Медвежья хватка - Георгий Лопатин

Вот пушки, это еще куда ни шло, можно попробовать отлить из бронзы. С ними мороки меньше, технология знакома. Почти как колокола… Вот только по цене они все равно на сто-двести золотых получатся дороже, чем предлагают гномы. Дешевле купить.

– Хорошо, я приобрету эту партию… и амулеты… и пушки… три штуки, – выдавил из себя герцог после долгой паузы.

* * *

Армия стояла под стенами Ромона пятый день и, даже при наличии нового оружия, обещающего быструю победу, штурмовать город все не спешила.

– Ваша светлость, почему мы не атакуем?! – вопрошал на очередном вечернем собрании командиров отрядов и знати один из нетерпеливейших и горячих вассалов герцога барон Генкер. – Пушки могут выбить даже замагиченные ворота за очень короткий срок, менее чем за час, и мы тут же проведем стремительный штурм! Город будет наш за считанные часы! Даже на стены лезть не придется!

Барона согласным гулом голосов поддержала остальная знать.

– Все так, если бы не одно «но». Разведка донесла, что у нас в тылу бегают не простые партизаны, разбивающие наши продовольственные обозы и уничтожающие фуражные команды, недобитки из Восемнадцатого легиона. Минимум две когорты снуют где-то в тылу. Стоит только начать активную фазу штурма, и они ударят нам в спину, а армия «освобождения» не готова к таким сложным операциям. Так что сначала требуется разобраться с ними, ибо недооценивать их не стоит.

Приглашенные на совет согласно закивали. Легионеры заставили себя уважать. Все понимали, если бы не новое оружие гномов, то…

– Две когорты – это много, – задумчиво заметил граф де Жакс. – Чтобы справиться с этой тысячью, нам понадобится минимум вчетверо превосходящие силы…

– Это при том, что они наверняка не примут боя, – проворчал герцог. – Их задача, я в этом уверен, ударить нам в спину при штурме города. А оставить четыре тысячи человек, чтобы они сдержали эти две когорты, с кем тогда штурмовать город?!

– Может тогда поручить это дело нашим друзьям? – предложил граф, демонстративно повернувшись в сторону князя Дарвла.

– Хм-м… – задумчиво отреагировал герцог. – Может сработать.

– Э-э… – чуть растерянно промычал в ответ гном.

Ему идея ловли на живца, выступая в качестве этого самого живца, крайне не понравилась. Тысяча озлобленных на коротышек легионеров это тысяча легионеров с соответствующим количеством магов (хотя сколько уцелело последних, никто не знал, но точно, что больше сорока), и пятидесяти гномам против них не выстоять даже с огнебойным оружием.

Медведев сжал плечо князя. Тот понял его правильно и сказал:

– Пусть скажет мой советник Юрий…

– Ваша светлость, господа… – взял слово Медведев после дозволяющего кивка командующего, – боюсь, что эта уловка не сработает, хотя идея правильная.

– То есть? Почему не сработает?

– Гномы себя хорошо показали в сражении, и командиры противника могут решить, что связываться с ними себе дороже, а потому просто оставят их без внимания.

– Да, пожалуй, – кивнул герцог. – Что вы предлагаете?

– Для начала я хочу узнать, сколько насчитывает сам отряд фуражиров и какими силами обычно нападают на них имперцы? Всей когортой или…

– Ну, ты меня насмешил! – засмеялся герцог, а за ними остальные дворяне. – Всей когортой на сотню ополченцев!!!

– Тогда сколько, ваша светлость?

– Да полусотней, ну и три-четыре мага еще. Этого хватает с лихвой…

– Вот видите, ваша светлость, полсотни легионеров вряд ли нападут на полсотни гномов.

– Верно, струхнут, сволочи, после того как они себя зарекомендовали.

– Да, даже если решатся и нападут, то просто бесполезно будет, если мы уничтожим только один полусотенный отряд имперцев, ваша светлость. Остальные будут настороже и уже точно не попадутся. Нам нужно прихватить их всех. Желательно всю тысячу.

– И как же это сделать?!

– Конечно, устроить ловушку, ваша светлость. Мой план таков… хм-м… – замялся Медведев, оглядываясь по сторонам, – лучше будет, если узнает о нем только ваша светлость.

Если взглядами можно было сжечь, то Юрий немедленно превратился бы в горстку пепла, так злобно посмотрели на него приближенные герцога, коим оказал недоверие какой-то выскочка.

Герцог понятливо кивнул, соглашаясь, что как бы там ни было, а среди собравшихся могут оказаться вольные или невольные осведомители имперцев, и, взмахнув рукой, сказал:

– Если ни у кого больше нет вопросов и предложений, то все свободны, господа.

Когда все вымелись из шатра, командующий поинтересовался:

– Итак, каков ваш план?

– До безобразия простой, ваша светлость… – улыбнулся Юрий.

* * *

Снова пошел затяжной, мелкий осенний дождь, быстро превращая дорогу в болото, в котором вязли разболтанные, скрипучие крестьянские телеги и арбы. Усиленная до двух сотен мечников и копейщиков, а также двумя магами, продовольственная команда направлялась к ближайшим еще не разоренным селам для изъятия продовольствия для «освободительной» армии.

Солдаты шли полностью готовыми к сражению, облачены в доспехи, шлемы на головах, щиты в руках. Одно движение и меч окажется обнажен, готовый пролить чью-нибудь кровь и выпустить кишки. Врасплох отряд тоже недостать, пара магов, по очереди зондирующих окружающее пространство, об этом позаботятся.

Настороженность людей понятна, уже около дюжины таких же команд, пусть и меньшей численности, полностью истреблены. Избежать смерти удалось считанным единицам. Да и то создавалось такое впечатление, что имперцы их просто отпустили, чтобы своими россказнями деморализовали простых солдат, заставляя их нервничать и бояться собственной тени.

А боевой дух на войне значит очень много. Если он на высоте, то солдаты могут горы свернуть, а если ниже плинтуса, то вполне могут побежать и от вдвое меньшего по численности врага, даже не вступив в схватку. Так что с партизанившими в лесах легионерами следовало покончить в любом случае.

– Не нападут, – ворчал Зарлон, поглядывая по сторонам, в надежде отыскать затаившегося имперского лазутчика, – нас слишком много. Надо было остановиться на полутора сотнях.

– Нет, этого слишком мало, в том числе и для нас.

Юрий ехал на коне и чувствовал себя голым, а потому нервничал.

Сколько раз он слышал, что инициатива наказуема ее исполнением, сколько раз он сам становился тому примером, и вот опять: предложил план, так будь любезен привести его в исполнение. И вот он едет на коне, являя собой превосходную мишень для какого-нибудь арбалетчика, засевшего где-нибудь в кустах и призванного кокнуть командира перед нападением на остальной отряд.

От магии защитят амулеты, от лучника – доспехи, а вот от болта, выпущенного из хорошего арбалета, да еще если этот болт окажется зачарованным против зачарованных же доспехов, спасения нет.