Женаты по договору - Татьяна Серганова

— Да, обыск кабинетов результата не дал, — отозвалась я, опираясь на его протянутую руку, чтобы подняться.

От долгого сидения ноги немного оттекли, но не сильно.

— Полагаю, на сегодня поиски следует остановить. Уже поздно. Да и дорога была длинной и выматывающей. Надо отдохнуть.

— Ты прав. Отдохнуть действительно надо.

Только я сомневалась, что у нас получится.

Повар с кухаркой действительно постарались на славу, приготовив восхитительный ужин: тут была и запеченная в тесте свинина с ягодами, птица с грибами в сливочном соусе, тушёные овощи и многое другое. А на десерт принесли сладкий пирог с брусникой.

Вот только я еды почти не чувствовала, механически жевала, то и дело бросая взгляды на мужа, который сидел на другом краю стола.

Но расстояние в несколько метров не мешало мне гореть под его пристальным взглядом.

— Я, пожалуй, пойду, — пробормотала я, снимая салфетку с колен и поднимаясь.

Мейнор тут же встал следом.

— Ты почти не ела. Все нормально?

— Да, все хорошо. Устала. Всё-таки путь был длинным. Лягу сегодня пораньше. Спокойно ночи.

— Спокойной. Ночи.

Я медленно вышла из столовой, выдохнула и бегом бросилась в спальню.

Все тело горело, мысли путались, а ноги дрожали так, что удивительно, как я не упала с лестницы.

С помощью Ирмы (моей личной горничной) я быстро разделась, приняла ванну с разными ароматными маслами и тщательно вымыла волосы, которые быстро высушила с помощью магии.

Выбравшись из ванны, я отослала служанку, сказав, что дальше справлюсь сама.

Не стоит ей видеть мою панику и тревогу.

Минут пять-десять у меня занял процесс выбора сорочки.

Взять обычную хлопковую с высоким горлом и длинными рукавами? Ну нет.

А вот эта из тончайшего кружева больше открывает, чем прячет. Ее тоже нет.

Красный шелк? Мне тут же вспомнился сон с алыми простынями. Нет! Точно нет.

Может белый?

Или лучше черный? Черное кружево очень красиво смотрится на коже.

Или вот эта цвета молочного десерта?

Я совсем запуталась.

В конце концов, я остановила свой выбор на сорочке приятного бежевого цвета. Она была длиной до самых пят, с двумя пикантными разрезами до бедра и широкими лямками. Лиф и спина украшены тончайшим кружевом контрастного черного цвета.

Покрутившись у зеркала, я пригладила волосы, села на кровать и стала ждать.

Мейнор уже точно должен был вернуться в свою комнату, принять ванну, одеться или точнее раздеться. Нет, всё-таки какая-то одежда ему нужна, хотя бы халат, иначе… я и так нервничаю. А приход совершенно голого мужа может вообще ввести меня в состояние паники.

Но время шло, а демона все не было. И я, кажется, догадывалась почему.

«Ты сама должна позвать меня, Ник. Когда будешь уверена, что ты этого хочешь».

Вот чего он добивается! Хочет, чтобы я сама сделала шаг к нему.

Демонюка проклятый!

Вскочив с кровати, я принялась мерить шагами комнату и мысленно ругать мужа всеми неприличными словами, которые знала.

Только это не помогало.

Застыв, обернулась к двери, которая соединяла наши спальни, вновь пожелала мужу гореть в пламени Пустоты и шагнула вперед.

Даже стучаться не стала.

Схватилась за ручку, потянула на себя и… столкнулась с мужем на проходе.

— Ой!

Вся злость и решимость куда-то сразу испарились.

Дернувшись, я тут же отступила на три шага назад. А потом еще на два. На всякий случай.

— Разрешишь войти? — тягучим, словно патока голосом спросил Мейнор.

Я кивнула и только потом произнесла:

— Да.

Демон не спеша вошел в комнату. В светлой рубашке, рукава которой были закатаны до самых локтей, а верхние две пуговички расстегнуты, открывая кусочек обнажённой кожи, и темных брюках. Волосы свободно падали на плечи и лоб.

Муж выглядел удивительно расслабленно и как-то по-домашнему. Почти… если бы не огонь в глазах.

Мейнор осторожно закрыл дверь и застыл, убрав руки в карманы брюк.

И я застыла, теребя ткань сорочки.

Как-то все пошло не по плану.

И что делать?

Не о погоде же разговаривать.

Или…

— Морозно… на улице, — выдала я нервно. — И ветер… сильный.

«Пресветлая! Что ты несешь?! Замолчи! Только замолчи! Ни слова больше!»

— Действительно, — с тихим смешком согласился муж, — ветер… сильный.

И сделал шаг ко мне.

Я-то готовилась к стремительной атаке, к мощному подавлению, а он… он, наоборот, двигался так медленно, плавно и неспешно.

— И мороз, — прошептала я.

«Ой, про мороз же уже было!»

— И мороз, — согласился Мейнор, сокращая расстояние между нами до полуметра. — А еще ты боишься.

— Боюсь, — кивнула я, решив не лгать.

Это все равно бессмысленно.

Сердце в груди бьется так громко, что мне кажется его слышно даже за пределами спальни.

— Мне уйти?

Я по глазам вижу, что уйдет. Стоит мне хоть секунду засомневаться, испугаться, отшатнуться и все рухнет. Уйдет и тогда… я не готова опять начинать все сначала.

— Не смей! — выдохнула едва слышно, шагнув вперед, обвила шею руками и прижалась губами к его губам.

Просто прижалась в жалкой пародии на поцелуй, ожидая, что он отзовется и тогда все изменится.

Но Мейнор будто застыл.

Не верит? Ждет, что я сейчас грохнусь в обморок?

Пришлось действовать дальше.

Чуть отстранившись, провела губами по его губам в легком поцелуе. Потом еще один и еще. Пока руки, которые до этого мужчина держал в карманах рук, не заскользили по моим бедрам, талии, спине. Одна так и осталась там на спине, а другая поползла вверх, ласково провела по шее и легла на затылок, удерживая и фиксируя мою голову.

А потом муж показал, что значит целоваться по-настоящему — властно и требовательно, в один момент перехватив инициативу.

Поцелуи становились все глубже и откровеннее. И вот уже наши языки сплелись в каком-то безумном танце.

Фейерверк эмоций был такой силы, что я начала задыхаться.

А Мейнор вдруг оставил в покои мои губы и переключился на другие части тела. Слегка прикусил мочку ушка, вызвав тихий, гортанный стон, и проделал горячую от поцелуев дорожку к ключице.