Цена принцессы - Лана Ежова

Я грустила, пока мне не принесли завтрак, второй – ведь я успела поесть на постоялом дворе. Но после полета на дракене появился зверский аппетит, и несмотря на все навалившиеся несчастья, я отдала должное грибному супу, запеченной рыбе и воздушным пирожным.

Физическая усталость добавилась к душевным переживаниям, и я уснула до обеда.

Его принесли слегка настороженные аристократки; трое ранее состояли в свите королевы Велоры, а четвертая, Глория, – в моей, пока я не уехала в Аркиол.

– Ваше высочество, с возвращением домой! – в один голос, словно сговорившись, произнесли мачехины наперсницы. – Поздравляем со скорой свадьбой!

Старые кошелки… и тут постарались задеть.

Глория с потерянным видом что-то пробормотала, явно не пожелания счастья в браке.

Щебет фрейлин, которые ранее состояли при мачехе, а сейчас с лицемерной радостью сообщали, как счастливы служить мне, прошел мимо сознания. Отвлек от мрачных дум только выбор платья. Не то чтобы я желала понравиться матери будущего мужа, но и настроить ее против себя не хотелось. Мне предстояло вести затяжную войну, полную подковерных интриг. Возможно, когда-нибудь я научусь вертеть темным.

Ох, кого я обманываю? Сомневаюсь, что смогу влиять на Тенебриша. Он иррационален и потому непредсказуем. Склонен к не оправданным ничем убийствам.

И все же я должна попытаться! Иначе даже после коронации меня задвинут в тень, и буду я номинальной правительницей, по сути, оставаясь все той же нелюбимой, никому не нужной принцессой.

А еще – готова поклясться – я ношу ребенка Кайрона. И должна сделать все, чтобы мой малыш рос счастливым и в безопасности. Свекровь мне точно будет мешать, сегодня присмотрюсь к ней и решу, как быть дальше.

– Вы чудесно выглядите! – воскликнула Глория, искренне восхищаясь результатом наших усилий.

Платье без рукавов цвета лесной зелени, кажется, в любую минуту могло сползти с плеч, распущенные, слегка вьющиеся волосы достигали талии. На шее – неизменный целительский артефакт. Изумруд в кулоне и наряд подчеркивали цвет моих глаз, сделав их выразительнее и ярче. Немного розового блеска на губы, капелька цветочных духов на точки пульса – и я была готова к бою за будущее своего ребенка.

– Благодарю, риэллы, – улыбнулась я фрейлинам. До прихода темного оставались считаные минуты, их следовало потратить с толком. – А теперь прошу оставить нас с Глорией одних – хочу посекретничать по-девичьи.

Я подмигнула, снимая серьезность момента. Одна из матрон неодобрительно поджала губы, но выполнила просьбу вместе с остальными.

Просить девушку просветить меня, что происходит в столице, не пришлось – стоило двери закрыться за лишними ушами, как она упала на колени.

– Ваше высочество! Спасите, умоляю вас!

Многообещающее начало… А ведь я хотела расспросить о сестре и о том, как прошла встреча чародея с войском короля Лонкарды – слов Тенебриша мне было недостаточно.

– Глория, тише, давай без эмоций! Что случилось?

Смахнув слезы, она прошептала:

– Завтра, перед церемонией вашего бракосочетания с темным, моего отца, брата и мужа казнят за измену.

– О, ты вышла замуж?.. – обрадовалась я и запнулась, смутившись своих неуместных слов. – Подожди, как – казнят? Да еще за измену?

Отец Глории – генерал Рубинового легиона, еще один верный советник покойного короля. И вдруг – измена родине?

– Это все чародей, да? Он чистит ряды аристократов, убирая сильные фигуры, которые могут меня поддержать.

Лицо фрейлины исказилось от горя. Рыдая, она простонала:

– Они были против союза с Пантилией еще при вашем отце. И Тенебриш их поддерживал. А потом… потом решил захватить власть самостоятельно, посчитав, что будет лучшим королем, чем ваш законный жених, герцог Маруш…

О чем она? Голова закружилась. Отец хотел объединить Мизгир с Пантилией? Страной, где на кострах сжигали ни в чем не повинных магов и власть сосредоточена в руках не короля, а магистров ордена Волков Всеотца? Не может быть! Неужели отец и вправду сошел с ума, раз решился довериться религиозным фанатикам?

– Ты хочешь сказать, что король Рихард перед своей смертью собирался подорвать устои Мизгира, разрушив магические границы?

– Мне жаль, ваше высочество… Договор почти подписали.

– Так, мне нужны подробности! – потребовала я.

И я их вскоре получила. Картина вырисовывалась дикая: отцу не хватало могущества, и он решил раздвинуть границы Мизгира. И для этого Сандр должен был жениться на принцессе Пантилии (что он и сделал!), а Эйрика – выйти замуж за великого магистра, отошедшего от дел ордена. Дальше – еще бредовее. Милый мой родитель планировал устранить моего мужа, герцога Маруша, который стоял в очереди на престол Лонкарды сразу после сына короля, и захватить власть и там.

План – неисполнимые мечты сумасшедшего. Но это так, если забыть о помощи Пантилии. Страшная страна могла выставить не только войско из тренированных воинов-храмовников, но и людей с аномальным даром – пожирателей магии, которые поглощали чары и разрушали боевые артефакты одним своим присутствием. Лонкарда не устояла бы. Вот только боюсь, что именно Мизгир стал бы сырьевым придатком Пантилии, а не наоборот.

– И теперь Тенебриш собирается казнить бывших сотоварищей! – горячо закончила свой рассказ Глория. – Умоляю, повлияйте на него!

– Как?! Я в такой же ловушке, как и все. Буду сопротивляться – он убьет меня и через пару лет женится на подросшей Эйрике.

– Но ведь она… – Девушка не договорила, странно выпучив глаза.

– Что с тобой? – испугалась я.

Вместо слов вырывалось мычание, и она сникла, заплакав.

– Все ясно, на тебе запрет рассказывать определенные вещи, – с разочарованием протянула я. – Не тревожься, дар речи вернется через несколько часов.

Когда Глорию затрясло от переживаний, я обняла ее и твердо пообещала:

– Если в моих силах не допустить казнь, я это сделаю. А теперь иди, нельзя, чтобы Тенебриш увидел, что ты пыталась рассказать то, во что он не хотел меня посвящать.

Благодарно улыбнувшись, фрейлина ушла, а я безрезультатно пыталась понять, что не так с Эйрикой. В то, что сестра мертва, я не верила. Нет! Она жива и здорова. Я бы почувствовала, что ее больше нет.

Стук в дверь вспугнул грустные мысли.

Каблуки моих туфелек выбивали уверенную дробь, когда чародей дал знать, что явился за мной, и я подошла к межкомнатной двери, чтобы впустить его. То, что он не выбил ее, очистив себе дорогу заклинанием, уже говорило о его мирном настрое. Неужели не будет давить, и я смогу выиграть хоть немного времени?

– Рина, ты прекрасна, – выдохнул Тенебриш и впился голодным поцелуем в мои губы.

Энтузиазм его не радовал – нет, ждать свадьбы точно не станет, зря надеюсь.