Либерия - Марина Голубева

— Н-нет, — опешил от такой непочтительности посланник.

— Раз вопросов больше нет, тогда послушайте меня, — молодой человек решил, что следует немного сбить спесь с аристократа. — В подземелье опасно. С чем мы встретимся, я не знаю, но могут быть разные… неожиданности. Поэтому держаться вместе и слушать меня.

— Что там может быть опасного? — презрительно фыркнул Аркудий. — Крысы с пауками?

— Возможно, крысы там тоже имеются, а пауки… — Алексей содрогнулся, подумав о возможной встрече с хозяином черной паутины. — С пауками лучше бы не встречаться.

— Ты боишься пауков? — Аркудий старался говорить насмешливо, но в его глазах мелькнул страх.

— Я много чего боюсь, — буркнул Алексей. — Хватит уж болтать. Идемте. Я — первый, за мной господин посланник, Демид замыкает. Ты, Малой, если что-то необычное услышишь или увидишь — не молчи.

Коробейник с готовностью кивнул головой. Он был собран и серьезен, от бесшабашного веселья не осталось и следа, чувствовалось, что Демид готов встретиться с любой опасностью, и в истерику он впадать не будет. «А Малой-то, оказывается, тертый калач», — с удовлетворением подумал Алексей и, не обращая внимания на пытавшего что-то возразить Аркудия, начал спускаться вниз. Крутая каменная лестница уходила в темный провал подземелья, откуда тянуло сыростью, плесенью и еще чем-то неприятным и смутно знакомым. Они успели пройти всего несколько ступеней, как сзади раздался скрежет — стена встала на место, отрезав их от внешнего мира.

— И что теперь? — раздался голос Демида. — Назад-то как выберемся?

— На обратном пути разберемся, — ответил Алексей. — Думаю, там должен быть отпирающий механизм.

Лестница кончилась, но узкий коридор с кирпичными стенами ощутимо шел под уклон. Факела изрядно дымили, наполняя и без того затхлый воздух подземелья удушливым чадом. К запаху сгоревшей смолы, которой были пропитаны тряпки, намотанные на факела, примешивалась смутно знакомая вонь. Она вызывала тошноту, и Алексей старался дышать ртом, надеясь, что скоро привыкнет и перестанет замечать неприятный запах.

— Что-то здесь, видать, сдохло, — подал голос Малой. — Ишь, как мертвечиной наносит.

— Крыса, наверное, — отозвался господин Аркудий.

— Ага… — хмыкнул Демид. — Только очень большая крыса.

«Конечно! Так воняли зомби, — вспомнил Алексей. — Мертвецы — это плохо, — подумал он, — но будем надеяться, что они не станут за нами гоняться. А будут тихо и спокойно лежать где-нибудь в уголке, лучше, прикопанными». Воспоминания о некроманте и его подопечных из восемнадцатого века удовольствия не доставили, и Алексей, стараясь об этом не думать, прибавил шагу.

Впереди показалась развилка, он уверенно повернул направо и остановился, прислушиваясь. В тишине коридора раздавался звук падающих на каменный пол капель. Только, казалось, капает не вода, а, например, жидкий цементный раствор, уж больно солидные были шлепки.

— Капает что-то… — Аркудий нетерпеливо тронул Алексея за плечо. — Ты почему остановился, промокнуть боишься?

— Больно солидно капает-то, — откликнулся Малой. — Может в царском нужнике выгребная яма того… слишком глубокая, вот и сочится сюда. Оттого и воняет.

— Ага, и сейчас мы под этот дождик попадем, — нервно хихикнул молодой человек, поднимая повыше факел, чтобы разглядеть, где и что капает.

На капель они наткнулись через несколько шагов. С потолка срывались большие капли черной вязкой жидкости, образуя на полу маслянистые лужи.

— Ну, точно, нужник прохудился! — хмыкнул Малой.

— Может, и нужник… — задумчиво пробормотал Алексей, пытаясь поймать промелькнувшую и исчезнувшую мысль. Эта дрянь, сочащаяся из потолка, вызывала какие-то не ясные пока ассоциации.

Сзади раздался странный звук, словно кто-то очень большой хлюпал из миски жидкую кашу. Алексей обернулся и увидел, как одна из луж с чавканьем всасывается в пол коридора. Чмокнула, булькнула последний раз и исчезла.

— Что это было? — удивленно спросил Аркудий, а молодой человек только растерянно пожал плечами.

— Так, выходит, коли мы в такую лужу встанем, так и нас засосет, — озвучил Демид общие опасения.

— Ты, Малой, поменьше думай над всякими странностями, а то и без твоих предположений страшно, — сердито бросил Алексей и пошел дальше, стараясь не обращать внимания на чавкающие звуки, доносящиеся сзади.

Старательно обходя лужи, они дошли до второго поворота и свернули в коридор с низким потолком. Местами приходилось даже наклоняться, чтобы не задевать выступающие ребра свода. Хорошо хоть не капало, и странных луж не было. Правда, воняло тут не меньше.

— Алешка, постой-ка, — шепотом окликнул Демид. — Вроде, идет кто-то за нами. Только шаги какие-то чудные, словно босиком шлепает.

Господин Аркудий раздраженно оглянулся, видимо, собираясь высказаться по поводу очередной задержки, но тоже замер, прислушиваясь. По коридору, из которого они только что свернули, и правда, кто-то шел, точнее, бежал, шлепая босыми пятками по каменному полу. Алексей не успел даже испугаться, как из-за поворота появилась небольшая фигурка. Молодой человек готов был ко всякому, но, когда существо выскочило на свет, удивленно ойкнул. Их догонял ребенок, маленький, лет трех-четырех, в длинной рубашонке и босиком.

— Дитя! — пораженно воскликнул посланник. — Откуда оно тут?

— Э, пацан, ты чей? — Демид ласково улыбнулся и шагнул к малышу.

А вот Алексею ребенок совсем не нравился. Не должно его здесь быть, да и пахло от него опасностью и разложением. Впрочем, мертвечиной тут везде воняло. Заворчал зверь, предупреждая об угрозе. Молодой человек уже хотел крикнуть Малому, чтобы тот был осторожнее, как малыш широко улыбнулся, сверкнув острыми клыками, и зашипел. Его детское личико исказила гримаса злобы, а глаза превратились о черные провалы. Существо раздраженно заворчало и, щелкнув зубами, прыгнуло вперед.

Демид охнул, отшатнулся, чуть не сбив с ног Аркудия, который уже выхватил шпагу. Хотя непонятно, чем здесь могло помочь обычное оружие?

— Свят, свят, Господи, спаси и сохрани! — заорал испуганный коробейник, размашисто крестясь.

Малыш замер в паре шагов и обиженно захныкал, размазывая грязными кулачками по лицу слезы и сопли.

— Молись, Демид! — крикнул Алексей, и Малой, заикаясь, затараторил:

— Отче наш, иже еси на небеси, да святится имя твое, да придет царствие твое…

«Ребенок» завизжал, закрутился на месте и растекся черной вонючей лужей.

— Это че было-то? — прохрипел Демид, испуганно разглядывая липкую жижу, которая пузырилась, хлюпала, выбрасывая «щупальца», словно хотела дотянуться до людей.

— Не знаю, — пробормотал Алексей, — но, думаю, тут немало разных тварей водится. Это еще мелкий был. Как бы крупнее чего не попалось.