Конклав Бессмертных. Проба сил - Виталий Зыков

— Собаке собачья смерть, — безжалостно сказал Артём. Он знал не понаслышке о порядках, царящих в Хрущобах. И примерно представлял, через что надо пройти, чтобы стать воином «Детей». Он не испытывал ни капли сострадания к погибшему. — Здесь чисто. Идём дальше!

Крики и треск разрядов заставили их броситься обратно к лифтовой. Судя по шуму, там шёл нешуточный бой. Артёма попытались оттеснить назад, он огрызнулся, и от него отстали.

После слияния двух высоток и образования Башни планировка некоторых этажей сильно поменялась, возникли новые проходы и комнаты. Боевики культистов обнаружились в широком извилистом коридоре. Почему их проглядели, и как им удалось ударить с тыла, совершенно непонятно. Наверняка, очередной хитрый фокус, на который горазды аборигены. Важно другое: защитники крепости проигрывали.

Шестеро бойцов схватились с культистами врукопашную. Как позже выяснилось, один сразу получил несколько пуль в упор. Бронежилет выдержал, но не выдержал его хозяин — умер от болевого шока. Зато остальные порезвились вовсю. В тесной свалке ножи оказались эффективнее автоматов и пистолетов, сектанты дрогнули. И тогда в дело вступили демоны. Шаруш и псифей ударили с двух сторон. Обезьяноподобная тварь хлестнула молнией, не жалея ни своих, ни чужих, а рогатый коротышка добавил огня.

Уцелело лишь трое. Раненые, едва держащиеся на ногах, но живые. И иначе как чудом их спасение не назовёшь. Первыми услышавшие шум, Тагир с Захаром всё-таки успели вовремя, и вихрем налетели на аборигенов. Артём примерно представлял их действия. Сноходец давил на мозги шаруш, замедляя скорость его движений и реакции, а Перевёртыш действовал в ближнем бою.

Лазовский появился в тот момент, когда Захар повалил гориллу на спину и принялся рвать ей глотку. Краснокожий коротышка вновь куда-то подевался. Невидимость? В прошлую встречу в Руинах он тоже пропадал.

Сопровождавшие Артёма бойцы спешно занялись ранеными: прямо через одежду вкололи шприцы с обезболивающим из набора химзащиты и принялись обрабатывать ожоги и порезы. Захар бездумно двинул вперёд, похоже, намереваясь в одиночку преследовать аборигена.

— Стой! — в один голос крикнули Артём с Тагиром.

Дальше по коридору сразу за поворотом возникло непонятное возмущение. Такое ощущение, что там распахнуло пасть нечто тёмное, древнее, жутко голодное и… необъяснимо близкое силе Сноходцев. Далеко не Патала, но родственное ей.

Стараясь не обращать внимания на запах крови и горелой плоти, Артём потянул носом. Впереди пахло очень плохой магией. Он почти ничего не знал об искусстве местных чародеев, но в своих ощущениях не сомневался. Если пойдут туда, то всех их ждёт действительно жуткая участь.

— Отступаем! Мать вашу, все к лифтовой площадке! — заорал Артём, наплевав на истеричные нотки в голосе. Выглядел он при этом достаточно убедительно, чтобы его послушались. Или тому виной молчаливое согласие Тагира?

Вот только нечто не пожелало оставаться на месте и двинулось следом. Выглядело это как медленно вползающее в коридор облако, навевающее удушливую слабость. Онемение в членах, туман в мыслях… Если бы не Меченые, группа так бы там и полегла. Но Сноходцы с оборотнем едва ли не силой заставляли остальных двигаться, переставлять ноги. Одного раненого Захар и вовсе понёс на руках.

Их догнали на лифтовой площадке. Артём вместе с бывшим «тарасовцем» помогал подняться упавшему раненому, когда из глубины коридора выстрелили два жгута мрака… И сразу двое товарищей Лазовского просто перестали существовать. Включившееся «изнаночное» зрение показало, как чёрные змеи впились в души несчастных и пожрали их в один миг. Чуть больше понадобилось времени, чтобы высосать из мёртвых тел остатки жизненных соков, превратив их в высохшие мумии.

— Бегите!! — закричал Артём, надсаживаясь. Поймал переполненный ужасом взгляд Захара и снова заорал: — Бегом отсюда!!! Это пожиратель душ!!

Почему он сказал именно так, Лазовский не знал. Может быть, снова пробудилась память демона пигмеев, а может, вспомнил как падальщики в Изнанке хватали души убитых. Но товарищи снова его послушались и рванули дальше по коридору. А он не успел.

Артём не планировал прикрывать отход остальных. Нет в нём необходимой для героя смелости и готовности к самопожертвованию. Нет, и всё тут. Слишком много эгоизма, любви к жизни. Лазовский просто оказался в ненужном месте в неподходящее время, так получилось.

Он замер около лифтовой шахты, когда на площадку вышла троица демонов. Мрачный и сосредоточенный кнешаль, по-звериному невозмутимый шаруш, а из-за их спин злорадно скалился псифей. Камень на груди вождя аборигенов теперь напоминал распустившийся цветок с короткими чёрными щупальцами вместо лепестков. И веяло от него тленом, смертью и болью пожранных душ.

Чёрт!!! Перед Артёмом замаячила перспектива, явно похуже смерти. Даже мелькнула мысль вогнать себе нож в сердце, но в голову вовремя пришло, что лишённая смертной оболочки, душа окажется совершенно беззащитной перед магией камня. Бежать он не мог, а раз так, то остаётся одно — сражаться. И, кажется, Артём знал — как.

Безумной улыбкой встретив туземных магов, Лазовский грудью упал на пол, заглянул в шахту и… мысленно позвал Прозрачников.

Он уже видел, как нечто подобное на пару с Петькой сотворил Кардинал, наблюдал, как управлялся с Росомахой Тагир, да и самому приходилось изгонять Медузу. Сноходцы — это нечто большее, чем просто повелители снов, Сноходцы — это хозяева Изнанки. Да, Артём находился в реальном мире, но от смерти его отделял один шаг, и при сильном, по-настоящему сильном желании, можно добиться многого. Особенно, если знать как. А Лазовский знал.

Последняя Волна закончилась несколько дней назад, даже самые стойкие Прозрачники давно вернулись обратно в Изнанку, но… подвалы Башни подчинялись немного иным законам. Именно здесь была разбита печать, запирающая Паталу, раз и навсегда изменив свойства самого пространства и отдав просторный подземный этаж во владение хищных тварей. Кто-нибудь там обязательно есть. Если Артёму повезёт, то они придут на зов. Благо от решётки, перекрывшей дно шахты, взрыв гранат оставил одно название.

Обжигающее прикосновение магии камня едва не погрузило во тьму сознание Артёма. Скорлупа Изнанки, за которой укрылся Лазовский, пошла трещинами, и, чтобы сохранить её, пришлось потратить немало сил.

До Артёма донеслось удивление демона. Что-то приказав своим спутникам, он подошёл ближе, и… по скорлупе словно молотом ударили. Защита разлетелась вдребезги. Но не успел кнешаль обрадоваться, как Лазовский из остатков щитов сотворил нечто вроде липкой паутины и набросил на ментальное оружие противника, намертво заблокировав силу камня. И при этом открылся для любой другой атаки. Теперь ничто не могло помешать демону убить его хоть магией, хоть собственными руками, однако тот почему-то продолжал упрямо пытаться сломать сопротивление Артёма и добраться до души.

Ну уж нет, не дождёшься. Надо всего лишь немного продержаться… И Лазовский продолжал бороться. Ментальные удары сыпались на него со всех сторон. Мощь талисмана демонов ужасала. Он давил как танк, и Артём краем сознания сам поражался, почему всё ещё продолжает сражаться. Неужели в нём настолько сильна тяга к жизни?