Сиротки - Мария Вой

– Чего?

Свортек закатил глаза.

– Послушай и не перебивай, иначе я разозлюсь по-настоящему! Редрих не успокоится, пока не вырежет вас всех до последнего и не сотрет имя Хроуста из людской памяти. Но этого, видимо, не случится никогда. Вас даже не испугало то, как я год назад уничтожил флот Аллурии, отбил у нее порт и в одиночку убил ее последних кьенгаров…

– И тем не менее вот ты сидишь, утыканный моими стрелами, – развеселился Латерфольт. – Не такой уж ты неуязвимый!

– Я сказал: не перебивай.

Вилем сжал губы.

– Ты наводишь ужас на высший свет Хасгута и умудряешься оказываться в разных местах одновременно, прямо как твой названый папаша в молодости. Проблема лишь в том, что твои выходки не приносят ничего, кроме истерик Редриха. Король сходит с ума и начинает подозревать даже ближайших соратников. Особенно после вашей шалости с Рейнаром.

– Поделом…

– Ну, их он просто лишает титулов и земель, а таких, как твой настоящий отец, казнит вместе с женами и детьми. – Кулаки Латерфольта сжались и побелели, но – он сам подивился своей выдержке – он не проронил и слова. – Сколько уже таких семей полегло из-за твоего Хроуста за эти двадцать восемь лет? Сотни? Тысячи?

– И что, колдун? Ты предлагаешь мне просто пойти к Яну и предложить ему закончить все это? Послать Редриху письмо, что мы великодушно прощаем его зверства?

– Почти. Как правая рука короля – причем карающая, – я предупреждаю тебя: если вы не остановитесь, от вас и мокрого места не останется.

Латерфольт рассмеялся. Смех вышел чужим, неприятным, словно вобрал в себя весь ужас, гнев и отчаяние пережитого.

– Кто бы говорил! – выдавил он сквозь смех, раскачиваясь всем телом, как ребенок. – Ты, убийца, который все эти двадцать с чем-то лет только и делал, что уничтожал людей, хохоча при этом, как ебанутый! А теперь на старости лет в тебе проснулась совесть? Стал жалеть о бессмысленных жертвах? Ты что, хочешь уйти на покой с той симпатичной сучкой? Ха-ха-ха-ха!

Свортек терпеливо ждал, пока Латерфольт насмеется, представляя, наверное, на сколько частей его демон разорвал бы тело юноши одним ударом.

– И ты всерьез убеждаешь меня, что Редрих возьмет и просто забудет о нас? «Ну что ж, хорошо, давайте помиримся. Да, мы все считаем, что Хроуст убил моего великого отца, но что поделать?» Так, что ли?

– Нет. Этого, конечно, не случится. Редрих не успокоится, пока все люди Хроуста не будут висеть в костнице в виде новых костяных ламп. Но я предлагаю тебе перемирие – тебе, а не Хроусту, поскольку ты благоразумнее. Дай Бракадии передышку! Проведи хотя бы пару лет без кровопролития! А я пока придумаю, что делать с Редрихом.

Латерфольт недоуменно пялился на него. Свортек – действительно великий колдун: какие-то несколько слов превратили все в бессмыслицу. Его злейший враг предлагал ему не что-нибудь, а перемирие! Может, он спит?

– Но у меня есть условие, – продолжал Свортек, пользуясь замешательством егеря. – Дождись меня. Пока я буду сдерживать Редриха, ты должен будешь остановить Хроуста. Убеди его отсидеться в укрытии, пока до него самого не дойдет, что война закончена. В конце концов, он уже стар…

– Видимо, дела у тебя совсем плохи, Свортек.

– Ты совсем болван? Мы победили в войне с самым злобным соседом. Мы раздавили своих долбаных мятежников. Это у вас дела не очень!

– Неужели ты правда думаешь, что я, сын Хроуста, буду уговаривать его вот так позорно бросить все, за что мы боролись?

Взгляд Свортека стал вдруг тяжел и серьезен, заставив Латерфольта замолчать и застыть. Еще никому, кроме самого Хроуста, не удавалось так легко пригвождать его к месту. Наверное, какое-то очередное волшебство…

– Ты сам знаешь, что это надо остановить, – прошептал Свортек без тени издевки. – Разве ты наслаждаешься этим? Разве хочешь, чтобы друзья продолжали дохнуть вокруг, как мухи? У тебя прямо сейчас на морде засыхают кишки твоего товарища. Тебе это нравится? И даже не пытайся меня убедить, будто смерть Тартина Хойи хоть что-то для тебя значит!

Повисло молчание. Латерфольт ощущал тупую пустоту, словно Свортек выпотрошил его, как несчастного Нухага.

– Ты же, мать твою, Свортек. – Он не нашелся, что еще ответить. Эхо слов Свортека противно гремело в ушах; он уворачивался от цепкого взгляда, но на что еще было смотреть? На останки Нухага? – Цепной Дракон Редриха, Кровавый Ворон, самый могущественный кьенгар, возможно, последний в мире. Правая рука короля… Зачем тебе это?

– Потому что ты прав. Я устал.

Латерфольт вскочил на ноги и принялся возбужденно расхаживать взад-вперед перед Свортеком. Это не может быть правдой, это ловушка, это безумие… Но зачем тогда кьенгар позвал его сюда и до последнего настаивал на разговоре, хотя мог бы уже десять раз прикончить? Чтобы поглумиться? Говорили, что чувство юмора у Свортека не очень; похоже, не врали.

– Даже если мы согласимся, Редрих от нас не отстанет, – произнес он наконец. – И тебе снова придется бегать по лесам.

Настала очередь Свортека рассмеяться. Быстро, чтобы Латерфольт не успел переполошиться, он достал из кармана узкий сверток и бросил ему:

– Ты всадил в меня три стрелы, а я пришел к тебе с подарком.

Хинн опасливо развернул начало свитка и нахмурился, уставившись на вязь незнакомых рун, написанных в одну строку без единого пробела.

– Завеса, Нить Завесы, Мгла Войны, у нее много названий… Раньше с ее помощью скрывали целые города. Я предлагаю тебе сделать то же самое. Собери своих соратников, найдите себе место по нраву, а потом выбейте вокруг него на земле руны точно так, как они написаны, – и за эту Нить сможет ступить лишь тот, кого позовут из скрытого города. – Боль в ранах, видимо, снова дала о себе знать, и Свортек запнулся, переживая приступ. – Там Редрих тебя не достанет. Даже я тебя не достану. Но, если у меня получится убедить его заключить мир и положить этому всему конец, я пошлю тебе знак.

Латерфольт молчал.

– Может быть, твой упрямый старик соизволит сдохнуть к тому времени. Может, отправится к праотцам мой, а я подготовлю принца или другого разумного наследника… Черт, как же больно! Ну что, каким будет твой ответ?

– А что, если это уловка и я просто дам тебе уйти живым?

– Зачем бы я тебя сюда звал? Чтобы ты бесил меня? Ладно. Можешь идти и поцеловать жопу своему долбаному Хроусту! Дай сюда…

Он взмахнул рукой, пытаясь выхватить свиток из рук Латерфольта, но тот проворно отскочил и прижал пергамент к груди. Как же он, наверное, был смешон в своих попытках судорожно принять решение! Забрать свиток и привести Свортека к Хроусту? Идеально, но маловероятно. Забрать свиток и сжечь, потому что это наверняка какая-то ловушка? Но ведь это тоже Дар, первый Дар в руках Хроуста. Убить Свортека здесь и сейчас? Уже пытался, хе-хе…