Ученик якудзы - Дмитрий Силлов

— Вы правы, Учитель, но…

— Говори.

— Мне кажется, что не стоит зря тревожить кумитё.

— То есть как? И что ты предлагаешь? Оставить все как есть???

— Думаю, если Оми-но ками в ближайшее время пройдет испытание стихией Воды, в нем наконец высвободятся необходимые силы для того, чтобы вспомнить ритуал прямой передачи и секрет совершенного ки-ай. Ведь именно для этого он здесь и находится. Так он оправдает своё новое прозвище и принесет неоценимую пользу клану.

Монах задумался на мгновение, после чего удовлетворенно кивнул.

— Я знал, что не зря назначил тебя старшим учеником, Масурао. Но ты вырос не только как боец. Поэтому я думаю, что совет канбу[68]не откажет в моей просьбе назначить тебя на место погибшего Инструктора.

* * *

— Ты не справишься. После испытания стихией Ветра у тебя почти не осталось личной силы.

— Я попробую.

Сихан покачал головой.

— Похоже, после испытания у тебя не осталось не только личной силы, но и разума. Ты хоть знаешь, что тебе предстоит?

Почему-то после пережитого любое испытание казалось ерундой.

— Неужели что-то более сложное, чем сорок отморозков с пулеметами?

— Да нет, — пожал плечами сихан. — На этот раз отморозок будет только один. И живет он в озере.

Озеро… Испытание стихией Воды… И как он раньше не догадался?

— Испытание — проще некуда, — продолжал сихан. — В озеро бросается какой-нибудь предмет, и всё, что от тебя требуется, — это достать его оттуда. Если сбросить со счетов плотоядного ящера, который живет там с незапамятных времен, то, действительно, ничего сложого.

— А… много тех, кто прошел испытание? — неуверенно спросил Виктор.

Плавающая спина шириной с двуспальную кровать стояла перед глазами, словно сфотографированная. Лезть в озеро решительно не хотелось. Уж лучше полк камикадзе с базуками.

— Не очень. Ты видел их изображения в храме предков.

— За тыщу лет меньше сотни, — приуныл Виктор. — А сохранились сведения, как им это удалось?

— Конечно, — кивнул сихан. — Но эти сведения доступны только для тех, кто прошел испытание стихией Воды. Но могу сказать одно — из сотен существующих способов каждый, прошедший это испытание, выбрал единственно верный для себя.

— Понятно, — сказал Виктор.

«Мне сотню не надо. Мне б одного хватило», — подумал он. Но так как вариантов узнать что-либо конкретное по этому вопросу не было, оставалось лишь выкачать из учителя максимум полезной информации.

— И этот ящер живет там такую уйму столетий?

— Драконы часто упоминаются в стариных документах, — сказал сихан. — Иногда даже чаще, чем люди.

— А этот-то чего не вымер? — с досадой спросил Виктор.

— Они и не вымерли. Просто научились не показываться на глаза тем, кому не считают нужным показываться.

— Я ему, видать, понравился, — сказал Виктор. — Мне он сразу показался.

— Возможно, — сказал сихан. — Но драконы всегда относились ответственно к ритуалам. И, судя по тому, сколько Мастеров прошлого не вышло из озера, этот дракон очень ответственный.

— Да уж, попал… — пробормотал Виктор.

Перед его глазами явственно нарисовалась картина: он раз за разом ныряет в озеро, пытаясь отыскать на дне ни пойми что, а вокруг него кругами ходит водоплавающий тираннозавр, высматривая, с какого бока удобнее тяпнуть. Хотя, «раз за разом», скорее всего, не получится. Судя по тому, сколько рыбы в день жрёт эта тварь, Виктор ей на один укус…

Очень некстати вспомнилась знаменитая Нэсси, газетные статьи про рогатых тварей, периодически наблюдаемых в китайских озерах, а также картинки из журнала «Вокруг света», изображающие старинные гравюры, на которых жуткие морские монстры атаковали хлипкие с виду парусники.

— Интересно, это испытание самое поганое из всех или есть что похуже? — проворчал Виктор.

— Ничто не сравнится с испытанием стихией Пустоты.

— Как это? — удивился Виктор.

— Ты все узнаешь в своё время, — ответил сихан. — Сведения об испытании ученик получает непосредственно перед испытанием. Правда, легенды говорят, что об испытании стихией Пустоты синоби узнают не от людей.

— А от кого?

— Это все, что говорится в древих свитках об этом испытании. Слишком мало тех, кто его прошел. И о них тоже никто ничего не знает. Я уже говорил тебе — не забивай голову лишней информацией. Сосредоточься на предстоящем. Оно потребует от тебя колоссального количества личной силы. Которого, кстати, у тебя нет.

— Ну хорошо, — выдвинул Виктор последний аргумент, до конца не желая мириться с мыслью, что все услышанное имеет место быть на самом деле. — А если драконы не вымерли, то где ж они сейчас? На всех-то поди озёр не хватит.

Сихан усмехнулся.

— Драконы живут во многих мирах. И если кому-то из них не хватит места, ничто не помешает такому дракону создать для себя еще один мир.

* * *

Оядзи Школы синоби-дзюцу клана Сумиёси-кай поклонился. Луч восходящего солнца, скользнув на его лысой голове, промчался дальше и утонул в глади озера, неподвижной и серебристой, словно ртуть.

Сихан Школы синоби-дзюцу клана Сумиёси-кай с достоинством поклонился в ответ. Церемнии подобного уровня проводились не часто, и каждое движение её участников должно было подчеркнуть значение происходящего.

— Считает ли патриарх искусства синоби, что его ученик готов к испытанию стихией Воды?

— Да, оядзи, — коротко ответил сихан. Вряд ли кто из присутствующих заметил бы, что эти слова дались ему с трудом.

— Тогда начнем, — громко провозгласил оядзи, облаченный в одежды сохэя — средневекового монахавоина, поворачиваясь к лесу черных фигур, стоящих неподалёку.

Оядзи верил в магию чисел. Особенно в числа, приносящие удачу.

Вот она, счастливая цифра, не меняющаяся из века в век, — триста пятьдесят три человека. Опора и надежда клана.

И ещё одна чёрная фигура, стоящая сейчас впереди всех. Гайдзин, сумевший пройти все испытания и изменить счастливое число на прямо противоположное.

Почти все испытания!

В глубине души оядзи очень надеялся, что это утро станет последним для белой куклы, которая слишком быстро для человека училась искусству Воинов Ночи.

— Подойди!

Гайдзин повиновался. Но в его глазах не было смирения. Там не было вообще ничего, кроме Пустоты. Для которой, как известно, нет разницы между жизнью и смертью.