Посол на подмене - Ольга Воскресенская

— Вот видишь! Вряд ли бы он стал открыто жаловаться на трудности и вызовы на дуэли, не тот характер, — хмыкнул Абернан, и Триан при этом почувствовал, что не так уж сильно король теперь злится на опального подданного. Скорее, даже восхищается им, хотя и не хочет этого признавать вслух. Первый доклад об испытаниях, которые Иберникский в одиночку пережил на полосе, впечатлил обоих.

— Мне передать послу ваш наказ, чтобы не скрытничал и докладывал в деталях даже о самых мелких происшествиях? — попытался угодить секретарь, а заодно и свое любопытство удовлетворить.

— Это будут сухие факты, не интересно, — отмахнулся король. — Пусть спокойно работает. Но ты не забывай тихонько отдавать его письма аналитикам, они скажут больше и красочнее. Наши маги поняли принцип работы тренировочного паладио? — сменил тему Абернан.

— Думают. Было бы проще, если бы они сами хоть одним глазком взглянули на полосу препятствий.

— Так в чем проблема? У нас штат посольства в Таримане не укомплектован, пусть едут под видом… ну… телохранителей, допустим. Только охранять будут не они, это послу придется присматривать за ними.

— Последнее письмо Иберникского заставляет подозревать, что не все с этой полосой так просто и безопасно. Мы рискуем потерять хороших магов. Разведка доложила, что трое из мартнаильской делегации погибли, остальных еле спасли. А ведь у вампиров, сами знаете, военная подготовка неплохая, слабаков они не засылают.

— Да-а, — протянул Абернан. — Скромничает что-то Иберникский. Но грамотных магов терять не хочется, так что пусть дома разбираются, разрабатывают теорию, проводят эксперименты… на ком не жалко.

— Так я им выдам в качестве добровольцев тех, кому не нравится выбранный в договоре о намерениях участок? — тут же сообразил секретарь. — Правда, не все из них сумеют пробежать и сто метров.

— Научатся! — отрезал Абернан и со свойственным ему цинизмом добавил: — Если, конечно, успеют. В общем, мне нужен договор с Тариманом и аналог их тренировочного паладио, а не скептические высказывания, сплетни и ворчание. — И он, открыв глаза, стукнул кулаком по столу, поставив точку в разговоре.

— Бельмоглазый, какого дракона тут происходит?! — раздался громкий вопль в коридоре. — Эти бугаи не дают мне открыть дверь в твою комнату!

Никоэль глухо застонал и прикрыл лицо подушкой в надежде, что шум вскоре прекратится и ему наконец в первый раз за несколько дней дадут нормально выспаться. Черныш, который чувствовался как теплый клубочек где-то под боком, даже не шевельнулся. Оба не планировали в ближайшее время вставать.

— Иберникский! Я к тебе обращаюсь! Чем ты меня вчера отравил?!

Голос звучал прямо за дверью и, похоже, не собирался пропадать. Судя по отсутствию тариманской речи и шума от потасовки, гвардейцы не планировали утихомиривать буяна. Подумав, Ник спросонья все же сообразил, что охранникам только на руку, если другой белавец разбудит посла и они смогут убедиться: подопечный жив и здоров, за ночь с ним ничего не случилось. Возможно, они позволили бы старшему секретарю вломиться даже непосредственно в комнату, если бы не знали о задвижке. А так почему бы и не развлечься, преграждая путь одному и доказывая лояльность другому?

— Не смей меня игнорировать! — не успокаивался аристократ.

Приподняв подушку с лица, Никоэль широко зевнул, приоткрыл один глаз и посмотрел на окно. Щель между портьерами была небольшой, но и она позволяла оценить обстановку и понять: рассвет наступил совсем недавно, и получаса не прошло. Однако выспавшемуся под действием снотворного Риардону было начхать, что подобное время не предназначено для визитов, он жаждал получить объяснения, и даже слабость от потери крови его не останавливала. Проигнорировать вопли явно не получилось бы, придется вставать. Зевнув в очередной раз, Ник откинул одеяло и сел.

— Я не успокоюсь! Слышишь меня?! — надрывался новоназначенный старший секретарь, вторя мыслям посла, пытавшегося побыстрее натянуть брюки.

Рубашку Никоэль счел необязательной, как и обувь. Босиком он прошлепал до двери, открыл задвижку и распахнул створку.

— Не боишься разбудить вампиров? — ехидно поинтересовался он, глядя на замершего напротив бледного, но тщательно и франтовато одетого Риардона с рукой на перевязи, сооруженной из тонкого шарфа.

— Нет, — вскинул подбородок аристократ, но моментально испортил все впечатление, так как следом покосился в сторону лестницы. — Я требую объяснений!

— Посреди коридора будешь требовать или войдешь? Я не одет для выхода.

— Да ты вообще не одет! Это бескультурно! Тебя в таком виде любой постучавшийся в дверь тариманец увидеть может. Даже вот эти, например, — кивнул Риардон на гвардейцев.

— Уверяю, этих больше шокируют твои вопли. Ты что-то хотел или просто поорать решил вместо зарядки?

— А у тебя настолько плохая память, что ты уже не помнишь мои вопросы?

— Помню. Отвечаю: происходит обычная работа, нарушаемая привычными покушениями и непривычным прибытием нежданного и ненужного секретаря. Ничем не травил, усыпил, чтобы ты из-за повышенной возбудимости не истек кровью. Я тебя и слышал и слышу, — невозмутимо произнес Ник. — Вроде это все необходимые тебе ответы? Я могу идти спать дальше?

— Нет! — воскликнул Риардон, изрядно опешив от подобного перечисления. Здоровой рукой он подтолкнул Никоэля внутрь комнаты, следом сам переступил порог и захлопнул дверь.

— Зря, — сказал посол.

— Что зря? — не понял аристократ.

— Дверь закрывать не стоило, гвардейцы все равно будут подслушивать.

— Какого… они вообще тут стоят?

— Меня охраняют, чтобы не убили.

— Много желающих?

— Достаточно. Но через пару деньков ты рискуешь перегнать меня по их количеству.

— Я не собираюсь тут столько торчать! Где твой отец? Пусть отправляет меня обратно в Белавию с каким-нибудь посланием или поручением.

— А не многовато ли ты хочешь после своего преступления у нас в поместье?

— Преступления? Ты слишком преувеличиваешь. Подумаешь, проспал граф прибытие заместителя придворного мага, — фыркнул Риардон. — Или не проспал? — пытливо посмотрел он в лицо Никоэлю. — Да такого сильного мага, как твой отец, и бочка снотворного надолго не успокоит!

Посол закусил губу, чтобы не сказать лишнего и не выдать, насколько собеседник не прав. Снотворное подействовало как надо. Это ведь не халтура придворного лекаря для впечатлительных и мнительных дам, сам готовил как-никак. Неужели Риардон реально не рассчитывал на получившийся результат? Это все меняет и сводит на нет желание отомстить. По крайней мере, у него. А уж отец, как встретится с этим глупцом, сам решит, стоит ли бросать вызов на дуэль или ограничиться словесной поркой.

— Что молчишь? — не дождавшись ответа, произнес аристократ. — Давай, отца зови! Или объясни, где его комната, я сам схожу. Эти тариманцы в коридоре — дикие люди, ни бельмеса не понимают по-белавски. Я и тебя только по их присутствию под дверью нашел.