Разрушитель божественных замыслов - Владимир Сухинин

— Ваша Милость, как же так?

— Вот, Гаринда, схвачен как преступник и пират, и заточен в тюрьму вместе со своей службой безопасности. Проходи, тут еще место есть.

Но женщина была весьма решительна и долго в смятении не пребывала.

— Сейчас же откройте камеру! — строго приказала она, — и выпустите Его Милость.

— Нет, Гаринда, пока я не поем, то отсюда не выйду, проходи, камера лучшее место для душевного разговора. Присоединяйся к трапезе — сделал я приглашающий жест рукой. В моих глазах был смех, и она его увидела.

— С удовольствием, Ваша милость, — прощебетала она совсем другим тоном и прошла в камеру, при этом игриво покачивая бедрами, опустилась на колени и осторожно взяла кусок мяса. Попробовала, прогудела: — О-О. Махнула сопровождающим рукой и прошамкала, — иждите.

Да, эта женщина умела управлять и заставить себе подчиняться, ее сопровождение без слов исчезло из тюремного блока.

— Так, Его Милость, это вы, — покачал головой Карл, задумчиво уставившись на меня. Осмотрел мой костюм, потом нож и вилку. — У Вас что там в княжестве доисторическая эпоха?

— По-разному, — ответил я, не желая вдаваться в подробности. Разговоры за столом они всегда более открыты и содержательны, но открывать более необходимого я не собирался. Были и такие миры, где люди стали отходить от преимуществ цивилизации и переходили на натуральное хозяйство, здесь их называли примтивными мирами. Они поставляли натуральные продукты, что стоили очень дорого и жителей этих планет это вполне устраивало. Они превращались в аграрные придатки большого мира.

— Гаринда, — я посмотрел с каким наслаждением женщина ест мясо, едва ли не порыкивая, как хищница, добравшаяся до добычи. Такая действительно могла откусить нос кому угодно.

— С учетом того, как ты смогла организовать пленников, я решил от имени Ее Высочества предложить тебе должность Губернатора Новоросского княжества на торговой станции. Бран так и останется полномочным послом и генеральным консулом.

Гаринда, не возражая, согласно качнула головой, я налил ей вина и подал бокал.

Итогом нашего тюремного совещания стало назначение Губернатора, ее службы безопасности и определение планов на будущее. Кроме того, возник вопрос, что делать с теми, кто не являлся новороссцем, но был рабом у пиратов. Оставлять их здесь было бессмысленно. А перевозить на станцию не представлялось возможным. Я не собирался кормить и содержать такую ораву из нескольких сотен мужчин и женщин, умеющих только работать в добывающей отрасли. Кем бы они ни были до пленения, но им всем внедряли «социалку», вытаскивая их нейросети и давали базы по специальностям, связанным с добычей ископаемых. Короче, на станции они стали бы бесполезным грузом и обузой. Оставлять здесь, это снова ввергнуть их в пучину рабства. У нас говорили: «свято место пусто не бывает». Уйдем мы, придут другие любители легкой наживы, и снова силой порабощат бедолаг. Забирать себе эту базу, означало терпеть убытки, которые меня разорят.

— Отправь их на свой материк, у тебя есть инженерный комплекс, идеально подходящий для жизни и работы, заключи договор с колонией о совместной добыче и охране и всего делов-то, — встряла в мои рассуждения Шиза. — А почему бы и нет, — согласился я. Когда надо, она бывает умницей.

— Госпожа Губернатор, собери… я немного запнулся и добавил в конце — те, всех, кто не является новоросским подданным, говорить буду. После обдумывания предложения Шизы и, придя к выводу, что она права, приказным начальственным тоном дал распоряжение женщине. С этой дамочкой надо вести разговоры конкретно и, показывая ей, что она в подчинении. Что между нами есть определенное расстояние, которое переходить не следует. Я уловил ее крамольные мысли, отблагодарить меня за свое спасение, «по-своему». И, принимая во внимание ее решительный характер, что она на пол пути не остановиться, принял превентивные меры.

— Будьте готовы доложить о проделанной работе. — Еще строже сказал я и добавил в общую атмосферу совсем чуть, чуть ужаса. Но и этого оказалось много. Все, жующие до этого, как подавились и со страхом как-то из-подтишка посмотрели на меня. Я видел, что их пробрало и все глупые мысли, которые могли появится в их головах, смыло волной страха. Теперь перед ними сидел не молодой повеса, выставивший застолье, а жесткий, властный господин, сумевший захватить базу и уничтожить пиратов.

Гаринда вытерла рот, поднялась очень так живенько, словно ее толкнула скрытая пружина снизу и на ходу, убегая, протараторила.

— Все исполню, Ваша Милость.

— Ну, а мы, раз все обговорили, тоже будем собираться, — сказал я и никто не смог не то что возразить, просто высказать свое мнение. Я убрал ковер, посуду и приборы, пищу всю слопали, а вино выпили.

Карл, — обратился к новой главе безопасности. — Приступай немедленно к работе. Просмотри всех наших людей, всех шахтеров, не затесался ли к нам агент пиратов. Не верю я, что таких не было. Карл уважительно посмотрел на меня и так же, как и Гаринда ответил: — Все исполню, Ваша Милость.

Единственное место на базе, где можно было собрать всех сразу, была тюрьма с длинным коридором и клетушками камер с двух сторон. Бывшие узники робко теснились в этом коридоре и смотрели на меня. Кем я был в их глазах? Еще одним хозяином? Не таким злым, как прошлые. Они не ведали дальнейшей своей судьбы, им трудно было понять, что их ждет в будущем. Вся прошлая жизнь их заключалась в двух измерениях тюрьма вверху и тяжелый труд внизу, в шахтах. Все это я ощутил по их страхам, скрытым робким надеждам, неверию, что все плохое закончилось. Весь этот коктейль, как разбрызганный спрей, был разлит в воздухе и давил на них страхом неопределенности. От того вид их был не радостный, а больше угрюмый. А взгляды, что они бросали на меня, дружественностью не отличались.

— Господа, — начал я свою речь. — Мне понятны ваши тревоги за будущее, вас долго мучили, держали в рабстве, лишая нормальной человеческой жизни и свободы. Все вы попали сюда разными путями, но судьба у вас одна на всех. Мы уничтожили пиратов, и освободили наших подданных. Они вернуться на станцию и продолжат свою жизнь, какую вели до пленения.

— Сразу скажу, что на станцию я вас не повезу. Вы не сможете там приспособиться и так же, как здесь, скоро окажетесь снова в рабстве. Если вы останетесь здесь, то следом за теми, кто поработил вас придут другие и вас ждет та же участь. Я могу вам предложить переселиться на планету, где княжеству принадлежит материк. Там уже живут колонисты и добывают ископаемые. Вы можете заняться привычным трудом. У нас есть универсальный инженерный комплекс, который можно развернуть и в космосе, и на поверхности планеты. Все, кто согласиться на переезд, получат подданство Новоросского княжества, защиту. Они получат работу, достаток и свободу. Среди переселенцев будут выбраны руководящие органы, которые организуют обустройство и возьмут на себя вопросы управления и жизнедеятельности колонии. Размещаться переселенцы будут на землях Графа Брана Швырника. Чтобы было понятно, сразу скажу, ко мне с вопросами не обращаться, я покину вас и оставляю вместо себя Губернатора Новоросского княжества в этом секторе — графиню Гаринду Швырник Проворную. Моя задача перевести переселенцев и развернуть комплекс. Я посмотрел на замерших людей. И чтобы не затягивать мероприятие сказал: