Неподходящая невеста - Надежда Олешкевич

— Где он?

Папа неподвижно лежал на полу, мама уже бежала к нему, а демона и след простыл. Времени удивляться не осталось. Я скинула с себя оцепенение и бросилась на помощь. Артефакт в виде лепестка пригодился как нельзя кстати. Ушла бледность, зажили раны на плече, вскоре затрепетали ресницы и открылись глаза.

— Айлин, доченька моя, — поднял он руку и погладил меня по щеке.

Я часто задышала, ощущая все сдерживаемые ранее эмоции: горе, тоску, боль утраты, боязнь потерять еще и родителей. Они хлынули бурным потоком, собираясь снести все на своем пути. Мне стало поистине страшно. Я забрала заживляющий камень и ощутила необходимое спокойствие.

— Дэймар, наложи печать, чтобы демон никому не навредил.

— В этом больше нет нужды, — чуть ли не со смехом сказал супруг, приблизившись к нам.

— То есть? Мой отец едва не...

— Сама взгляни, — он поднял с пола красную фигурку, похожую на шахматную и одновременно на монстра, минуту назад пытавшегося поиздеваться над моими близкими. — Новая способность, — задумчиво произнес Дэймар и выпустил свою пылинку, после чего рассмеялся в голос.

На него смотрели сразу три пары удивленных глаз. Муж поджал губы и положил необычное творение в мою руку.

— А мы с тобой хорошая пара, — подмигнул он и помог папе встать.

Что супруг имел в виду? Я задавалась этим вопросом все время, пока поднималась к себе в комнату, выкидывала стул в окно для возвращения слуг, переодевалась, спускалась в столовую, где вскоре подали завтрак. Мне приятно было встретиться с родителями, обнять их, получить поощрительный кивок от главы семьи Блэр. А все-таки, почему Дэймар смеялся?

— Айлин, где он? — едва закончилась трапеза, спросил отец. — Прости, я больше не могу. Где Крил?

Мама отложила салфетку и потупила взор. Видимо, им трудно далось известие о смерти сестры. Только сейчас я заметила, как дрожит у нее подбородок, насколько скомкан платок, зажатый в руке.

— Да, конечно, — встряхнула я головой и с радостью приняла помощь мужа, чтобы встать.

Он настороженно заглянул мне в глаза, словно пытался там что-то отыскать.

— Пойдем, — повернулась я к отцу и направилась к комнате, в которой заперли Эваина.

Крил сразу же забился в угол, испуганно закричал. Непривычно было видеть такого зазнавшегося эгоиста сломленным. Не сделай он так много гадостей моей семье, возможно, удостоился бы толики жалости. Но теперь я беспристрастно наблюдала, как папа выволакивал его на свет, тряс, даже ударил, а после передал его привезенному с собой жилистому мужчине, приговаривая, что теперь-то подонок вкусит все прелести жизни.

— Ты поедешь на похороны Ирвис? — подошла ко мне мама, в который раз промокнув кончиком платка уголки глаз.

— Да, всенепременно, — ответил вместо меня Дэймар и кивнул в сторону лестницы.

Я грустно улыбнулась и последовала за мужем, вскоре оказавшись в моих покоях.

— Давай сюда, — протянул руку супруг.

— Не понимаю, о чем ты.

— Айлин, — нахмурился он, словно собираясь с мыслями или силами, — я люблю тебя всем сердцем и знаю, насколько тебе было тяжело последние дни. Ты не представляешь, как я мечтал еще в Хормунде, чтобы наша связь оборвалась.

— Что? — попятилась я, отрицательно качая головой.

— Ты чувствовала мою боль, каждый полученный удар. Разве правильно обрекать тебя на все это? А заживляющего камня не хватило бы надолго, и тогда ты в полной мере… — Дэймар сглотнул, взял мое лицо в ладони и прижался своим лбом к моему. — Когда меня били плетью, единственной мыслью было, как уберечь тебя.

— Но зачем они так с тобой? — зашептала я.

— Лучше тебе не знать. Это люди, установившие свои законы и порядки, живущие только по ним, избивали каждого новичка, лишь бы тот подчинился или умер. А если выбрать первое, то пришлось бы делать… Прости, я не мог подчиниться, иначе было бы хуже. Тебе в том числе.

Перед внутренним взором вырисовывались ужасные картины. Мне не хотелось задумываться над возможным развитием событий, не найди я зеленый лепесток.

— Зато потом, — отстранился Лэнс и сглотнул, — раны начали исцеляться с завидной скоростью. У тебя явно появился артефакт. И ты так спокойно рассказала о смерти Ирвис, будто ничего не ощущала. Помнишь, как мы встретились? Тогда ты хотя бы отворачивалась, не желала никого видеть, разговаривать. Теперь же у тебя явно подавлены негативные эмоции.

— С чего ты взял? — отрицательно покачала я головой.

— Айлин, я знаю, ведь чувствую то же самое, что и ты. И в тебе они не появляются. Дай сюда артефакт.

Я улыбнулась, собралась отстраниться, но ладони мужа легли на плечи. Он не отберет его у меня.

— Айлин, при длительном использовании наделенных постоянной магией вещей появляется зависимость. Не все ее вызывают, большинство. Заживляющий камень помогает справиться с потерей сестры, тут не поспоришь. Однако не правильно притуплять, надо выплеснуть горе, избавиться от него, оставить об Ирвис лишь светлые воспоминания. Да, это займет не день и не два — неделю, если не больше. Но я ведь буду рядом, поддержу тебя. Мы справимся вместе.

— Я не могу, — Дэймару оказалось легче признаться в своей слабости, чем самой себе.

— Ты сильная, у тебя есть я, и нам не нужны никакие артефакты. Если не хочешь отдавать, то положи в сундук и запри на ключ.

— Нет, для него есть отдельное место.

Я выдохнула, разжала кулак и долго смотрела на зеленый лепесток. В нем виделось спасение и успокоение. Он был защитой и внутренним стержнем, пока не было Дэймара. Вот только муж уже здесь!

— Бери.

Стоило лишиться его, как сердце сковало болью и на глаза навернулись слезы. Я всхлипнула и вскоре оказалась в утешающих объятьях Лэнса.

Мы ведь с ней не поговорили. Ирвис не стало. А я не сказала, что простила ее, не попила с ней утренний чай, не поделилась своими чувствами и надеждами. Она покинула этот мир так неожиданно. Моя сестренка… Кто разбудит меня утром с каким-нибудь сумасшедшим предложением? К кому обращаться со щепетильным вопросом? В ком найти родную душу?

Ирвис ушла… А я каждый раз буду смотреться в зеркало и видеть ее.

— Поплачь, тебе полегчает.

Из груди вырывались рыдания. Я поддалась накатившему горю, дала волю чувствам, не боясь показать их Лэнсу. Теперь он самый близкий в этом мире человек. Перед ним хотелось быть слабой, чтобы ощутить его силу. Хотелось принимать его помощь даже в мелочах, чтобы ощутить опору. Мне хотелось оказаться в его объятьях, чтобы ощутить защиту.

Я плакала на плече у мужа и знала, что Дэймар не осудит, верила ему, как никому другому, готова была посвятить в любые тайны, не прося ничего взамен.

— А почему мы идеально друг другу подходим? — спросила я спустя несколько минут, едва смогла унять частые всхлипы.