Тень якудзы - Дмитрий Силлов

Столики для гостей были расположены вдоль стен на пяти разных уровнях по принципу того же амфитеатра. Оглушенный Андрей попытался присесть за ближайший свободный столик, но его решительно потащили вниз:

— Ты что!!! — проорала Алена ему в ухо. — Мы ж развлекаться пришли!!!

Андрей помотал головой.

— Не могу!!! — прокричал он в ответ. — Еще пять минут — и голова лопнет!!!

— Это с непривычки!!! Щас, жди здесь!!!

Алена отпустила рукав Макаренко и нырнула вниз, в темноту танцпола.

Андрей опустился за столик и, изобразив крайнюю задумчивость, прикрыл уши руками. Подоспевший официант что-то рассказывал, размахивая руками, но услышать его можно было лишь в том случае, если бы он декламировал свой монолог, используя при этом милицейский мегафон.

Алена появилась минут через десять. Решительно оттолкнув официанта, она схватила Макаренко за рукав и потащила куда-то. Слегка контуженный Андрей не сопротивлялся.

Девушка протащила Макаренко каким-то извилистым коридором, оканчивающимся двумя дверьми с хрестоматийными буквами «М» и «Ж» над ними — и решительно потащила его в ту, над которой переливалась перламутром «Ж», напоминающее по задумке дизайнера японский иероглиф.

— Так ведь…

— Пошли-пошли, не комплексуй.

Возможно, в другое время и в другом месте Макаренко воспротивился бы натиску гораздо решительнее, но здесь он чувствовал себя не в своей тарелке и потому подчинился более опытной спутнице.

«Пусть тащит куда хочет…»

Алена впихнула Андрея в кабинку, протиснулась сама и повернула барашек замка.

— Что, капитан, никогда не было с девушкой в туалете? — выдохнула она.

— Что не было? — обалдело спросил Андрей.

— Тупишь? — засмеялась Алена. Глаза ее блестели неестественным лихорадочным огнем. — На, расслабься. Вставляет почти сразу.

В ее ладошке появилась розовая таблетка, на поверхности которой был выдавлен портрет патлатого мужика в кепке без козырька. Из-под кепки топорщились вверх длинные заячьи уши.

Андрей мгновенно почувствовал себя в своей тарелке.

— Это что? — подозрительно спросил он.

— Ко-ле-со, — раздельно проговорила Алена. — Давай, закидывай. Реальная штука.

И принялась расстегивать ему штаны.

— Ты… ты чего?

— Ох, и дремучий ты, Андрюша, — сказала Алена, опускаясь на корточки.

— О, черт!..

Таблетка выпала из руки Макаренко и укатилась за унитаз. А в кармане его куртки зазвонил телефон.

— Ох, чччерт!!!

Чисто автоматически он вытащил телефон и нажал на кнопку.

— Да…

— Здравствуй, дорогой, — сказала трубка голосом седого предводителя душманов. — Как отдыхается?

— Ничего, нормально, — выдохнул Андрей. И тут же инстинкт следователя возобладал над основным инстинктом. — А откуда информация, что именно отдыхается?

Трубка рассмеялась.

— Джи пи эс плюс джи эс эм — волшебная комбинация, дорогой. Тебе тоже показалась подозрительной эта «Пагода»? Ты давай, походи, посмотри, потом доложишь, чего нащел.

Андрей отнял от уха телефон.

«Так. Значит, это не только телефон, но и маячок. На тему, где сейчас пасется прикормленный мент… Да нет, уже не мент, а просто шестерка нанятая — ходи, смотри, докладывай, товарищ бывший русский офицер…»

Андрей мягко отодвинул голову Алены, застегнул брюки, после чего вновь поднес трубку к уху.

— Знаешь чего, уважаемый, — сказал он. — А пошел ты…

После чего бросил телефон в унитаз и спустил воду.

— Офонарел? — спросила Алена, трансформируясь из положения «на корточках» в положение стоя. В тесноте туалетной кабинки это было не так-то просто сделать.

— Не офонарел, а уволился по собственному желанию, — сказал Андрей. — А ты за языком следи.

— Да ну? А то что? — нехорошо сверкнула глазами Алена.

— А ничего, — заводясь, ответил Андрей. — И с наркотой поответственней. Статью двести двадцать восьмую никто не отменял.

— Ты что ли сдашь? — усмехнулась Алена. — Ну, давай. Только вряд ли успеешь. С той работы, какая у тебя была, увольняются только в ящике с бахромой.

Она одернула юбку и открыла дверь.

— Удачи, следователь. Думаю, выход сам найдешь.

И изо всех сил хлопнула дверью перед носом Макаренко.

Андрей вздохнул.

«Ну, не везет мне с девушками, хоть тресни…»

Он вышел из кабинки и направился к выходу из туалета. Девица с наполовину выбритой головой, подводящая губы у зеркала черной помадой, удивленно проводила его взглядом.

* * *

Качок нажал какую-то скрытую кнопку. Две громадные декоративные плиты, словно ворота, разъехались в стороны, открывая черную дыру уходящего вдаль коридора, похожего на вытянутую бетонную трубу диаметром как раз с высоту потолка Стасова спортзала.

— Вперед, — коротко скомандовала Александра, слегка качнув стволом автомата.

Как-то сразу Витек понял, что время для шуток кончилось. Сзади шла уже не просто представительница прекрасного пола, с которой он был бы не прочь зайти несколько дальше взаимных подколок. В Александре что-то неуловимо изменилось. Теперь от нее веяло чем-то очень нехорошим, отчего она сильно напоминала киношную эсэсовку, ведущую на расстрел пару отловленных партизан.

«Лихо это у нее получается. То бизнес-вумен, то девочка-наивняк, а то возьмет — и зацарапает насмерть здорового кабана. Запросто, как губы накрасить. Р-раз — и фонтан кровищи. И хоть бы что. Идет себе сзади, глазищами сверкает. Шаг влево — шаг вправо — ведь пристрелит и не почешется, ей-богу! И кошмары ее мучить не будут. Жуть-то какая…»

Похоже, что качку тоже было слегка не по себе. И когда Александра бросила ему в спину:

— Ну давай, Шварценеггер, рассказывай, чем вы тут занимались, — его прорвало.

— Это, значит, вот, в ла…бораторию мы идем. Ну, там типа не только лаборатория. Там и производственные помещения, — старательно выговорил «Шварценеггер» чьи-то чужие слова. — И жилой комплекс. Но мы ими не пользовались. Мы только в раболатории работали. То есть, это самое, в…

— Все понятно, не напрягайся, а то грыжу заработаешь. И чего там наработали?

— Ну, дык я и рассказываю по порядку. Когда ваш Стас в городе появился, про ра… лабораторию еще никто не знал. А в городе фишку Афанасий держал. Он в бригаде у нас бригадир был, вот как, значит. Ну, Стас его еще по интернату знал. Ну, и подвалил к нему, мол, говорит, дело есть. В долю пойдешь, говорит? Мои бабки, твои пацаны и связи в городе, но я в деле рулю. И задаток дал. Такой, что Афанасий согласился сразу. А Стас и говорит, мол, под нашим интернатом комплекс секретный, законсервированный, который от совка остался. Афанасий сначала поржал, а Стас ему говорит, мол, когда он совсем мелкий в интернате был, случайно узнал. Интернаты раньше как строились? Тут же при них и ПТУ, и общаги, и производственные здания. А в нашем городском интернате эти здания как-то странно работали. Половина работает как надо, а что на другой половине делается — никто не знал. Дык Стас мальцом был, а разведал, что это на самом деле совсем не производство, а система вентиляции, которая что-то под землей вентилирует. А все остальное сам додумал. И когда вернулся из Японии, к тому времени все это уже ничего не работало, совок развалился, интернат закрылся. Ну, Афанасий дал команду, чего-то там где-то договорился — и нам весь этот интернат и отошел. Ну, Стас с Афанасием эту лабораторию раскопали, оборудование маленько переделали, нас подключили — и давай на нем всякую наркоту фасовать, в гейнерсы запаковывать и в Москву перепродавать.