Серебряная птичка - Наталья Сапункова

— Что за ерунда, леди. Послушайте, я не пожалел бы ничего ради брата. И жизни тоже. Я рисковал ради него, а он — ради меня. Но мы братья. А вот почему ваша падчерица кинулась спасать его, рискуя погибнуть? Если дела обстоят именно так.

— Вы же сами видели, что они оба были без чувств.

— Тем более что способ спасения делает из меня посмешище, — он смотрел куда-то в сторону.

Вот, он всё-таки это сказал.

— Да успокойтесь уже, милорд. Не придумывайте лишнего, — Юне было бы смешно, если бы не было грустно. — Лорд Найрин спас жизнь капитану. Челла не дала умереть ему. Все живы, нам никого не придется хоронить. И это счастье. Лорд Найрин разберётся со своей силой. Сегодняшнее не повторится.

— Вот тут вы правы, — он посмотрел ей в лицо. — Все живы, некого хоронить, и это счастье. Глупо желать большего, да?

— О нет, не глупо. Будет и большее, лорд Сайгур. И вообще, вы должны были приказать своим людям молчать. Не мукарранцы принесли в замок эту историю.

— Приказать?.. Я услышал этот волнующий рассказ уже в замке, и, наверное, последним. О том, что моя жена целовала моего брата с такой страстью, что головы закружились у всех свидетелей. Вы ведь знали, что мужья последними узнают такие вещи? Оказывается, это правда.

— Глупости. Какой-то глупец приукрасил действительность. У Челлы не могло быть столько силы, чтобы впечатлить всех на поляне.

— Хорошо, леди, — Сайгур взглянул на неё исподлобья. — Будем считать, что ничего этого не было.

— Для вашего брата ничего и не было. Лорд Найрин меньше всего желает вам мешать, как мне кажется, милорд. И вот что, Челле надо отдохнуть несколько дней. Точнее, несколько ночей, — уточнила она важный момент.

— Хорошо, леди. Но мы проведём эти ночи в одной спальне, как полагается супругам.

— Как хотите, милорд, — пожала плечами Юна.

И зачем он настаивал? Вдруг подумал, что с большим удовольствием спал бы один. Но это были мысли вдогонку.

Его жена будет спать с ним рядом. Точка. Ему надо приручить рыжую. Просто быть рядом и не трогать — ладно, может быть, так даже лучше. Пусть привыкает к нему.

— Я зря поторопился, — сказал он. — Хорошо бы ей сначала привыкнуть ко мне.

— О! — и Юна посмотрела на него с радостным удивлением. — Вы это поняли всё-таки? Замечательно!

А он вспомнил рассказы умелых соколятников о том, как приручают только что пойманных молодых соколов. Их «вынашивают», то есть носят на руке подолгу, в кожаном клобучке, закрывающем глаза, и в путах на лапах, и на кожаном ремешке-должике, который не даст улететь. А кормят только с руки.

— Что вас веселит? — Юна заметила его усмешку.

— Подумал, как проще было бы, стань моя жена соколом. Я надел бы на неё путы и кормил бы с рук.

— Дурацкая идея! — Юна посмотрела изумлённо.

Он засмеялся.

— Конечно. Но для соколов это действенно, правда? Вы меня убить обещали, если обижу Челлу. Я помню.

— Как прошла охота, лорд Сайгур? — перевела разговор Юна. — Мне любопытно. Вы с Челлой хорошо провели время?

— Вам не доложили? Добыли двух цапель, но потеряли дорогого сокола. Мне сказали о его цене. Леди, мне жаль.

— Нет, я спрашиваю о том, как вы провели время? Смысл охоты ведь был в этом?

— Челле было скучно, мне показалось. И она решила проехаться верхом. Тогда и встретила отряд, который возвращался от башен.

Юна внимательно посмотрела на Сайгура.

— Ей стало скучно на соколиной охоте?

— У неё не было компаньонок, — добавил Сайгур. — Моя ошибка. И я пока не понял, что можно ей доверить, поэтому она просто наблюдала.

— А вы охотились.

— Верно.

Сайгур не понимал, почему Юна смотрит на него вот так… странно.

— Понятно, — сказала Юна. — Боюсь, всё стало только хуже. Челла обиделась на вас.

— Вы шутите? Почему?.. — вытаращил глаза Сайгур.

Он искренне удивился, и даже запустил пятерню в затылок, но поспешно опустил руку — он ведь граф, да, нехорошо графу чесать затылок при знатной леди.

— Как бы объяснить? Это как если вас пригласили на пир, но за столом не осталось мест, и вас посадили на табурет последи зала и предложили наблюдать, как остальные едят жаркое. Из цапель, например, — она ещё шутила над ним!

— Вот как?..

— Примерно так. Вы, наверное, не в курсе, что Челла прекрасно управляется с соколами?

— Я слышал, что она любит охоту, — медленно сказал Сайгур. — Я понял так, что она любит бывать на охоте и наслаждаться зрелищем. Наш король охотится с соколами, но дамы его всего лишь сопровождают. Дамы на охоте должны быть позади мужчин. В чем я не прав?

— Понятно, — прищурившись, протянула Юна. — Вы безусловно правы, если это охота на кабана. Или на медведя. А не на мелкую дичь с помощью такой же небольшой птички! У вашего отца не было соколов, лорд Сайгур?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Не было! — фыркнул он. — До нас не дошла эта глупая мода! Мы охотились на кабанов. И на волков! Иногда на оленей. И на медведей, знаете ли, тоже иногда. От такой охоты много толку сразу. Это вам не птичек добывать птичкой!

— Да-да, всё так, — Юна понимающе кивнула. — Действительно, и Гайда, и Саррина не любят соколиную охоту. Хотя некоторые придворные дамы увлекаются соколами и тратятся на них немало. А вот в Грете, кстати, последнее время выношенных соколов дают в приданое знатным девицам. Вы бывали на соколиной охоте только с королём?

Сайгур лишь моргнул, услышав, как Юна непринужденно упомянула не только принцессу, но и королеву.

— Да, я научился у короля. Чаще был на поддаче* у короля, сам мало охотился. И только с амулетом. Согласен, что это забавно и увлекает!

— Понятно, — Юна кивнула. — Лучшая сокольня в Кандрии, пожалуй, была у лорда Фурати. Он присылал соколов в подарок ещё моему отцу. И тану Сурешу привозил, когда приезжал к нам. Однажды я гостила у него в замке, и мы с его леди ездили на охоту каждый день, а сам лорд вообще уехал ко двору. Я так себе охотник, но с леди Фурати было весело, и она многому меня научила. Так вот, лорд Сайгур, если предложить леди Фурати наблюдать, как вы охотитесь с её соколом, и получать удовольствие… — Юна прищурилась, и вдруг звонко расхохоталась. — Простите, простите! Я даже боюсь представить, что из этого выйдет.