Коготь и цепь - Анастасия Машевская

– Ответьте, прошу вас.

Бансабира запрокинула голову, встретившись глазами с мужчиной, который тоже наклонился к ней за мгновение до этого и больше не шевелился.

– Никому не нравится, когда его бьют. – Бану вернулась в первоначальное положение, намекая, чтобы Гистасп продолжал. – Но, сражаясь с Гором, я всегда чувствую, как становлюсь сильнее. Со времен беременности я стала намного больше полагаться на тебя и других офицеров, а это не всегда правильно. Полагаться надо только на себя, и для этого надо знать, на что годен в одиночку. Я стала забывать о простых вещах в окружении солдат, рядом с Гором я вспоминаю о них снова.

– Но это глупость, тану! – В голосе мужчины зазвучала неподдельная обида. – Сколько еще вы намерены тянуть больше, чем можете вывезти?! Даже вам надо полагаться хоть на кого-то, кроме себя! Да для многих в свое время было приятно и даже почетно оказаться в числе ваших доверенных лиц, а теперь вы сожалеете?! Мы что, настолько не оправдали ожиданий?

– Хм. – Бану повернулась. – Ну кто-то и не оправдал.

Дан, безошибочно понял мужчина.

– Но ведь были и те, кто вполне справлялся?

– Ты, например. Много раз.

– Я не на комплимент напрашивался.

– Ты сказал, что для кого-то мое расположение оказалось приятным и почетным, – размеренно выговорила Бану. – Для тебя тоже?

Руки мужчины дрогнули. Он представил, как картина выглядит со стороны, и остановился. В такой ситуации ответить «нет» – соврать, ответить «да» – пуститься в неловкую двусмысленность, после которой и начинаются непонятные взгляды, недомолвки, беспочвенные и бесперспективные фантазии. А у него уже был абсолютно нелепый вечер, связанный со всем этим.

– Мм… я, тану…

– Праматерь, – раздраженно бросила женщина, легко скидывая руки Гистаспа. Встала, накинула ворот на плечи, затянула завязки халата потуже, кивнула на дверь. – Иди давай. Скажи Лигдаму, пусть зайдет, и кликни к обеду Серта, если он во дворце.

Альбинос растерялся. Лицедейка. Меняется, как оборотень.

– Как… как прикажете.

Бансабира больше на него не оглянулась. А Гистасп, оказавшись за дверью, вдруг понял, что так и не свел разговор к тому, к чему хотел. Стало быть, Праматерь велит ему самому разбираться с тем, что не так давно его покой в фамильном чертоге Яввузов разворотил какой-то гад.

Лигдам, закончив, помог госпоже одеться в привычную военную форму – черные штаны да безрукавка, раз уж на улице печет. Отправив оруженосца, Бану позвала Серта.

– Кажется, ты неплохо освоился здесь? – спросила танша, ответив на приветствие подчиненного.

Тот даже немного смутился, почесал затылок, отвел глаза:

– Ну, вроде того.

Бансабира подошла к столу и, взяв какую-то бумагу, протянула блондину.

– В таком случае, воспользуйся новыми связями. Возьми десять человек из охраны и постарайся достать указанные здесь вещи за пару дней.

– Десять? – подивился Серт и принялся вглядываться в список: может, предстоит доставить танше тяжеленные сундуки с оружием.

– Десять, – подтвердила танша. – И в их числе забери из дворца Дана. Я даю тебе все полномочия ему приказывать. Будет спорить – зашли ко мне, разъясню.

– Может, вы лучше его при себе оставите? – с надеждой спросил Серт.

Бансабира обошла стол, расположилась за ним и подняла на блондина глаза.

– Ладно он, но ты-то разумный человек, Серт. Мне было очень трудно в свое время выбирать между Раду и Юдейром, и я не хочу делать подобное снова.

– Что вы, – оправдался Серт. – Я просто подумал о вашей безопасности, и только. Дан, конечно, импульсивен, но боец хороший.

– Рядом со мной остаются Гистасп, Раду, Одхан и Гор. Что со мной случится?

– Гор?

– Змей, – пояснила тану. – Если он не надумает сам меня убить, вряд ли в его присутствии это удастся кому-то еще.

Будто между делом Бансабира выудила из стола кошель с золотом и протянула его подчиненному. Тот убрал за пазуху и вновь принялся изучать лист с перечнем. Прочитав несколько строк, Серт нахмурился и вскинул на госпожу недоумевающий взгляд из-под широких светлых бровей.

– Что тебя удивляет? – предвосхищая вопрос, спросила Бану.

– Честно сказать, все в этом списке, кроме броши и кинжала.

– Ты, главное, достань. И про парные кубки не забудь. И про отрез ткани.

Серт поклонился, потоптался немного, а потом осмелился:

– Это очень на вас непохоже, госпожа, – драгоценности, кубки, архонский хлопок.

– Это и не для меня.

– Интересно почему. Если, конечно, позволите спросить.

– Что почему?

– Почему вы не покупаете это все для себя? Здесь очень тепло, вы могли бы наслаждаться собой в редких тканях и дорогих камнях, как обычно свойственно для женской молодости, а вместо этого вы снова в походной одежде. – Серт указал на госпожу подбородком.

Бансабира мимолетно вскинула брови.

– Думаю, просто привычка. – Она улыбнулась, потом засмеялась и добавила: – Излишества в форменной одежде – зло не меньшее, чем сплетни в рядах. Ни от одного, ни от другого в армии добра не жди.

– Но мы же не в походе сейчас, – почти умилительно протянул Серт.

Бану рассмеялась:

– Солдат всегда солдат, а тан – всегда тан, независимо от того, в походе он или нет. О Гистаспе все еще говорят?

– Не так много. Со смертью тана Сабира всем стало не до этого, толки утихли.

– Хорошо. – Бану кивнула на список. – Раздобудь это все, пожалуйста. И надо, чтобы ты выполнил еще одну просьбу… – Бансабира поднялась и подошла к окну.

– Слушаю вас, – мгновенно подобрался Серт.

– Другим не следует знать об этом.

– Приказывайте.

– Найди мне самый красивый лазурит по эту сторону Великого моря.

– Лазурит? – Серт слегка качнул головой, переспрашивая. Женщина обернулась и молча глянула подчиненному в глаза. – Вы уверены?

– Лишним он не будет. Даже если пригодится в качестве извинения.

– Я все сделаю, тану. Как только закончу, сообщу.

– Благословит тебя Мать Сумерек. – Бансабира опять выглянула в окно, не заметив, как Серт выскользнул за дверь.

Бансабира в тот день, как и планировала, воздержалась от любых тренировок. Спустя какое-то время она пришла на тренировочные площадки смотреть, как упражняются остальные.

Через пару дней она возобновила тренировки с Гором, попросив всех доброжелателей-земляков «не третировать ее уговорами».

– Я сама в состоянии решить, как быть с этим соглашением. Взялись обсуждать между собой решение – так и не отвлекайтесь.