Проклятый горн - Алексей Пехов

В том, что какое-то право у них точно есть, я был уверен. Потому что редко лейтенант стражи подчиняется двум гражданским. Весь вопрос лишь в том, кто они такие.

Порезанный с раздражением положил руку на висевшую у него на поясе широкую чивону, но его товарищ с улыбкой попросил:

— Не надо злить волков, Джанкарло. Разумные люди всегда договорятся друг с другом. В каком-то кармане у меня была эта хрень…

Он зашарил по куртке, и его неспешный, обстоятельный поиск вызвал еще большее раздражение у приятеля. Наконец тот не выдержал, буркнув:

— Бога ради, Эспозито! — и протянул мне на ладони золотой диск, на котором был выбит спящий под деревом единорог. — Тайная служба короля Альфонсо, переплетчик.

Тайная служба есть у всякого уважающего себя короля, князя и герцога. Я редко сталкивался с этими людьми, но прекрасно знал, что они частенько наделены серьезными полномочиями. Еще чаще их методы были беспринципными, а паранойя огромной.

— Думаю, мне стоит предупредить твою ведьму, — пробормотал Проповедник, которого порой довольно быстро осеняют очень хорошие, по цене бриллиантов идеи.

Он исчез, точно утренний туман, оставив меня наедине с этой парочкой.

— Еще какие-нибудь доказательства или этого хватит? — Джанкарло убрал жетон обратно в карман.

— Я мог бы сказать, что нездешний и, возможно, у каждого афериста есть такая штуковина, не будь она сделана из чистого золота.

— Соображаешь, — довольно улыбнулся Эспозито, и я увидел, что в его зубах настоящая просека, такими редкими они были.

Джанкарло снова указал мне на дверь, злясь, потому что на нас то и дело поглядывали проходящие мимо люди, но я и с места не двинулся.

— Все еще не вижу причин куда-то идти, — возразил я, видя как улыбка пропадает с широкого лица Эспозито. — Чем тайную службу заинтересовал скромный переплетчик? Вы, ребята, явно не ведете беседы с каждым приходящим в ваш город.

— Нагл ты для переплетчика. — Приземистый вновь остановил своего друга. — Но вполне обычен для стража.

— Вы не менее чванливые ублюдки, чем законники. Да, мы знаем, кто ты такой на самом деле! — У Джанкарло дернулась щека. Было видно, что он сдерживает себя из последних сил. Удивительно нервный парень.

— Мы просто хотим поговорить, ван Нормайенн. Не трать попусту время ни свое, ни чужое. Так что заходи, или начнем безобразную драку на глазах у зевак. Уверен, тебе и нам она нужна меньше всего.

В караулке пахло супом, было душно, несмотря на открытые окошки, в дальнем углу стояли сколоченные в два яруса грубые кровати. За столом несколько стражников без кирас, в намокших от пота темных рубахах играли в кости. Еще один облизывал тарелку после завтрака.

Кубики со стуком били о доску, катились, останавливались. Слышался тихий разговор.

— Пошли вон, — сказал солдатам Джанкарло.

А куда более тактичный Эспозито улыбнулся, сглаживая ситуацию:

— Погуляйте пару минут на улице, ребята. С меня вино.

Они безропотно встали со своих мест, тот, что был с тарелкой, забрал ее с собой. Судя по всему, эту парочку стражники видели не в первый раз, и у них не возникало вопросов, почему они обязаны подчиняться.

— Откуда вам известно мое имя? — спросил я, садясь так, чтобы за спиной у меня оказалась стена с выцветшей штукатуркой.

— Приор сообщил о твоем визите в Филесто и что ты уехал на дилижансе в Билеско. Нам всего лишь оставалось правильно выбрать ворота и дождаться тебя. — Эспозито взял стул, повернул его и тоже сел, положив руки на спинку.

— Я под колпаком у тайной службы короля? Довольно странно, учитывая, что я не был в вашей стране лет двенадцать.

— Мы всего лишь наблюдаем, — поднял крепыш руку, успокаивая меня, хотя я в этом не нуждался. — Король хочет знать, сколько в его столице стражей, а сколько законников. Он научен горьким опытом, что, когда людей из Братства и Ордена собирается много, случаются вещи вредные для государства.

— Вы о Садосском кризисе? Его величество так волнует прошлое? Уже семь лет минуло.

Тогда Орден Праведности ловил в Дискульте стража, нарушившего законы, по которым мы работаем. Преступление было серьезное и, к сожалению, реальное, молодой дурак собрал кинжалом несколько светлых душ, отказался от глубокой проверки клинка, убил двоих и бросился в бега. Его обложили как медведя, король, следуя правилам, дал законникам всю полноту власти для решения вопроса.

И те наломали дров не меньше мальчишки. Перенервничали настолько, что по ошибке прикончили маркиза из Садоса, западного региона Дискульте, перепутав его со стражем. Взбешенные вассалы маркиза собрались и перебили почти сорок человек орденцев и тех, кто им служил. На всеобщую беду, в свите законников оказались три фаворита короля, решивших, что будет забавно на этот раз поучаствовать в охоте не на лису, а на человека из Братства.

Фавориты, как того и следовало ждать, были из знатных фамилий, и родственники решили отомстить за их смерть. В итоге в стране едва не разразилась гражданская война. Отделались сотнями трупов, чередой сгоревших деревень и мельниц и мятежом в двух провинциях.

— Но осадочек-то после того случая остался. Вы как искорки в сухой соломе. Зазеваешься, и вот уже вокруг все пылает. Мы здесь для того, чтобы избежать пламени. Ответите на несколько вопросов?

— Не вижу причин отказываться.

Будь тут Проповедник, он бы сказал, что нечего мне было помогать приору, тогда никто бы не узнал о моем приезде в город. Он конечно же прав, никто не узнал бы, но стражи не отказывают в помощи, если дело касается темных душ. Иначе города просто перестанут платить Братству положенные суммы.

— Уш! — негромко позвал Эспозито, и с верхней кровати бесшумно спрыгнул иной.

У него была черная кожа, редкие белые волосы и светло-голубые узкие глаза. Руки тонкие, точно веточки, с изящными длинными пальцами.

Я знал этих существ, их называли вестниками правды, и прозвище настолько прижилось, что за ними давно забылось оригинальное имя.

— Не возражаете, если Уш поприсутствует при разговоре? — вежливо спросил Эспозито.

По лицу Джанкарло было видно, что он бы был не против, если бы я возражал. Тогда можно было бы сказать, что мне есть чего скрывать, и продолжить беседу уже не так цивилизованно.

— Нисколько.

Уш сел напротив, я закатал рукава, положил руки на стол, и тот опустил горячие, шершавые пальцы мне на запястья.

— Простите мою назойливость, — прошелестел он.

— Вы приехали под чужим именем. Вам было что скрывать?

— Да.

Искатель правды не шелохнулся, а Эспозито, понимая, что я не склонен говорить лишнее, уточнил:

— Озвучьте причину своей маскировки. Пожалуйста.