Рай и ад Земли - Юрий Иванович

Александре ничего не оставалось, как проводить глазами умчавшегося мужчину и с еле сдерживаемым стоном недовольства откинуться на подушки. Причем недовольство касалось в первую очередь не себя или своего поведения. И даже не поведения Светозарова. А чего-то такого, что следовало срочно выяснить после тщательного обдумывания. Потому что стало происходить нечто, ускользающее из-под контроля и не поддающееся никаким расчетам или осмыслению.

То, что она явно не удовлетворила чрезмерную похоть Торговца, было понятно и без глубокого анализа. Что он будет подобными действиями недоволен, опытная нимфоманка могла предсказать заранее. Ибо выбранная тактическая линия требовала именно такого поведения в первую их совместную ночь.

То, что Дмитрий так неожиданно, скорее всего, преднамеренно вдруг окунулся в работу, настораживало гораздо больше. Но и этому находились вполне логичные объяснения, главное из которых лежало на поверхности – банальная и тем не менее весьма эффективная и действенная проверка. Наверняка сейчас Торговец устремится в частное сыскное агентство и проштудирует все те материалы, которые детективы накопали про биографию самой Александры и ее бабушки Катаржины. В данном случае стоило уповать на то, что родная контора все сделала правильно, со всей щепетильностью и уважением к мельчайшим деталям. Тут от самого агента ничего не зависело.

В другой плоскости проводимой проверки, в самом доме Торговца, в данный момент тоже началось тотальное слежение за каждым ее жестом, мимикой или взглядом. Подозревали, что вся вилла заключена в единый охранный комплекс, который не удалось взломать снаружи даже самым прославленным профессионалам. О многом говорил хотя бы тот факт, что за несколько последних месяцев внутрь периметра ни единого прибора для прослушивания или просмотра так и не удалось доставить ни самой конторе, ни прочим государственными службам, в том числе и Интерполу. Любые шпионские приспособления переставали действовать, как только пересекали порог дома. А ведь список способов доставки только своей длиной вызывал законное уважение. Чего стоили только последние самодвижущиеся разработки в виде летающих насекомых. Но даже они оказались бесполезными. К тому же была уверенность, что при желании можно ворваться в дом и провести там скрупулезный обыск, но и он ничего не даст, кроме крупных неприятностей и головной боли. Слишком уж значимой личностью считался Светозаров как в среде миллионеров, так и в среде разных общественных деятелей.

В сумочке у Александры имелся универсальный сканер, который мог незаметно сообщить своей хозяйке о самых скрытых видеокамерах и действующих микрофонах. Но доставать сканер и не требовалось: профессионалу камеры были видны и так. Они, конечно, не сразу бросились бы в глаза простому обывателю, зато они были всюду. А значит, предпринимать что-либо для поверхностного обыска или подсадки жучка означало обречь себя на полный провал. Поэтому и следовало играть дурочку, до глубины души расстроенную лишением девственности и отсутствием умчавшегося в неизвестность сказочного принца.

Данное дело было нетрудное, поэтому Александра так и продолжила бездумно перекатываться по обширному сексодрому, которым смело могла называться подобная кровать. Предстояло осмыслить более важное, то подспудное и неосязаемое, что подсказывала интуиция, но никак не хотело открывать сознание.

По всем признакам, которые замечала искусная соблазнительница и роковая женщина, которой себя по праву считала Александра в свои двадцать четыре года, еще ни разу не познавшая поражения на ниве подчинения мужских сердец, Торговец вознамерился отчудить что-то неадекватное.

Вплоть до того, чтобы просто-напросто расстаться со своей новой недолговременной пассией точно так же, как до сих пор поступал и со всеми остальными. Скорее всего, именно поэтому он и сбежал из дому, воспользовавшись подвернувшейся оказией или придумав ее. Предоставляя тем самым возможность одуматься глупышке и самой сбежать под бабушкино крылышко. Скорей всего, если он и зацеплен душевно, а в этом сомневаться по проявленной настойчивости не приходилось, то постарается теперь всеми способами вырвать попавший в сердце гарпун, не считаясь с грядущими кровопотерями. Но всеми силами постарается сделать так, чтобы инициатива расставания исходила от девушки, а не от него.

А почему? Ответить на этот вопрос в данный момент была бессильна даже такая женщина, как Александра. Но вот попытаться исправить положение в свою пользу она постарается обязательно. И вот тут высвечивается в сюжете новый вопрос: «Как именно?»

С тяжеленным вздохом девушка стала рассматривать свои дальнейшие шансы. При ее цинизме годились любые методы. Вплоть до самых крайних, потому что она очень хорошо усвоила еще первые уроки Павла Павловича: «Если для достижения поставленной цели тебе надо использовать смерть самого близкого друга, не останавливайся ни на секунду! Никаких моральных терзаний у тебя быть не должно, а такие понятия, как совесть или привязанность, должны быть для тебя пустым звуком. Любой грех можешь смело списывать на счет командования, а мы уж тут, с высоты общегосударственных интересов, сами рассудим».

Теперь оставалось только воспользоваться этими и многими другими указаниями и выбрать оптимальную линию поведения. Использовать смерть друга вроде как не получалось: никто не падал рядом, сраженный пулей. Да и вдали трупов не наблюдалось. Вот разве что Каралюха… Александра непроизвольно внутренне засмеялась, представив, как можно было бы использовать смерть мнимого миллионера. Пожалуй, в данном случае, несмотря на возникшие между ними в последнее время нити симпатии, она действительно не задумалась бы ни на секунду, наступая на труп Бориса Бонке и используя его смерть как трамплин. Вот только вряд ли шеф и, те кто «наверху», позволят использовать подстроенную смерть такого крупного агента. Да и как это будет выглядеть? Александра теперь уже еле сдерживала смех, представляя себе такую сценку: якобы Каралюх пытался ее изнасиловать, она его оттолкнула, тот упал и помер от удара головушкой о камешек. Ну а потом она бросается к Торговцу со стенаниями и мольбами скрыть ее от правосудия и разбирательств. Тот, конечно, из жалости разрешает ей прятаться в его доме, они проводят недельку на одной кровати – и вот тогда он уже и часа себе не помыслит без манящего, обворожительного тела. А без ее ласк и страстных объятий будет задыхаться, как без воздуха. Вот тогда она его удовлетворит сверх всяких ожиданий!

От представленного сексуального действа лежащая поперек кровати Александра вдруг почувствовала в себе бьющее волной горячее желание и, чтобы хоть как-то с ним справиться, перекатилась на живот. Свесила руки с кровати на ковер и некоторое время бездумно рассматривая скопившуюся под тумбочкой пыль. Потом обратила внимание и на лежащий под самой стеной лист бумаги. Постепенно любопытство, посоветовавшись с осторожностью и здравым рассудком, разрешило протянуть руку и достать листок. Да и что здесь криминального? Лежала красавица на кроватке, да и заметила бумажку: так почему бы мусор не поднять.

Написанный фломастером список имен дошел до сознания сразу. Тем более что половина из них была в конторском списке тех самых женщин, которых Торговец использовал время от времени для «расслабухи». Вызывал он одну из них довольно давно, более двух недель назад, из чего следовало, что список, скорее всего, составлен предпоследней ночью. Как агент и предполагала, объекту обязательно захочется оттянуться после «чаепития с тортиком» от всей своей распутной души, и оставалось только изумляться, почему он так никого и не вызвал. Хотя тут фантазия опытной соблазнительницы давала сбои. Ему могли помешать деловые звонки, неприятности по работе, ненужные воспоминания… Да все, что угодно. Хотя хотелось бы наивно верить в то, что именно воспоминание о ней, любимой, и заставило Светозарова отбросить и листок, и похотливые замыслы.