Под знаком Льва - Марина Ноймайер

Дрожь охватывает все мое тело словно землетрясение. Крохотный фрагмент звездного неба, который я вижу, сияет надо мной, и на мгновение кажется, словно звезды меняют свое положение. Я моргаю, понимая, что они образуют волнистую линию, в начале которой – большая звезда… Как голова.

К тому моменту, как я понимаю, что созвездие напоминает мне змею, звезды уже меняют свое положение, возвращаясь к исходному состоянию. Но я видела! Это была змея, хранитель земли. Я закрываю глаза, и книга с мелодичным звоном падает на плитку пола, когда я раскидываю руки в стороны. Мое тело дрожит все сильнее, но я изо всех сил стараюсь держаться прямо, пока энергия волна за волной накапливается у меня внутри, стекаясь со всех сторон и сжимаясь внутри меня пружиной, пока я не чувствую, что еще немного, и меня разорвет на части. С величайшим усилием мне удается поднять дрожащие руки над головой.

– Принеси мне Леонардо да Винчи, – настойчиво произношу я.

В этот же момент энергия покидает мое тело, устремляясь ввысь к окулюсу. В круглом зале Пантеона раздается оглушительный грохот: бушуют гром и ветер, шумит вода, я слышу даже потрескивание пламени и грохот разверзающейся земли. Грудь вздымается вверх, а голова запрокидывается, когда стихии окутывают меня своим присутствием, даря ароматы мокрой земли и дыма. Я ощущаю влажные прикосновения к лицу, а в следующее мгновение порыв ветра подхватывает меня, заставляя почувствовать себя невесомой. Это пугает, но в то же время это самое потрясающее ощущение из всех, что я когда-либо испытывала. Эта сила живет во мне, и я могу управлять ею, не разрушая.

В какой-то момент энергия, стекающаяся из восьми полюсов Пантеона, начинает покидать меня, стихии и ветры отступают, и высокое напряжение, сковывающее мое тело все это время, ослабевает, позволяя мне наконец прийти в себя, чувствуя абсолютное изнеможение.

Вау, это было… сильно.

Я чувствую лишь жуткую слабость и дрожь, в то время как ко мне постепенно начинает возвращаться понимание реальности, я чувствую, что чьи-то руки удерживают меня от падения. Лео. Я устало оседаю ему на грудь, окончательно возвращаясь в настоящий момент, словно только это прикосновение меня заземлило.

– Невероятно, – шепчет он мне в волосы дрожащим от шока голосом. – Это было самое пугающее, что я когда-либо видел, и в то же время… самое невероятное. Ben fatto. – Он прижимается губами к моему виску, и какое-то время я просто лежу на нем, пытаясь успокоить сердцебиение, а затем поднимаю голову.

– Сработало? Он вернулся?

Оглянувшись через плечо Лео, я обнаруживаю Анджело, склонившегося над скорчившейся на полу фигурой, и тут же бросаюсь к ним, выпутываясь из объятий Лео.

Анджело с выражением недоверчивого изумления глядит на меня из-за занавеса золотистых волос, и я трепетно улыбаюсь ему, прежде чем опуститься на колени рядом с Леонардо. Длинные, подернутые сединой волосы закрывают его лицо, и он вздрагивает, стоит мне осторожно коснуться его плеча.

– Леонардо, это я, Розалия. – Медленно поднимая голову, он смотрит на меня с безграничной растерянностью. – Как вы себя чувствуете? Вы ранены?

Это самый насущный вопрос для меня сейчас, хотя на языке их вертится миллион. Но прежде всего я должна убедиться, что Леонардо не грозит опасность. Он моргает.

– Нет, нет, я не ранен, скажите, где я? Только что я был… – Он оставляет окончание фразы висеть в воздухе.

– Вы вернулись в Рим, вы помните? Вы были на пути сюда, когда мы встретились…

Его серо-голубые глаза беспокойно блуждают по моему лицу, но затем он кивает.

– Да, я помню. Чезаре Борджиа вызвал меня в город, я должен был поступить к нему на службу.

Эта информация меня удивляет, но Лео, появившийся рядом со мной, понимающе кивает. Как только я вернусь в настоящее, нужно будет немедленно прочитать, что связывает Леонардо и Чезаре… соответственно… ладно, в любом случае. По крайней мере, с моего сердца прямо сейчас сваливается огромный камень, потому что Леонардо, по всей видимости, в порядке. Я по-прежнему чувствую себя виноватой за то, что так необдуманно забросила его непонятно куда. Но теперь он благополучно вернулся. До сих пор не могу поверить, что мне удалось снова открыть запечатанный портал и вернуть его в Рим… Недавние события проносятся перед моими глазами цветными картинками, и в ретроспективе это выглядит еще более нереально. Действительно ли здесь бушевали стихии или мне это просто привиделось? На первый взгляд храм кажется спокойным и нетронутым, а что касается звезд… В тот момент я была уверена в том, что вижу их перемещение, но теперь я уже не настолько уверена в подлинности этих воспоминаний. Лео задает Леонардо еще один важный вопрос:

– Где вы были, маэстро?

Леонардо да Винчи вздыхает, потирая лоб.

– Если бы я только знал… Я видел там вещи… Вещи, превосходившие мои самые смелые замыслы. – Его взгляд потерянно устремлен в пустоту, когда он погружается в воспоминания. – Без сопровождения этой белой дамы я бы там совсем потерялся, она так облегчила мне жизнь.

Словосочетание «белая дама» заводит меня в тупик.

– Неужели ее звали Друзилла?

Это вообще возможно? Могла ли Друзилла оказаться там, куда я отправила Леонардо да Винчи, чтобы помочь ему? В конце концов, она же столкнулась с Лео во время одного из его предыдущих путешествий во времени. Леонардо пожимает плечами, и я понимаю, что следовало бы дать ему отдохнуть, прежде чем донимать вопросами.

Я со стоном поднимаюсь на ноги и потягиваюсь, щелкая суставами. Я чувствую себя словно выжатый лимон. Лео помогает подняться Леонардо, а Анджело взваливает себе на плечи его вещевой мешок, к счастью, вернувшийся из путешествия вместе с ним. При виде раскрытого багажа меня охватывает паника, испаряя мою эйфорию.

– Рубиновая Табула еще с вами? – настойчиво спрашиваю я Леонардо.

– Разумеется, она всегда со мной, где бы я ни оказался…

Ответ Леонардо меня немного успокаивает, и мы направляемся к распахнутым дверям. Прежде чем выйти из Пантеона, я бросаю еще один взгляд назад: темный и безмолвный зал остается неизменным, словно ничего не произошло, продолжая хранить свои тайны.

Обратный путь к палаццо Элизео мы проходим молча. Леонардо сначала порывался пойти в отель, но мы быстро убедили его остаться с нами. Во-первых, потому что он все еще сам не свой после этого приключения, во-вторых, потому что я не хочу вручить его Люцию с подарочным бантиком.

Кстати о Люции…

Я даже не думала о нем с тех пор, как мы успешно открыли портал. Как нам вообще связаться с ним, чтобы сообщить, что его условия выполнены и Табула найдена? Естественно, я не собираюсь ее ему отдавать, но он должен об этом знать. Только после того, как он освободит заложника…

Палаццо Элизео встречает нас тишиной. Уже несколько дней здесь не гремели праздники, в большинстве окон свет не горит. С тех пор как Галатея слегла с лихорадкой, самый декадентский дом города отправился на покой, и наверняка по всему Риму богатые мужчины уже томятся в ожидании, когда это затишье закончится.