Жена воина, или Любовь на выживание - Елена Звездная

— Понимаю.

Мамуля поднялась, потянулась снова, разминая затекшие мышцы, после нагнувшись, обулась, достав влажную салфетку вытерла лицо и руки, после сделала нечто — указала капитану жестом на кровать, где провел ночь Араван. А когда тот остался стоять, улыбнулась и сказала:

— Вы же не заставите слабую женщину работать стоя, после столь напряженной ночи, капитан Иллоэр? Присаживайтесь, мне нужно завершить татуировку, чтобы вы всегда могли найти свое тело.

Кэп не шевельнулся и меня не отпустил.

Мама кивнула с улыбкой, затем достала из кармана ту самую тряпочку, с которой вчера тень приманивала, растянула и показала:

— Сравните с татуировкой на плече, и вы поймете, что не хватает завершающего штриха, а без него ваша связь с телом будет не полной.

Она произнесла это совершенно спокойно и с самой обворожительной улыбкой, но… Но проделывала мамуля совершенно иное — она плавно, завораживающе плавно, покачивала рисунок и… кэп растерял все свое возражательное настроение. Он отпустил меня и как завороженный направился к мамуле, а та, мягко отступая, вела его к кровати. Довела, усадила и прошипела:

— Кира!

Я рванула к ней и мама передала мне ткань, собственно, что делать я уже сообразила. И пока мамуля’ достав свой инструментарий, дорабатывала татуировку, я плавно водила тряпицей перед лицом Аравана…

А потом мама сказала:

— Все. — И спросила: — Сынок, ты как?

— Нормально, мам, — глухо ответил Араван, закрывая глаза, — этот бесится, что мне делать?

— Право сильнейшего, Ар, ты сильнее, скажи ему об этом, — посоветовала мама, осторожно дуя на воспалившуюся после нанесения татуировки кожу.

Но братик скривился, после зашипел, словно от боли и хрипло произнес:

— Он не признает мою силу, он сопротивляется!

Мама напряглась, более того нервно прикусила губу.

И тогда я неожиданно выдохнула:

— Скажи ему, что тот шейс, что погубил его корабль, несомненно, придет за тобой и он сможет отомстить.

И Араван расслабился. Причем расслабился в тот же миг, а затем из него медленно выплыла тень капитана, все такая же странная — с синими глазами. И она висела над нами троими, переводя взгляд с меня на маму, а затем произнесла:

"Вы обманули!"

— Я мать, — спокойно ответила мамуля, — вы тот, кто вмешался в ритуал по своей воле, я вас не звала, так что мои действия справедливы.

Тень оскалился.

— Ия сказала правду, — вставила я, — шейс, погубивший ваш корабль вселился в моего отца, и он хочет мстить, значит придет за Араваном.

Несколько секунд тень молча висел без движения, затем прошипел: "Я встречу".

Мама улыбнулась и сказала:

— Если угроза минует, или вы уничтожите шейса, я отпущу вас, слово воина.

"Ты женщинассс!" — прошипел кэп.

— Я воин, — совершенно спокойно возразила мамочка. — А теперь мне нужна ваша помощь, либо же я обращусь к Лейсу.

Кэп промолчал и тот несчастный тень, которого выгнали, мгновенно подплыл к мамочке, готовый слушать. Мама кивнула ему, и достала сейр. Едва включила, на нем сначала пунктиром, после в режиме съемки отразился путь к тому полуразрушенному храму, в котором мы оставили запасную тариге.

— Выведи Аравана, — приказала мама. — Мы уведем патрули за собой, начнем ровно в десять. Ровно! В десять ноль две Араван должен покинуть храм на максимальной скорости.

"Там клан Таргар, Киара," — напомнил левый тень.

— Лейс, ты справишься, — заверила его ма. — К тому же с вами будет капитан Иллоэр, — выразительный взгляд на тень, и такое со смыслом, — который понимает, что если погибнет его тар-эн, он вернется в тот кошмар, в котором провел последние триста- пятьдесят лет.

Откровенно говоря, на мой взгляд это было жестоко. Но мама продолжила, все так же глядя на капитана:

— Вы следили за ритуалом и знали, к чему он приведет, это был ваш выбор, вы его сделали и поставили меня перед фактом. Теперь перед фактом вас ставлю я — если вы попытаетесь навредить Аравану, я замкну ваше существование на взрыве корабля, и вы будете проживать этот кошмар не раз в сутки, а бесконечное количество раз за те же сутки! И так каждый день.

И я, и Ар были заметно потрясены подобной жестокостью, но мамочка потянулась и чмокнула брата кончик его внушительного носа, и уже ему сказала:

— Тебе пора, ты должен быть в храме через полчаса, когда Лейс даст команду- взлетаешь.

Араван поморщился и произнес:

— Не знал, что у моей тени есть… имя.

— Лейс был тенью твоего деда, Ар, он не один год в семье МакЭдл, и если ты призадумаешься, поймешь почему после посвящения тебе стало значительно легче управлять кланом. Лейс — душа клана МакЭдл, и я рада, что, наконец, он сможет обрести подобие жизни более осознанно. Старайся прислушиваться к его советам — Лейс мудр и опытен. Время, сынок. Мы должны сделать все, чтобы никто и никогда не узнал о сотворенном здесь, и об обретенном тобой могуществе.

— А… — начал было Ар.

— О капитане не беспокойся. Он сейчас зол и разгневан, осознание — тяжелый труд, но пройдет не так много времени и Виэрдан осознает, что ты его шанс на подобие жизни. А любое подобие жизни гораздо лучше, чем смерть. К тому же вы союзники, и говоря откровенно, я рада, что все случилось именно так — теперь я уверена, что ты защищен. Время.

Мама заставила Аравана одеться, нанесла маскировку на его костюм, еще раз проинструктировала и указала, куда идти, обняв на последок. Я тоже обняла братика, на душе было тревожно.

И когда за ним закрылся проход, тревога только усилилась.

— Успокойся, — приказала мама. — Тени всегда так — поначалу не могут смириться, пытаются захватить контроль над телом, в итоге делают все, чтобы спасти своего носителя. Это симбиоз, Кира, взаимовыгодное сотрудничество, здесь нет проигравших сторон.

— Но я так понимаю, обычно тени не осознают… — прошептала я.

— Момент вселения и первые сутки — осознают отчетливо, — ответила мама. — После осознанность уходит, они просто живут, как и носитель, и вновь ощущают себя отдельными, когда тар-эн умирает.

— Ужасно, — прошептала я.

— У них всегда есть выбор, невозможно вселить тень без ее на то желания, — ма ответила достаточно резко.

Затем прошла к своему рюкзаку, достала и бросила мне новую упаковку с соком, достала вторую такую же, торопливо выпила и принялась убирать все. Я взялась ей помогать и через несколько минут здесь нс осталось следов нашего пребывания и мы начали одеваться.