Интересные времена - Терри Пратчетт

Люди, показавшиеся в дверном проеме, были довольно высокими и гораздо лучше одетыми, чем крестьяне. По их манерам чувствовалось, они привыкли, чтобы им уступали дорогу. Однако впереди всех стоял дрожащий крестьянин с красным флагом на палке. Его подталкивали в спину острием меча.

– Красный флаг? – шепнул Коэн.

– Это значит, они хотят переговоров, – подсказал Шесть Благожелательных Ветров.

– Это как наш белый флаг, когда враг готов сдаться, – объяснил Профессор Спасли.

– Никогда не слышал о таком, – нахмурился Коэн.

– Это значит, вы не должны никого убивать, пока они не будут готовы.

Профессор Спасли попытался заставить умолкнуть шептунов у себя за спиной.

– А почему бы нам не пригласить их на пир и не перерезать, как кур, когда они напьются?

– Ты слышишь, что говорит этот человек – их семьсот тысяч.

– Да? Придется приготовить что-нибудь попроще, вроде макарон.

Двое лордов выступили на середину комнаты. Коэн и Профессор Спасли вышли им навстречу.

– И ты тоже, – Коэн схватил Ринсвинда за рукав, когда тот попытался улизнуть. – Ты находчивый и за словом в карман не лезешь, так что пошли.

Лорд Хон взирал на них с выражением человека, чья привычка смотреть на все и вся сверху вниз была унаследована от долгой череды предков.

– Меня зовут лорд Хон. Я великий визирь императора и приказываю вам немедленно покинуть помещение и сдаться в руки правосудия.

Профессор Спасли повернулся к Коэну.

– Да пошел он, – ответил Коэн.

Профессор Спасли некоторое время думал над ответом.

– Гм, как бы это сформулировать? Чингиз Коэн, вождь Серебряной Орды, выражает лорду Хону свое почтение, но…

– Расскажи ему про то место, где солнце не светит, – уточнил свою мысль Коэн.

– Впрочем, наверное, вы и так уловили витающие в воздухе настроения, – перевел Профессор Спасли.

– А где остальные варвары из твоей шайки, крестьянин? – последовал требовательный вопрос.

Ринсвинд внимательно наблюдал за Профессором Спасли. На сей раз бывший учитель не нашелся что ответить.

Волшебнику очень захотелось взять ноги в руки и удрать. Но Коэн был прав. Как ни дико это звучит, рядом с Ордой действительно безопаснее, чем где-либо. Чем дальше от Коэна, тем ближе к лорду Хону.

Который искренне верил, что где-то прячутся остальные варвары…

– Я скажу вам только одно и больше тратить слов не буду, – промолвил лорд Хон. – Если вы покинете Запретный Город прямо сейчас, то, по крайней мере, умрете быстрой смертью. После чего ваши головы и некоторые другие части тела пронесут по всем городам империи, чтобы люди знали, какое ужасное наказание вас постигло.

– Наказание? – удивился Профессор Спасли.

– За убийство императора.

– Мы не убивали императора, – вмешался Коэн. – Против убийств императоров я ничего не имею, но этого мы не убивали.

– Он был зарезан в своей постели час назад, – сказал лорд Хон.

– Мы тут ни при чем, – возразил Профессор Спасли.

– Зато при чем некий лорд Хон, – уточнил Ринсвинд. – Только это против правил – убивать императора. Поэтому он решил представить все так, словно это сделала Красная Армия.

Лорд Хон посмотрел на Ринсвинда так, как будто только что его заметил и крайне сожалел об этом.

– Учитывая обстоятельства, – после некоторого молчания произнес лорд Хон, – вряд ли кто-нибудь поверит в эту сказку.

– А что будет, если мы не сдадимся? – спросил Профессор Спасли. – Так, на всякий случай, чтобы знать.

– Тогда вы умрете очень медленно и… крайне интересно.

– О, это сага моей жизни, – усмехнулся Коэн. – Я всегда умираю невероятно медленно и необычайно интересно. Ну и как вы предпочитаете драться? Сойдемся в рукопашной? Стенка на стенку? С участием всех желающих – или как?

– В реальном мире, – подал голос один из вельмож, – мы сражаемся. Мы не варвары, чтобы унижаться до дешевой уличной драки. Наши армии встречаются на поле перед городом.

– Ага, а потом уже громят сам город? Засады на улицах, каждый дом с боем – так?

– Нет, Коэн, все решается именно на поле. А потом город переходит победителю.

– А-а. Опять эта ваша цивилизация. Когда?

– Завтра на рассвете!

– Договорились, – кивнул Коэн. – Очень кстати, нагуляем аппетит перед завтраком. Еще вопросы есть?

– Как велика твоя армия, варвар?

– Вы не поверите, как она велика, – ответил Коэн и, вероятно, был не слишком далек от истины. – Мы захватывали страны. Стирали с лица Диска целые города. Где проходит моя армия, ничто больше не растет.

– Это, по крайней мере, правда, – пробормотал Профессор Спасли.

– Но мы ничего не слышали о вас! – удивился вельможа.

– Ага, – подтвердил Коэн. – Вот до чего мы хороши.

– Надо заметить, у его армии есть еще одна любопытная особенность, – произнес чей-то голос.

Все посмотрели на Ринсвинда, который, услышав собственный голос, был удивлен не меньше других. Но поезд его мысли уже покинул вокзал…

– Какая же?

– Вас, наверное, удивляет, что вы видите… только главнокомандующих, – продолжал Ринсвинд медленно, словно читая с подсунутого кем-то листа. – Но все объясняется тем, что простые воины… невидимы. Э-э. Да. Потому что они призраки. Это ведь само собой разумеется.

Коэн смотрел на него, разинув от изумления рот.

– Призраки-кровопийцы, – продолжал Ринсвинд. – В конце концов, всем известно, никто, кроме призраков, не способен жить за Великой Стеной.

На лице лорда Хона заиграла усмешка. Но вельможи смотрели на Ринсвинда с выражением людей, которые хоть и подозревают, что за Великой Стеной живут обыкновенные люди из плоти и крови, но в то же время не сбрасывают со счетов мнение миллионов, убежденных, что это все призраки.

– Чушь! Вы не больно-то похожи на призраков-кровопийц, – сказал один из них.

Коэн открыл рот – сверкнули алмазные зубы.

– Эт' точно, – кивнул он. – Дело в том… что МЫ из разряда видимых призраков.

– Ха! Жалкие уловки! – фыркнул лорд Хон. – Призраки вы или нет, мы все равно вас побьем!

– Должен заметить, переговоры прошли лучше, чем я ожидал, – произнес Профессор Спасли, когда вельможи покинули тронный зал. – Особенно удачным ходом была психологическая атака, предпринятая господином Ринсвиндом.

– Психо… как? Кажется, я понимаю, что ты имеешь в виду, – встрял Коэн. – Это когда накануне сражения ночь напролет лупишь в щит, не давая врагу спать, и орешь во всю глотку что-нибудь типа: «Да мы вас, козлы позорные, на ремни порежем». Ну и все в таком духе.