Сенсеры. В забвении - Ольга Арсид

– М-м, тот самый день?

– Ага, если завтра не вернусь, значит, я его не пережила.

– Если ты не вернешься, то и я долго не проживу, – пролепетала Вита.

– Все будет хорошо. Ты, главное, держись. Не забывай, тебе есть ради чего бороться с ломкой: родители живы, здоровы и ждут тебя.

Леся обещала, что скоро все окончательно уладит. Родители Виты уже несколько дней как обживались в новом городе, с новыми именами. Оставалось надеяться, что Артур и его дружки не помешают завершить начатое и увезти Виту из города. Леся не торопилась, была очень осторожна, так как немногим могла доверять.

Вита присела, поправила пеньюар, пригладила взлохмаченные волосы.

– Обещаю, что справлюсь, как бы хреново мне ни было. Я больше не позвоню Вадиму. Пусть сам убивается этой дрянью. Спасибо тебе, Эллен. За все.

– Я рада, что у меня есть возможность хоть кого-то вытащить из лап Артура. Если бы не твоя способность сопротивляться сенсерам, я не смогла бы это сделать.

Вита улыбнулась и плюхнулась обратно на подушку.

Распрощавшись с ней, Эллен отправилась на первый действительно важный экзамен в своей жизни.

***

– Не забывай, обращаться к гостям следует на их языке, – завязывая галстук у зеркала, сказал Виктор.

Эллен закатила глаза. Это было сотое напоминание за день.

– Я лучше молчать буду. – Она ссутулилась, представив, как опозорится, но через секунду выпрямила спину – облегающее платье придавало осанке насильственную грацию.

Дядя снисходительно улыбнулся, не отрывая взгляда от своего безупречного отражения. Элен поймала себя на мысли, что он действительно красивый мужчина. Она была наслышана о его славе среди женщин. Виктор был самым завидным холостяком в элитовском обществе. Покорить его пытались многие, но его сердце было под надежным замком.

– А Нелли едет на банкет? – спросила Эллен.

Виктор кивнул.

– Значит, вы помирились, и ты больше на нее не злишься из-за Алисы?

– Это лишь значит, что Нелли едет на банкет. После праздника она уедет в Англию.

– Надолго?

– Навсегда.

В его голосе послышалось недовольство, поэтому Эллен решила закончить с допросом. Не хотелось нервировать дядю в день его рождения. Он и так был на взводе из-за приема иностранных гостей. Хотя Эллен прекрасно понимала, что, по большей части, Виктор переживает за то, как она покажет себя высшему свету.

– Подойди. – Он поманил ее к зеркалу. – Ты очаровательна, дорогая. Только посмотри на себя.

Эллен прошлась взглядом по девушке, которая смотрела на нее холодным взглядом.

Обычно непослушное каре выглядело идеально: ни один волосок не смел ослушаться стилиста и выгнуться в неположенном направлении. Макияж отличался непривычной мягкостью и естественностью. Так велел дядя. Кожа казалась как никогда бледной из-за контраста с бордовым платьем и обновленной чернотой волос; бриллиантовое ожерелье с рубинами – слишком вычурным. Дядя твердил, что все превосходно, поэтому Эллен держала свое мнение при себе.

Зато ей очень нравился шлейф, который водопадом спускался от бедер до пола, и глубокий вырез на спине. Спереди платье выглядело достаточно просто: закрытый лиф, облегающий силуэт, простого кроя длинные рукава. Любовь Виктора к контрастам отразилась даже в наряде Эллен.

Несомненно, и праздник обещал быть неординарным.

– Что-то мне страшно, – честно призналась Эллен.

Тысячи раз она смотрела на свое отражение, но впервые воспринимала его отдельно от себя. Словно перед ней стояла другая девушка или сестра-близнец, только более грациозная и уверенная, с неестественной для Эллен выправкой и высокомерием победителя.

Эллен бы почувствовать гордость за то, что она, наконец-то, стала такой, какой ее хотел видеть дядя, да внутри трепыхалось иное чувство – страх.

Страх навсегда остаться такой и потерять связь с Эллен из прошлого.

С «его» Эллен.

– Ты справишься, – с отцовской нежностью произнес Виктор.

А что еще ей оставалось?

***

Собравшись, они поехали в банкетный зал.

Эллен никак не могла унять нервы, а паника Нелли, которую та искусно прятала за безразличным выражением лица, только добавляла волнения.

Сегодня дядина пленница – теперь Эллен воспринимала ее именно так – была особенно красива. Блондинка в черном платье. Ее шикарный контраст, в отличие от собственного, Эллен понравился.

Нелли смотрела в окно лимузина, перебирала пальцами камни на своем колье, а Эллен разглядывала ее. Сколько же в ней выдержки! Такому таланту любая актриса позавидует! Внешне оставаться холодной и безучастной, когда внутри извергаются вулканы… Только глаза никогда не врут – там изнывало отчаяние.

«Почему дядя не может с ней просто расстаться? Зачем отправляет в Англию?»

– Девочки, – ласково обратился Виктор, – у вас традиция грустить в этом лимузине? Веселее, у нас праздник.

– Я точно шлепнусь в обморок, – ответила Эллен, нервно разминая пальцы.

Когда лимузин остановился, ее охватил ужас.

В надежном кольце из охраны Виктор провел девушек к входу, а после – в гостевую комнату, где они сняли верхнюю одежду и переобулись.

Затем охранник проводил Нелли в зал, Виктор с Эллен остались одни.

– Черт, а можно мне уйти?

Платье сдавливало грудь, каблуки казались неустойчивыми ходулями, мышцы сводило так, что Эллен ощущала себя неуклюжей деревяшкой.

Виктор подошел, взял ее за руки и посмотрел в глаза.

– Успокойся. У тебя все получится. Ты очень смелая!

Его слова напомнили мамино заклинание:

Остановись. Отдышись. Ты сильнее всех. Ты справишься.

Эллен повторила его про себя несколько раз, практически не слыша, что говорит Виктор, и только тогда смогла взять себя в руки.

В конце концов, это всего лишь праздник! Тем более, не ее, а Виктора. Все внимание будет приковано к нему. Не Бал наследников – бояться нечего.

Но когда перед ними распахнули двери в приемный зал и заиграла торжественная музыка, она поняла, как сильно ошиблась. Дядя вел ее под руку по живому коридору. Взгляды гостей были устремлены на нее. Черные и бордовые силуэты аплодировали, сливались в одну темную массу. Эллен почти не различала лиц. Лишь когда выхватила из толпы знакомую улыбку, немного встрепенулась и обрадовалась.

Леся показала, что нужно расправить плечи и приподнять голову, и Эллен поняла, как скованно и испуганно она выглядит со стороны.

Она забегала взглядом по толпе, интуитивно выискивая тех, кто заметил ее провал. Один из молодых гостей, невысокий брюнет с выбритыми висками, смотрел на нее с нескрываемой усмешкой. Когда он отвернул голову, Эллен заметила его татуировку – знак суммы, проткнутый кинжалами. Она вспомнила, кто это – один из претендентов английской «Элиты», тот самый четырнадцатилетний мальчишка, который владел поглощением. Выглядел он на все шестнадцать. Рядом стоял его старший брат – основной конкурент Эллен на Балу. Он аплодировал и широко улыбался.