Модель из агентства «Вкус вампира» - Татьяна Абиссин

– Только ты можешь волноваться о таком, – я наклонила голову назад и резко ударила его по рукам. Чужие ладони исчезли. Я вскочила и повернулась к нему лицом. – Ты бросаешь мне вызов?

Блондин в ответ заливисто рассмеялся:

– Это ещё зачем? Держу пари, ты теннисную ракетку в руках не держала?

– Не приходилось, ну и что?

– А то, что пока у тебя есть время, тренировала бы удар мяча о ракетку вместо того, чтобы бездельничать. Разную высоту ударов разными сторонами ракетки. В отличие от тебя, я мяч сегодня прихватил, – с этими словами он извлек из кармана жёлтый мяч и покрутил его в руке, – полезно таскать его с собой и перекатывать в руке. Так тренируется кисть.

– Что ж, я пойду и сейчас же займусь тренировками.

– Успокойся, от тебя потребуется только один удар ракеткой. Красивый полёт мяча можно снять и без твоего участия, куколка. Я – просто спасение для съёмок сегодняшнего дня.

– Ты слишком высокого мнения о себе, – я решила больше не слушать его, и уверенно обогнув, пошла навстречу съёмочному лагерю.

– Ммм, я дал тебе ценный совет, а ты даже не поблагодарила. Ты неблагодарная, ягодка.

– Я не давала повода называть меня дурацкими прозвищами. Для тебя я Вероника.

– Хорошо, ягодка Ника.

Я бросила на него злобный взгляд, но не стала комментировать его очередную издёвку. Стоило признать, смотрелся Миха сногсшибательно. Блондину очень шёл спортивный костюм черного цвета для игры в теннис. Вырез майки украшала шнуровка с серебристой кисточкой, а на шее болталось серебряное украшение в виде креста в круге. В ушах покачивались ниточки серёг, а на губах играла насмешливая улыбка. В его образе и манерах проскальзывало что-то тигриное. Он напомнил мне хищника в клетке, спокойного до того момента, пока ты не подойдёшь к нему слишком близко.

– Вот и наша счастливая парочка, – заулыбалась Лариса, едва мы оказались в её поле видимости.

Мне поручили отрабатывать удары ракеткой, причём к моей радости, помогала мне в этом Лариса. Я спиной чувствовала насмешливый взгляд Михи и мысленно ставила между ним и собой щит, чтобы его негативные эмоции меня не затрагивали.

Под руководством Ларисы я училась подавать мяч. К тому моменту, когда нас позвали на съёмки, я хотя бы могла правильно держать ракетку. Я сменила обувь и была приятно удивлена, что для меня даже расстелили узкую дорожку, чтобы я добралась до места съёмок, не испачкав кроссовки.

Теннис у нас должен был быть необычным. Миха стоял наверху небольшого оврага, я находилась значительно ниже. Между нами была натянута узкая полоска спортивной сетки. На фоне кирпично-рыжего пейзажа Домодедовского карьера мы выглядели, точно ложка сметаны на свежевымытом паркете. В обстановку мы не вписывались. Но, видимо, такой и была задумка режиссера.

– Что ж, занимаем свои места и начинаем снимать на счёт три! Раз, два…

Около часа мы делали дубли одних и тех же кадров, где я отправляю мяч Михе, а он возвращает его мне. Мне казалось, что ещё минута, и закричат: «Внимание! Снято!» Но ничего не происходило. Ко мне подбегала Лариса, вытирая с лица пот и снова расчёсывая волосы. И всё начиналось сначала.

Я приготовилась делать подачу, когда вдруг услышала грохот и звук падающих камней. До меня за секунду дошло – землетрясение вызвано взрывом. Очевидно, произошла накладка, и сегодня в карьере всё же работали. Земля под ногами задрожала, и, не удержавшись, я упала на колени. Потом услышала крик с той стороны, где стоял Миха.

Я очень испугалась. Но, нашла силы подняться и броситься на звук чужого голоса, в котором почудились стоны. Забраться наверх у меня заняло минут пять, и здесь меня ждал сюрприз. В поверхности карьера чернела аккуратная большая круглая дыра, более всего напоминавшая люк или колодец. Внутри чернела пустота.

Я нагнулась и громко позвала:

– Миха!

И тут земля под ногами снова задрожала. Я не удержалась на ногах, и, покачнувшись, полетела внутрь странной дыры. Хорошо, что падать пришлось не долго. Спина встретилась с каменной поверхностью, сверху на меня посыпался песок. Я здорово испачкалась и, кажется, поранила руки…