Драгоценная - Татьяна Осинская

Я смотрела на девушек, пребывающих в мечтательной задумчивости, и не понимала, как они могли сдаться и перестать бороться за свою свободу? Как можно так восторженно отзываться о том, кто вырвал тебя из родного дома и содержит в одной комнате с десятком таких же глупышек?

— Они не пойдут, — раздался за спиной зловещий голос, и я чуть не подпрыгнула от неожиданности. — Они уже попали под влияние господина и вдали от него будут стремиться обратно.

— Я вспомнила, где видела вас, — проигнорировала я слова старухи и еще раз окинула ее внимательным взглядом. — Вы присутствовали на похоронах старого тара Турмалинского… Кто вы такая?

В ответ раздался лишь каркающий смех, но затем женщина снизошла до ответа:

— Я — мать погибшей дочери. Я — бабка похищенного внука. Какое еще из моих званий тебе назвать?

— Могли бы ограничиться своим настоящим именем. Хотя больше всего меня интересует, какое отношение вы имеете к тарам Турмалинским.

— Любопытная какая, — пробурчала старуха, но глаза, тем не менее, смотрели на меня с одобрительным прищуром.

— Да как не любопытствовать, если вы меня только больше запутываете, а времени и так нет. — И, обернувшись к девушкам, я попыталась еще раз воззвать к их разуму: — Благородные лии, вас дома ждут родные, они переживают, не зная, как сложилась ваша судьба. Пойдемте со мной.

Не увидев иной реакции на свои слова, кроме презрительных и недоуменных взглядов, я попыталась взять за руку ближайшую ко мне наложницу. В ответ раздались резкий визг с одной стороны и жуткий грохот с другой. Отпустив недотрогу, я оглянулась на шум. В помещение влетел Ларион с мечом в руке. Пробегая мимо, он схватил меня в охапку и, не останавливаясь, помчался на выход.

— А как же они?

— Поздно. Самим бы уйти.

Из моего положения открывался хороший вид на всю комнату. Не сдержавшись, я сильнее вцепилась в плечи любимого, когда в другую дверь вбежали люди наместника. Их было человек десять, все в черных облегающих одеждах и с оружием на изготовку. И только один страж выделялся среди них золоченым поясом. Но разобраться в его исключительности не получилось: Ларион миновал узкий проход, и опустившаяся за нами ткань вновь скрыла все следы обжитых помещений.

— Армель, сейчас нужно бежать очень быстро. — Жених поставил меня на ноги и крепко сжал ладонь. — Сможешь?

Не говоря ни слова, я потянула его вперед. Но, не сделав и пары шагов, мы с трудом успели остановиться перед внезапно возникшей преградой. Будто радужная прозрачная пленка натянулась от пола до потолка, отрезая нас от спасительного выхода и летающего ковра. А за спиной уже чувствовалось чужое дыхание.

— Вам некуда бежать, — слова прозвучали сурово и с сильным акцентом. — Извольте следовать за нами.

Оглянувшись, мы практически уткнулись носами в одного из преследовавших нас воинов, того единственного, что отличался золотым поясом. Не зря мне показалось, что он среди преследователей старший.

— А если мы откажемся? — Ларион одним быстрым плавным движением выдвинулся вперед, спрятав меня за собой.

— У вас нет шансов. Мы применим силу. — И мужчина отошел в сторону, демонстрируя нам единственный выход из данной ситуации.

Любимый стоял напряженный и несгибаемый как скала, но мы оба понимали, что знакомства с наместником этого острова нам не избежать. И все, что я могла сейчас сделать, — это поддержать. Я обняла капитана за талию и прижалась к спине.

— Уйти домой и не поздороваться с правителем этого чудесного острова, наверно, было бы невежливо? — прошептала негромко.

— Думаю, ты права. — Ларион взял меня за руку, освобождаясь из захвата, и как ни в чем не бывало обратился к местным: — Вы покажете дорогу?

Часть стражей, держа оружие на изготовку, развернулась и пошла в обратном направлении, указывая путь. Остальные дождались, когда мы последуем за авангардом, и двинулись следом. Как будто у нас был хоть один шанс сбежать: непонятная пленка продолжала тускло мерцать, отрезая нас от спасения.

Вновь оказавшись в помещении с девушками, мы обнаружили их спокойно сидящими за столом. Наложницы с любопытством разглядывали наш конвой.

Нигде не задерживаясь, нас провели через несколько обжитых комнат. Что примечательно, странной старухи нигде видно не было. А затем мне стало не до размышлений о посторонних. Нас вывели в темный сводчатый туннель, изредка подсвечиваемый необычными зелеными светильниками. Я непроизвольно сжала руку жениха крепче. Почувствовав это, он посмотрел на меня, аккуратно высвободил свою ладонь и приобнял за плечи. Меня окутало ощущение надежности, и сразу стало легче дышать, несмотря на мрачный сумрак, воинственную охрану и предстоящую встречу.

Путь наш несколько затянулся. Я начала уставать и все чаще спотыкаться, и только поддержка любимого не позволяла упасть и расплакаться. Внезапно в конце туннеля забрезжил свет. Можно было бы порадоваться, если бы привыкшие к темноте глаза не щурились от слепящей яркости. По свежему ветру, донесшему ароматы сладких фруктов и садовых цветов, я догадалась, что мы выходим в сад.

Привыкнув к свету, я убедилась в своих подозрениях — сад ошеломлял пестротой цветов и разнообразием видов. Однако мрачная охрана на фоне прекрасных деревьев недвусмысленно напоминала, что мы не на прогулке и не в гостях, и движение продолжилось.

Теперь идти было не так страшно и утомительно. Вскоре нас вывели к площадке внутреннего двора. С одной стороны высилась громада дворца наместника Тумура. Здание было каким-то рубленым, неаккуратным, оно подавляло своей мощью и мрачностью. С другой стороны была открытая терраса, ограниченная небольшим кованым заборчиком, за которым открывался вид на открытое море. А прямо перед нами располагался большой многоярусный фонтан.

После того как я смогла отвести взгляд от венца островной архитектуры, обратила внимание на то, сколько кругом женщин. Тут и там сидели, перемещались, нежились под лучами солнца разряженные наложницы. Не знаю, почему я сразу отнесла всех именно к этой категории, не заподозрив в том, что это могли быть служанки или гостьи. Возможно, причиной послужила их одежда — воздушная, полупрозрачная, из тканей, пестревших оттенками и узорами.

— Ларион, наверное, тебе стоит опустить взгляд и не рассматривать этих женщин. Вдруг наместнику это не понравится, а нам не нужны лишние проблемы.

— Любимая, где ты здесь видишь женщин? Это несчастные создания, по недогляду Извечных попавшие в рабство. Я пытался рассмотреть, нет ли среди них других подданных его величества Себастиана Златого.

— Рассмотрел? — с трудом сохраняя остатки вежливости, поинтересовалась я.

Ответить мне не успели, так как охрана наконец-то подвела нас к хозяину острова. Жаль, что со мной не было любимой тетушки. Она бы обязательно подняла крик, увидев этот разврат…

Ложе — назвать это троном не поворачивался язык — стояло на небольшом возвышении тут же, на открытом воздухе, аккурат перед фонтаном. Сверху от палящих лучей солнца укрывал большой полог, широко распахнутый с нашей стороны. Тумур полулежал, обложившись подушками и наложницами, окруженный опахальщиками. Правитель выглядел на удивление молодо и привлекательно, только пронзительный взгляд ярко-синих глаз выдавал его действительный возраст. Темные волосы были заплетены в причудливую косу, перекинутую на обнаженное плечо.