Стратегия. Возвращение - Вадим Денисов

Во время короткого перерыва Мишка вышел во двор, на мгновение возник в проеме и сразу ушел к стене, пряча огонек в кулаке: привычка. А потом громко зарычал страшным басом на всю поляну.

— Что это было? — испугался пилот.

— Он альфа-самца обозначает, — пояснил я. — Мишель часто так делает, пугает ночных хищников, у него талант… Если я попробую это повторить, то сжалившиеся ночные совы принесут мне в клювах целую связку мышей.

Мне вдруг тоже захотелось выйти.

Обязательно отойти подальше и встать спиной к тревожному ночному лесу. И смотреть, смотреть на мерцающий в окнах свет, подаренный жилищу камином и настольной керосиновой лампой. Редко ее зажигают, керосин нынче дорог. Жан по-крестьянски ложится спать по заходе солнца и встает с первыми лучами. Хозяин только что закинул в жерло очага два сухих полешка, над трубой вот-вот замелькают искорки… А если присмотреться, можно будет заметить едва подсвеченную во время затяжки ладонь друга.

Так и сканировать пространство и себя, замерев от избытка чувств: позади Тьма, впереди — Свет. И ты на фронтире. Привычное пограничное положение.

Человек в ночи… Особое состояние. Звезд не видно, небо затянуто тучами, мне будет зябко и страшновато, но силуэт напарника, все еще прижавшегося к бревенчатой стене локалки, помогает обрести уверенность в себе. В какое-то мгновение станет тихо, словно вымерло все вокруг, а где-то рядом приготовилось к убийственному прыжку само Зло, насмешливо воткнув страшные глаза мне в спину.

Вот тогда надо произнести в пустоту:

— Блин, ну и темень…

Спокойно плюнуть в траву и вернуться в тепло.

Общественно-политическая обстановка, планы и взгляды властей, как и настроение жителей вольного Базеля, поначалу нашего нового знакомого не интересовали.

— Прежде всего нужно было провести техобслуживание воздушного судна.

— Вот это интересно! — Лавка чуть скрипнула, я придвинулся поближе к столу, на котором уже стояло налитое по третьему разу. — Насчет техобслуживания… Можно и об этом подробней? Насколько сложно сделать?

— Есть нормативы. При налете двух тысяч двухсот летных часов в обязательном порядке выполняется капитальный ремонт практически всего вертолета. С запчастями — весьма и весьма накладно, но до этого еще очень далеко. Все остальное строго по регламенту: пятьдесят часов налета, сто… Выполняются все предписанные операции: замена масел, свечей, проверки балансировок согласно перечню, тут все очень строго. В земных условиях — вообще никаких проблем, бизнес и инфраструктура развиты везде. Можно искать специалиста, прошедшего обучение и имеющего допуск к работам. Это дешевле, но такой сможет выполнить только оперативное техобслуживание. Более сложные формы обслуживания придется выполнять на сертифицированной станции. А можно заключить договор с компанией.

— Хм… А как на новом месте? В Базеле нашлись авиационные специалисты?

— Ни одного, к сожалению.

К счастью! Я мысленно перевел дыхание. Отлично.

— Впрочем, я прошел соответствующее обучение и имею право сам проводить оперативное техническое обслуживание, Коста. Здесь же, — он крутанул указательным пальцем над головой, — мои права ограничиваются лишь собственным здравым смыслом, осторожностью. В Берне все необходимое для Роби получил в самый короткий срок, еще какое-то время ушло на обслуживание. И только потом начал оглядываться, пытаясь понять — что же происходит вокруг? Жилье было отличным, престижным — просторное помещение в замке, встроенное прямо в стену, комната с небольшим окошком, выходящим на поля пшеницы. Видно было даже часть городской застройки… Однако вскоре я предпочел переселиться в Базель: царящие в крепости казарменные порядки мне не нравились. Начали появляться знакомые! Я вообще-то не склонен к быстрым контактам, поэтому не могу похвастаться, что их много. В свободное время, которого почти не было, предпочитал общаться с людьми, обладающими некоторой свободой перемещения… Например, с Ули Маурером или с «бешеной рыбачкой» Ленни Кальми-Ре.

— Ленни! В точку! — подхватил Сомов. — Дикая баба, всегда бодрячком!

Пилот удивился еще раз:

— Вы и ее знаете?

— Отлично, — мне пришлось подтвердить. — Авантюристка первосортная, спору нет. Вроде бы вы оба и попали в анклав похожим способом?

— Можно сказать и так, — ответил он после короткого раздумья. — Ленни, как и я, прибыла в Базель в числе редких лостов, вышедших не из леса: прибыла на личном катере и с винтовкой за плечом. Явилась после каких-то опасных приключений, но она никогда не распространялась о подробностях своего пути к анклаву… Такие, как капитан «Клевера», Ленни и я, были лишними в Базеле, общего языка с завсегдатаями Банхофштрассе — это центральная улица города, променад — мы не нашли. Особенно местный средний класс сторонился общества этой шальной девицы.

— Точнее, жены? — хмыкнул Сомов.

Конечно, сторонились, а ты чего ожидал, мусью?

Простой обыватель, живущий спокойно, размеренно, с настороженностью относится к любым опасным или не очень приключениям, даже чужим, если не может поставить надежного заслона в виде телевизионного экрана или монитора компа. Он быстро чувствует в новых людях что-то нестандартное, нетипичное и тем опасное, — а ну как втянет в водоворот, забросит вместе с чудаками в лесную глухомань с варварами и страшными хищниками, в студеные моря с невиданными чудовищами…

— Вот что я вам скажу, господа: не позавидуешь тому молодому человеку, который рискнет с ней связаться, — продолжил француз, основательно хлебнув из кружки.

— А Федька-то и не знает! — Гоблин не забыл вставить свои пять копеек.

— У нее есть муж? — вскинул брови Жан.

— Пока друг… Они, что называется, нашли друг друга, — ответил я. — И в сравнении с ним, дорогой Жан, твоя старая знакомая покажется пушистой овечкой. Сейчас оба живут и работают в Форт-Россе на Амазонке, именно так все люди, появившиеся в тех краях, называют эту грандиозную реку. Редкостное единодушие…

Никак не ожидал, что именно это сообщение так его заведет! Пилот подхватился, звонко хлопнул в ладоши, затем быстро прошел к камину и обратно.

— Что я слышу, господа! Не может быть! Здесь есть Амазонка? Но как! Почему никто в окрестных поселениях ничего об этом не слышал?!

— Это на другом континенте, южном.

Напрасно я посчитал, что это его успокоит.

— Проклятье, наверное, это очень далеко, Коста? Ведь я на Земле целых три года работал на Амазонке пилотом в частной компании, которая по подряду занималась строительством автодорог к разработкам. И я вновь хочу туда! Не люблю холод, не люблю ледяные дожди…

— Ты преувеличиваешь, — прервал я его, — здесь, на равнине, достаточно комфортный климат переходной зоны, зимы бесснежные. Правда, нам с напарником гораздо больше нравится тайга.

— Нет-нет! Какая тайга, я же не из России! Говорите, Форт-Росс? Если я правильно понял, на Амазонке есть русские территории?