Карты, деньги, две стрелы - Надежда Федотова

Так ничего и не вспомнила.

На втором этаже царил полумрак. Где-то впереди в коридоре темноту разгонял одинокий магический светильник, но его явно не хватало, чтобы полностью осветить коридор. Хорошо хоть единорог помнил дорогу и быстренько провел к нужной комнате.

В отличие от тех спален, куда мы заходили раньше, эту, похоже, покинули в крайней спешке. На помятой кровати высится гора платьев. Настежь распахнутый шкаф щерится пустыми полками. На столе — стопка разбросанных пергаментов. У самой двери валяется оброненная книга.

— Почему вы застыли? — Единорог ткнул меня в спину мягким носом.

Я послушно посторонилась, запуская его внутрь, зверь сделал шаг вперед…

— Ка-а-а-ак… Как вы могли?! Я уже почти поверил, что вы не брали ее записки, а вы, оказывается, ворвались в ее комнату, переворошили здесь все…

— Послушайте, Эделред, — не выдержала я. — В третий раз вам говорю! Я здесь ни при чем! Я не брала ничьи записки, я не врывалась ни в чью комнату, я вообще впервые в жизни оказалась в вашем Лысавенском институте. Я даже не знаю, кто такая Альбиро, о которой вы все время твердите! Вот кто она такая, а?

— Она? Мой друг, — чуть слышно обронил магистр, опустив голову.

У меня весь запал прошел.

— Друг? — тихо переспросила я.

— Ага… — Единорог вдруг как-то сразу стал таким беззащитным. — Друг. Единственная меня за хвост не дергала. И не дразнила. Даже эти, Корсоры ее, иногда оленем обзывали, даром что высокого происхождения. Правильно говорят, на детях гениев Создатель отдыхает. А она не такая была, — продолжал бубнить единорог, опустив голову. — Она добрая, мягкая. Могла Сит стать, несмотря на то что лаумка и отец ее из Катов был…

Нет, я сейчас точно запутаюсь.

— Эделред, а что значит Кат и Сит?

— Да что вы ко мне прицепились! Кат, Сит… Разве это сейчас важно? Не видите, я страдаю! — взвизгнул единорог. — Сдались вам эти прибавления!

— А все-таки?

— Ну вот как можно быть таким неучем? Неужто за сорок прошедших лет все полностью забыли, что есть что? Что Ситы — это ученые, Каты — воины, Ри — одна из высших ступеней. Там еще Даны и Валы есть…

Даны.

— Кормак Дан'Шихар, — потрясенно выдохнула я, вспомнив, где слышала что-то подобное. Я же еще удивилась, услышав, что единорог ошибся с фамилией. Но я-то всегда считала, что это короткое «Дан» — неотделимая часть фамилии!

— Да какой он Дан?! — взвился магистр. — Он и на приграничье-то не выстоит! Кто его в Совет только продвинул?! Какой идиот?!

Ответ на этот вопрос я дать не смогла. Хотя бы потому, что не была так уж уверена в характеристике, данной единорогом. Меня с Айденом он тоже как только не клеймил.

Эделред, не дождавшись моего комментария, раздраженно фыркнул и отвернулся. Взгляд его упал на разбросанные документы, и гнев в глазах единорога погас.

— Альбиро… — Голос вновь упал до бормотания. — Она такая хорошая была… — Похоже, зверь опять ударился в воспоминания. — Я думал, она тут тоже спит, вот заходить и не хотел, чтобы не расстраиваться, а ее нету… А она такая хорошая… и добрая…

С улицы раздался оглушительный вой.

Я так и подскочила на месте. Даже единорог прервал свои причитания и одурело закрутил головой:

— Что это?! Где это?!

Я рванула к окну. На лужайке перед домом крутился на месте Брысь. Ох, Зеленый Отец, я же даже не обратила внимания на то, что он в дом вместе со мной не зашел. Он же небось хочет внутрь попасть и не может!

К моему удивлению, иглонос не пытался проникнуть в дом: он вертелся волчком, словно принюхиваясь к чему-то. Изредка замирал, поводя мокрым носом, а затем вновь принимался носиться по лужайке перед домом, пытаясь то ли учуять что-то, то ли просто найти.

— Брысь! — окликнула я питомца. — Что ты ищешь? Я здесь!

Однако тот никак не отреагировал на мой голос. Или просто не услышал его. А уже через секунду иглонос принялся поскуливать и скрести лапой лужайку, словно пытался там что-то вырыть.

— Взбесился, — пораженно и одновременно утвердительно пробормотал единорог, высунув голову из-за моего плеча. — Как есть взбесился. А я всегда говорил, что ничего хорошего из этой тварюки не выйдет. Надо было его в Плавающей долине оставить.

Впрочем, я уже не слушала: буквально слетела по ступенькам и, забыв про странную дверь, затянутую черной пеленой, рванулась к выходу.

На улицу выскочила ровно в тот момент, когда иглонос, откопав что-то известное лишь ему, дернул куцым хвостиком и ринулся за угол, скрывшись в разбитом у самых ворот палисаднике.

— Брысь! Брысь, ты куда?!

Я помчалась вслед за иглоносом. Уже попав под сень высоких деревьев, вспомнила, что предыдущая моя попытка догнать зверя, в лабиринте, закончилась тем, что мы столкнулись с Клубком и Шнурком. Надеюсь, здесь родичей моего питомца не обнаружим.

Очень на это надеюсь.

За спиной раздавался дробный цокот копыт, впереди, в неверном свете мерцающих в темноте магических фонарей, мелькал между деревьями короткий хвостик иглоноса.

А потому, когда зверь внезапно затормозил, я чудом успела это увидеть и остановиться. Чтобы не нанизаться на острые иглы Брыся, мне пришлось дернуться в сторону, обходя зверя, и выставить руки вперед. Хорошо хоть наш с Айденом питомец остановился возле какой-то стены, а не просто так, а то бы я точно упала.

Ладони чуть поранились о твердый камень, но, к счастью, это был единственный урон.

В любом случае иглонос, кажется, достиг своей цели. Ну или потерял след, по которому шел: замер на месте, озадаченно крутя головой и к чему-то принюхиваясь.

Ну и что он тут забыл? Мало того что бежал куда-то, не разбирая дороги, я вон, погнавшись за ним, какой-то веткой по лицу получила, так теперь еще и стоит, как будто стал одним из местных жителей.

Над ухом у меня громко фыркнули. Я испуганно дернулась и обернулась: за моей спиной стоял, часто дыша, Эделред.

— Вы… Вы так больше не делайте! — выдохнул единорог. — Это что ж творится-то? Я, трижды кандидат наук, пять раз магистр теоретической магии, вынужден, как простая кобыла, скакать по прихрамовым паркам! Это просто верх неприличи…

Договорить он не успел: Брысь вскинул голову к небу и издал долгий тоскливый вой. У меня сердце с ритма сбилось.

Ночь. Заколдованный город. Айдена рядом нет. Абсолютно бесполезный единорог. И единственный, кто может хоть как-то защитить, сходит с ума и воет на луну как волк.

По коже побежали мурашки. Да что происходит?!

Иглонос меж тем вновь крутанулся на месте, провел когтями по стене (прихрамовый парк? Это храм?), снимая стружку с камня, и тихо заскулил, словно звал кого-то.