Академия проклятий. Урок седьмой. Опасность кровного наследия - Елена Звездная

Мне стало страшно.

– И еще так, – бормотала Зоэль.

– И это, – Найвери легкими касаниями наносила что-то на веки.

– И туфельки… Не жмут?

– Меа, – шевелиться все еще было страшно, от когтей вампирши остались царапины и побаливали, не сильно, по ощутимо.

– Еще бы они жали, – Золя усмехнулась, – я оборотню сразу сказала – натрут, убью.

– Жестокая, – леди Верис рассмеялась.

– Бывает, – миролюбиво согласилась вампирша.

А потом меня престали мазать, красить, трогать и вообще что-либо делать и Найвери ласково посоветовала:

– Глаза открой.

Я открыла и задохнулась от восхищения! Я видела себя в зеркале во весь рост и… не узнавала! Шелк обнимал тело так, словно это не жесткий корсет, а мягкая ткань струящаяся по телу и формирующая силуэт с заниженной талией, затем блестящая ткань цвета темного вина ниспадала каскадом справа, и была присобрана слева, открывая вторую бархатную юбку, расшитую как и верх корсета серебром с крошечными капельками бриллиантов. Невероятно красивое платье, просто невероятно! А затем мой взгляд метнулся к перчаткам, паутинкой кружев обнимающим руки и расшитым элегантным узором в тон к платью. А потом я обратила внимание на волосы – мне еще ни одна прическа так не шла! И лицо… Я видела девушку в зеркале напротив и все же не узнавала себя!

– Шесть минут, – заявила Зоэль, – мы великолепны!

– Последний штрих, – Найвери метнулась к столу, открыла черную шкатулку и достала пузырек с какой-то алой жидкостью.

– Надеюсь это не кровь? вопросила леди Верис.

– Мы думали об этом, – созналась Найвери, – но эффект был бы не тот.

Мне принесли бутылочку, затем вампирша быстренько передала ее сестре. Зоэль вытащила пробку, мрачно посмотрела на меня и пригрозила:

– Не выпьешь – покусаю.

– Хуже, призовем сюда ИнСин с питомником хвостатых, – а мне казалось, что Найвери в этом дуэте самая милая.

– Дэя, вреда не будет, – отозвалась с дивана леди Верис.

И я решила довериться – взяла бутылочку, поднесла к губам и выпила одним махом. Горечь была убийственная! И кислятина, и… И мне вдруг так хорошо стало. И на душе спокойно и приятно,

и нервозность что с утра не отпускала – отступила совершенно. И…

– А вот и румянец, – Найвери по-доброму и чуть снисходительно улыбнулась мне.

– Румянец румянцем, ждем главного, – нетерпеливо глядя на меня, сказала Зоэль.

И моя кожа начала светиться! Чуть-чуть, едва заметно, но светиться! Вся!

– Да, потрясающе, – леди Верис поднялась, подошла ближе, – я тоже такое хочу.

Но вампирша махнув рукой, сказала:

– А это мелочи, так сказать побочный эффект, ждем главного!

И все трое выжидательно воззрились на меня. Это было так забавно, что я невольно улыбнулась.

– Вот оно! – воскликнула Зоэль.

– Ооо… изумительно, – прошептала леди Верис.

– Да, даже лучше, чем мы думали, – выдохнула Найвери.

– Что лучше? – не поняла я.

Вампирши просто отошли, вновь открывая мне вид на зеркало. А в зеркале была я – счастливая, и даже глаза сияли от счастья, а еще я улыбалась – себе, сестрам клана Ночи, и леди Верис, и вообще всему миру.

– О, да! – разом сказали Найвери и Зоэль.

– Ничто не украшает, так как улыбка, – леди Верис и сама улыбалась. – Да, вот теперь никто не скажет что у Тьера проблемы со вкусом.

– Ты затмишь всех! – уверенно произнесла Найвери.

– Я сейчас кого-то убью, – с улыбкой сказала Зоэль.

И почти сразу распахнулась дверь, показался неприметный человек в ливрее и с шкатулкой в руках.

– Что-то вы долго, милейший, – не глядя на него, заметила Зоэль.

– Посыльный леди Тьер приносит свои извинения, – безэмоционально произнес мужчина.

За шкатулкой тенью метнулась Найвери, а вот открывала ее Зоэль. Открыла, посмотрела, закрыла.

– Драгоценности не нужны, – согласилась с ее решением леди Верис.

Сверкая улыбкой, которая почему-то никак не хотела исчезать, я кивнула и, отойдя, присела перед ворохом одежды, которую с меня сорвали вампирши. Подвеска и плоский овал для вызова по крови, что дал мне Эллохар, были извлечены из карманов и заняли место в великолепном платье.

– Это что? – поинтересовалась Зоэль.

– Меры предосторожности, – ответила я, и подумала, что сегодня все должно решиться.

За дверью, приоткрытой после ухода посыльного дверью, вспыхнуло темно-синее пламя. Затем раздался осторожный стук.

Не поднимая головы, от складки платья, в которой скрыла подвеску, я сказала:

– Темных, лорд Алсэр, можете входить.

Темный лорд незамедлительно воспользовался разрешением. Затем, склонившись, произнес:

– Всего кошмарного, госпожа Риате, безграничной Бездны, леди Верис, темнейших, милые Зоэль и Найвери.

Леди присели в реверансе.

После обмена любезностями, лорд Алсэр сообщил:

– Леди, меня просили сопровождать вас во дворец.

– Карста ждет, – возмутилась куратор Верис, – мы должны к главному входу подъехать.

– Так безопаснее, – он указал на ярко пылающий переход.

Затем лорд Алсэр улыбнулся, не отрывая взгляда от леди и вдруг, наплевав на все правила приличия, выдал:

– Шаэна, во имя Бездны, я завидую Эллохару!

Леди Верис смутилась, как-то совсем, покраснела, и опустила глаза, вампирши стояли и тоже улыбались. А я смотрела на лорда Алсэра, в темно-синей тунике и черных брюках, заправленных в высокие сапоги, который с некоторым удивлением разглядывал украшение капитана Верис. Я и сама все никак налюбоваться не могла, впервые вижу вот такое вот. И особенно великолепно оно смотрелось на открытом декольте куратора и…

И вдруг по спине прошелся холодок.

Во имя Бездны, что-то здесь было не так! Я еще раз посмотрела на лорда Алсэра, проследила за его взглядом, и нехорошее чувство посетило вновь! У леди Верис было глубокое декольте, очень значительно открывающее молочно-белую высокую грудь дочери клана оборотней… Но темный лорд уделял внимание украшению! Темный лорд! Тот самый, у которого в спальне мы с магистром Эллохаром обнаружили сразу трех дам!

Мой нитяной амулет находился под перчаткой – не добраться. И потому я плавно поправила складку на платье, нащупывая пальцами подвеску магистра Смерти, и решительно сжала!

Вспыхнуло синее пламя!

И в тот же миг Алсэр стремительно развернулся ко мне! Синие глаза вспыхнули огнем, вот только у истинного темного лорда виднелось и пламя изо рта – у фальшивки этого не было.