что она это слышала. Побитый Эд ушёл в свою комнату утешаться мультиками про Умку, ищущего друга, а я проводил Дану. Нет, мы не целовались. Хельга следила из прихожей. Мы простились вежливо, как добрые друзья, но она обещала заглянуть к завтраку с тортиком…

– А теперь всё, всем спать! Вынужденное продолжение приключений переносится на завтра.

Лучше б я этого не говорил. Ибо накаркал по полной программе, да ещё каких приключений…

Но всё по порядку, так, как я запомнил. Во-первых, меня все послушались. То есть Эд захрапел, едва войдя в свою комнату, а уснул, по-моему, ещё стоя, потому что на пол рухнул, словно вековой дуб в грозу. Хельга потратила пять минут на чистку зубов, умывание и переодевание в пижаму, пятнадцать секунд на обнять меня, поцеловать и пожелать спокойной ночи. После чего она улеглась у себя и, когда я осторожно заглянул к ней в комнату, уже спала, как котёнок, без задних ног. Мне оставалось сесть за большой ноутбук, проверить аукционы, заверить пару сделок, дать команду в знакомый магазинчик, чтобы утром отправили оплаченный товар. Бытовая рутина. Торгуя антиквариатом, ты сам себе магазин, продавец, бухгалтер, экспорт, грузчик и прочее. Единственно, налогового инспектора предоставляет государство, но тут уж, как говорится…

– Шпага камзольная, девятнадцатый век. Франция, пятьдесят шесть тысяч. В принципе цена разумная, качество, судя по фото, тоже. Отложу. Мне не надо, но есть кому предложить, – привычно бормотал я, щёлкая по экрану планшета.

Разговор с самим собой помогал не спешить и не делать необдуманных ходов. В нашем бизнесе чрезвычайно легко теряется деловая репутация, потому все ошибки приходится оплачивать из собственного кармана.

Ого! А эти два ножа имеют успех, ставки растут, как на акции возрождённого МММ. Надо срочно отбить у каких-нибудь врагов ещё три-четыре таких. Хорошо идут, главное – не перенасытить рынок. На самом деле люди покупают у меня не потому, что нет лучше или дешевле, а потому что каждая вещь уникальна. Даже в наших землях куют довольно сносную сталь, а в Закордонье изготовлением оружия занимаются тёмные гномы, берущие плату только девушками. Говорят, в их крови они закаливают свои клинки. Впрочем, последнее есть явная и наглая ложь! Гномы не дураки и используют рабынь в более приятных целях. Я удовлетворённо подтвердил рассылку фото клинка по шести адресам и потянулся, поднимая над головой сомкнутые в замок руки. А потом вспомнил о важном…

– Флешка!

Я поискал на столе, на подоконнике, проверил все карманы и молча приложил сам себя лбом о столешницу. Если здесь были люди из Белого Комитета, то фигу мне эта милая Дама оставит без внимания такую важную улику, как флешка Капитана. Они её просто спёрли и уничтожили. Либо приложили к делу и убрали в сейф, а я теперь так и не узнаю, кто, когда и какими силами пытался напасть на мой дом. И главное, не повторится ли это снова?

Мой мысленный вопрос почти совпал с подозрительным скрежетом на балконе. Я встал, не подавая вида, подошёл к кухонной раковине, связал полотенце узлом, намочил его и выключил свет. Сквозь узорчатую балконную решётку, шипя от раздражения, протискивался всё тот же тупоголовый брюхогрыз. Я быстренько выскользнул из кухни, прошёл к себе и вышел на балкон с другой стороны. Один удар – и… мерзкая тварь полетела вниз, пытаясь короткими передними лапками вернуть на место скособоченную челюсть. Я грозно сделал пару взмахов импровизированным кистенём, гордясь своей маленькой победой. Снизу раздался хлюпающий звук и яростный вой автомобильной сирены!

– Ну вот, дождались, – тихо присвистнул я, собираясь исчезнуть побыстрее, но тут началась настоящая драка.

Брюхогрызы кинулись на мой балкон, словно обезумевшая стая уродливых мультяшных дракончиков из какой-нибудь низкопробной фэнтезюшки. Один, второй, третий… пятый… восьмой, сверху, сзади, сбоку у стены, из-за цветочного горшка, с соседского балкона! Я бился с ними, как царь Леонид против охреневших от передозировки гашишем персидских легионов или что у них там, в Персии, было! Не важно!

После первых десяти минут яростного боя у меня вырвали окровавленное полотенце, растерзав его на кучу фантиков с ниточками. Ещё троих гадов я загасил головой четвёртого, держа дохлого брюхогрыза за задние лапы и старательно избегая его ядовитого хвоста. Потом в ход пошли цветочные горшки, потому что противник не сдавался. Сирена внизу продолжала надрываться, кто-то пьяно материл инопланетян и требовал введения ограниченного контингента сил НАТО. Любимые Хельгой левкои, герань, гибискус и чёрт его знает, как называется зелёный кустик с красными ягодками… пали в неравном бою самой героической смертью!

Одного брюхогрыза я убил, всадив ему в глаз ядовитую иглу с хвоста его же товарища. Двух скинул вниз, кажется, они не совсем убились, потому что пьяный мат стих, зато тонкий женский голос вопил о том, чтобы срочно привести сюда батюшку со святой водой. Ещё одному свернул шею, а последнего бил лбом о стену, пока тот не сдох. Уф… всё… кажется, они кончились.