Зерцалия 5. Скорпион - Евгений Гаглоев

Ангелина Гольданская с замирающим от волнения сердцем сидела на низком стуле напротив черного зеркала, ее фарфоровая маска поблескивала в красных вспышках. Гертруда Волховская стояла за ее спиной и растирала в керамической чашке зелье, приготовленное из осколков Двуликого. Она ловко орудовала небольшим пестиком, и из чашки поднимались струйки удушливого сизого пара.

– Ты уверена, что это именно то зеркало, которое нам нужно? – робко спросила Гольданская. – Вдруг мы ошибаемся?

– О, да, – довольно улыбнулась Гертруда. – Это именно оно, зеркало Преображения. Взгляни!

Она отставила чашку в сторону и протянула руку к стеклу. В черном зеркале тут же все забурлило, словно вскипела вулканическая лава. Красные всполохи разошлись к краям, отражение белой маски Гольданской растаяло, и в зеркале появился зал клуба «Скорпион». Они увидели танцующих людей, увидели все, что отражалось в этом зеркале еще совсем недавно.

– Зеркало Преображения запоминает всех, кто проходит мимо него, – пояснила Гертруда. – С помощью зеркальной магии мы можем добиться, чтобы оно поделилось этими воспоминаниями. Оно покажет тебе всякого, кто когда-либо смотрелся в него!

– Это настоящее чудо!

– Верно! – согласилась зеркальная ведьма. – Дар владыки Темнейшего тому, кто присягнул ему на верность!

– И я могу выбрать себе любую внешность? – восторженно прошептала Гольданская.

– Абсолютно! Ты можешь заполучить лицо любой девушки или женщины, которые когда-либо отражались в этом зеркале! Можешь стать кем угодно!

– А вернуть мой прежний облик оно не сможет?

– К чему тебе это, Ангелина? – резонно заметила Гертруда. – Во-первых, ты уже немолода! Если я и смогу восстановить твою подлинную внешность, ты будешь выглядеть так, какая ты сейчас. Ведь у тебя неприятности с полицией. Ты в розыске! Мне кажется, в подобной ситуации тебе лучше изменить свою внешность до неузнаваемости.

– Ты права! – немного подумав, согласилась Гольданская. – Нет смысла возвращаться к прошлому. Все мои банковские активы переведены в золото и драгоценные камни и хранятся в тайниках в подземелье моего дома. У меня не возникнет проблем со сменой личности. Я всегда могу сказать, что я родственница Ангелины Гольданской, которой она передала все свое состояние! Перепишу дом на свое новое имя, а мои надежные адвокаты все подтвердят!

– Вот видишь! – снисходительно улыбнулась зеркальная ведьма. – Так какое лицо ты хочешь? Это? Это? Или, быть может, вот это?

Она шевелила пальцами, и отражения лиц в зеркале менялись. Гольданская видела разных девушек и женщин, всех, кто когда-либо проходил мимо магического стекла.

– Слишком большой выбор! – недовольно воскликнула баронесса. – Даже не знаю, на ком остановиться!

– Лично я хочу предложить тебе вот это, – сказала Гертруда, остановившись на одном из последних отражений. – Взгляни на нее внимательно! Ты не только станешь очень привлекательной и молодой, но еще и сможешь помочь нам в осуществлении наших замыслов.

Гольданская придирчиво всмотрелась в предложенное отражение.

– А что, в этом есть свой смысл, – признала она. – Красивая мордашка! При должном уходе и макияже я буду выглядеть настоящей красавицей!

– Вот и славно, – удовлетворенно кивнула Гертруда. – Остановимся на ней.

Она взмахнула рукавом. Изображение в черном зеркале приблизилось, юное хорошенькое личико увеличилось, и теперь они могли его как следует разглядеть.

Гертруда снова принялась растирать магическое зелье в чашке, шепча непонятные слова.

– Ты станешь первой, кого Темнейший одарит за твою помощь, – сказала вслух она, – но не последней в его свите. Он ценит все жертвы, что ты принесла во имя его процветания. И тебе воздастся по заслугам. А теперь сними свою маску и дай мне руку.

Гольданская, немного поколебавшись, исполнила ее просьбу. Пламя черных свечей осветило изуродованное лицо, напоминающее оплывшую восковую маску. Гертруда невольно поморщилась.

– Тебе неприятно?! А представь, каково мне было целых восемнадцать лет жить с таким лицом!

– Не волнуйся, все позади, – тихо сказала Гертруда. – Не стоит больше об этом думать!

Она взяла руку баронессы и изогнутым стеклянным ножом сделала надрез на коже.

– Что ты делаешь?! – взвизгнула Гольданская. Гертруда подставила под рану чашку с зельем.

– Это твоя последняя жертва! – жестко сказала она. – Зеркальная магия работает только на крови! Таков неписаный закон!

Едва несколько красных капель упало в чашку, как жидкость в ней забурлила и вскипела, источая смрад. Вспыхнули красные язычки пламени, и лицо Гертруды окутали клубы черного дыма.

– Все готово, – сказала ведьма и поставила пылающую чашку на столик перед Гольданской. – Остальное ты должна сделать сама. Вотри этот бальзам в свое лицо и тело. Он будет нестерпимо жечь, но тебе придется это вытерпеть. Наградой станет красота и молодость! Если тебе не хватит силы воли, то ничего не получится!

– Единственное, что у меня осталось – это сила воли, – глухо произнесла Гольданская.

Она сбросила черную кружевную накидку, оголив изуродованные плечи и шею. Затем зачерпнула клокочущее зелье руками и быстро прижала пылающие ладони к лицу. Почувствовав боль, баронесса громко вскрикнула, но продолжала втирать дьявольское зелье в свою кожу.

Гертруда смотрела на нее, хищно оскалив зубы.

Изменения, о которых она говорила, уже начались, и она хотела видеть все до конца. Жуткие рубцы, покрывающие кожу женщины, стали разглаживаться, шрамы и отметины исчезали прямо на глазах.

Ангелина Гольданская вскрикивала и стонала от нестерпимого жжения, но продолжала втирать в кожу жуткий крем из огня, крови и волшебного стеклянного порошка, и изображение юного девичьего лица в черном зеркале постепенно таяло, исчезая в багровых вспышках.

– Щергина схватила Марину! – мрачно сказал Матвей. – Как я мог это допустить?! Не заметить, как эта дрянь подобралась к ней!

– Ничего удивительного в этом нет, – стараясь успокоить его, сказала Феофания. – Не кори себя. Это действительно ужасно, но тогда вокруг царила такая суматоха… Мы все лишь пытались защитить себя и людей… Завладеть зеркалом… И не справились!

– Вы думаете, ее нет в живых? – тихо спросил Артем.

– Не думаю, – мрачно ответила Феофания. – Если человека берут в заложники, следует ожидать требований. И я догадываюсь, что они попросят в обмен на ее жизнь!

Они находились в больничной палате у Ирины Клепцовой. Артем, опустив голову, сидел на подоконнике. Матвей с понурым видом уселся на стуле рядом с постелью девушки. Феофании недавно наложили швы на рану, и ее рука висела на перевязи. Сама Ирина с перебинтованной головой лежала, подложив под голову пару подушек. Феофания только что разговаривала с врачом. Оказалось, что, падая с лестницы, Клепцова получила несколько сильных ушибов и сотрясение мозга, и врачи считали, что ей надо несколько дней провести в больнице. Вскоре должны были приехать родители Ирины, поэтому ребята и пришли пораньше, чтобы успеть все обсудить.