Мастер клинков. Начало пути - Дмитрий Распопов

«Куда? Куда?» – вертелись у меня в голове мысли, нужно было давать герцогу ответ.

«Стоп, а если попроситься послом к гномам?» – пришла в голову мысль, когда я вспомнил о последних сплетнях двора. Мысль зацепилась у меня в голове и стала быстро раскручиваться.

«Дарин не последний человек в Подгорном королевстве, если что хотя бы не даст меня покалечить или убить, во всё же остальном нахождение у гномов полностью соответствовало моим планам скрыться от мести Нарига и там же смогу спокойно обдумать дальнейшие планы».

– Я присягну вам на верность и отдам вам феод, а взамен вы отправите меня послом к гномам, ну скажем сроком на два-три года, – сказал я вариант, при котором у меня ещё оставались какие-то шансы на успех. Ведь со мной будет Дарин, а он надеюсь не даст отрубить мне руки, – и обеспечите меня охраной на время, пока я не уехал к гномам.

Герцог задумчиво посмотрел на меня оценивающим взглядом.

– Ваше предложение барон, чрезвычайно дальновидно. Если оценить внимательно, то вы убиваете одним выстрелом сразу двух зайцев, находитесь далеко от интриг, и если сможете поладить с гномами, то и получите защиту собственной жизни на это время.

– Ну и мне нужно утрясти ещё кое-какие мелочи по поводу управления феода с вами, как с будущим его владельцем, не хочется чтобы мои денежные вливания пропали зря. Вы наверно знаете, что не зная о месторождении я обеспечил стабильный доход с феода, в отличие от покойного отца, – сказал я, так как действительно обидно было вот так потерять всё, что делал в течение этих трёх месяцев.

– Мне докладывали, о ваших нововведения, – усмехнулся герцог.

– Я просто сам кратко расскажу обо всех своих начинаниях, чтобы вы убедились, что моим словам можно верить, – и я рассказал герцогу обо всех своих нововведениях и новациях.

– Когда вы Ваша Светлость запустите две мельницы, то доход с них, а также с постоялого двора, будет не только стабильный, но и приличный, – закончил я рассказ.

– Вы сумели меня удивить барон, – с удивлением сказал мне Валенса, после минутного молчания, – теперь я вполне допускаю мысль, что вы действительно могли пойти к церкви и предложить им сделку. Вам есть, что терять.

– Ваша Светлость, вы просто на один год оставьте как есть и посмотрите эффективно будет ли то, что я придумал или нет, – с мольбой сказал я ему, – что такое вам один год, ведь вы будете заняты разработкой месторождения.

Герцог задумался.

– Хорошо барон, хоть ваши методы весьма спорны, но один год я дам вашим крестьянам и трактирщику, чтобы показали насколько они смогут распорядиться моей собственностью.

– Вы не пожалеете, Ваша Светлость, – радостно ответил я, ведь я смог защитить крестьян хотя бы на такой небольшой срок. А когда приеду к себе, чтобы собрать вещи, то обязательно проинструктирую их, что их дальнейшая жизнь будет зависеть только от них самих.

Герцог ещё минуту помолчал, видимо прикидывая выгоды предложения и потом ответил.

– Хорошо барон, я принимаю все ваши требования, мы договорились.

Я довольно улыбнулся про себя, всё же из сложившейся ситуации – это был самый лучший выход.

«Чёрт с ним, с этим серебром», – подумал я, – «Был бы жив, а заработать я всегда смогу, тем более, что гнома и Рона я возьму с собой. Да ещё и крестьяне будут в относительной безопасности».

– Ваша Светлость, разрешите ещё одну личную просьбу? – вспомнил я о бриллиантах.

Герцог нахмурился, но ответил.

– Какую?

– У меня от отца остались бриллианты, а их в Нумедии невозможно продать, не могли бы вы подсказать человека, который смог бы их купить у меня. Я сейчас почти без денег и лишние кесарии перед поездкой мне не повредят.

Герцог заинтересовался.

– Почему не покупают? Камни фальшивые?

– Нет вы что, – воскликнул я, – просто они остались со времён войн с Неназываемыми, и из-за огранки, ювелиры отказываются их брать.

– Они у вас с собой?

Я кивнул и достал из-за пазухи мешочек, весящий на тесьме, я просто побоялся оставить его на постоялом дворе.

Герцог принял у меня мешочек и достал один из камней. Видимо он был знатоком камней потому, что подошёл к камину и стал внимательно осматривать камень.

– Да, вы правы барон. За такой камешек можно легко угодить в подвалы Священного Ордена, – задумчиво сказал он, – Я куплю у вас эти камни, если вы пообещаете забыть, что они у вас были.

– Ваша Светлость, о каких камнях идёт речь? – прикинулся я шлангом.

Герцог улыбнулся и пройдя к трюмо достал оттуда сначала кошелёк, а потом отсчитал из другого шкафчика деньги.

– Здесь ровно 100 кесариев, – сказал он мне протягивая кошелёк, – максимум из того, что вы сможете получить за них в других королевствах.

– Это больше, чем я ожидал, – признался я, при этом быстро, пока он не передумал, забирая кошелёк.

– Тем не менее деньги взяли все, – усмехнулся он и отвернувшись сказал, – Гарон проводи гостя в Рубиновый Зал.

Сбоку от меня показался мой провожатый и я покорно дав надеть на себя повязку, пошёл с ним, я был доволен собой, ни смотря ни на что.

Герцог поднялся со своего кресла, опять подошёл к трюмо и вытащил оттуда приготовленный свиток пергамента. Затем, накинув парадный плащ, вышел в один из потайных ходов и зашагал в сторону королевских покоев. Он ещё вчера специально наметил эту встречу, чтобы перед балом, но после разговора с этим странным бароном подсказать королю решение вопроса. На руках Валенса было больше козырей, чем у его давнего соперника Нарига, поэтому герцог не сомневался, что король устранится от вмешательства в разбор дел двух герцогов. Короля, слава Единому, больше интересовали деньги и женщины, и если деньги ему приносили все герцоги, то основным поставщиком женщин, строптивых и не очень, занимался Валенса.

Используя именно этот рычаг воздействия на короля, герцог рассчитывал решить вопрос по землям барона Максимильяна в свою пользу. Нариг был не дурак, и даже проиграв в этой битве, всё равно выберет переговоры с врагом, нежели донесёт жадному королю о найдённом серебряном месторождении. В том, что при этом известии король подгребёт под себя фактически – после смерти барона Крона – свой феод, ни один из герцогов не сомневался.

«Всё же он очень странный, этот барон, – размышлял про себя Валенса. – Ведь он действительно убедил меня оставить в феоде всё как есть, пусть и на год. Дело даже не в том, что мне не будет времени заниматься крестьянами одной деревеньки, а в том, что слова барона могут оказаться реальностью. Да, методы его необычны, но ведь он смог заплатить налог королю, без моей помощи, как это делал Крон. А доклады шпионов, о том, как барон решил проблему с местными дворянами и таронскими наёмниками?»

Валенса был вынужден признать, что для своего юного возраста этот барон невероятно удачлив, умён и жесток одновременно.