Гончий бес - Александр Сивинских

Марк перевёл последнюю фразу, прибавив от себя:

— Как и мистер Джи, я искренне соболезную вашему горю.

— Ну, спасибо. — Она утёрла глаза рукавом. — Американцы, оказывается, очень душевные люди. Готовы напропалую соболезновать, даже не зная, чему именно.

Марк сконфузился.

— Как мы понимаем, у вас погиб какой-то домашний питомец. Это всегда огромная трагедия для хозяев. Особенно для женщин.

— Питомец? — Дарья поморщилась. — Что ж, можно, наверное, и так сказать. Вот мой питомец, полюбуйтесь!

Она подхватила с земли «шар для боулинга» и протянула американцам. Те с ужасом отшатнулись. В руках у миссис Вольф находился человеческий череп — похоже, ещё не-давно бывший головой. Кое-где на костяке сохранились мягкие ткани и островки кожи с волосами. В одной глазнице виднелся оплетённый капиллярами бело-жёлтый шар глазного яблока, вторая была пуста. Снизу, будто рукоятка кошмарного маракаса, торчал короткий огрызок позвоночника.

— Господи, что это?! — одновременно воскликнули Марк и Дядюшка Джи.

— It is my husband, — сухо объяснила Дарья. — Вернее, то, что от него осталось.

— А кем был тот бородатый повелитель саранчи? — перевёл Марк вопрос ЛЛ. — Ведь вылитый же Хайдаров.

— Двойник.

— Брат-близнец?

— Нет. Даже не родственник. Если коротко — человек, который подменял и частично замещал моего мужа. Муж был инвалидом и не имел возможности полноценно общаться с людьми. А сегодня двойник решил стать полноценным Хайдаровым. Окончательно и бес-поворотно. Поэтому настоящий Басмач стал ему не нужен. — Миссис Вольф запнулась и шумно втянула через зубы воздух. Очевидно, сдерживала слёзы. Отдышавшись, добавила: — Странно, что он не приказал своим букашкам растерзать и меня.

— Жуткие твари, — сказал Марк, скользнув взглядом по объеденному почти дочиста черепу Басмача. Мысли о том, что саранча едва не освежевала его самого, Марк изо всех сил гнал прочь. — Простите, что тревожу свежую рану, но… где же другие останки вашего мужа? Наверное, их нужно собрать… Для захоронения.

— Нет никаких других останков. Только эти. — Дарья сняла с себя лёгкую курточку, закутала в неё череп и решительно двинулась к дому. — Идёмте. Ваши друзья уже заждались.

* * *

Декстер спал в кресле, откинув голову на объёмистую как брюхо бегемота кожаную спинку. Рот у него приоткрылся, но странное дело — храпа не было слышно. Рядом на сто-лике стояла полупустая бутылка виски и стакан. Сильвия с непроницаемым лицом листала русский автомобильный журнал. Перед ней тоже имелся стакан с янтарной жидкостью, а ещё — снайперская винтовка миссис Вольф. Дарья подхватила оружие и, сказав «скоро вернусь», вышла из комнаты.

— Разбудить ковбоя? — спросил Марк, сделав шаг к Дексу.

— Зачем? Пусть отдыхает, — сказал Дядюшка Джи. — Думаю, мы обойдёмся без его замечаний про засилье арабов и нужду в наших бравых морпехах. К тому же придётся впустую тратить время на перевод.

— А как же вы? — удивился Марк.

— А мы обойдёмся. Мисс Голдэнтач вполне сносно владеет русским. Я тоже кое на что способен. Объясняюсь, конечно, паршиво и читать не умею, но речь понимаю хорошо. Четыре года службы в US Navy офицером радиоперехвата — не шутка. Холодная война с Советами многих из нас научила русскому языку. Кстати, Сильвия, а вы где овладели этим полезным навыком?

— Бабушка постаралась. Она родом из Одессы. Есть такой русский город на берегу Чёрного Моря.

— Сейчас украинский, — поправил Марк.

— Какая разница, — отмахнулась Сильвия.

— Украинцы считают, что разница существенна.

— Фишер, не будьте занудой. Кого здесь интересует мнение каких-то украинцев?

— Мне казалось, оно волнует вас. Украинские корни…

— Я гражданка Соединённых Штатов, — отрезала Сильвия. — А бабушка была наполовину гречанкой, наполовину полячкой. И давайте прекратим мозолить эту тему.

Закончить тему пришлось бы в любом случае. Вернулась Дарья Вольф. Она успела переодеться и расстаться со скорбными останками супруга. С винтовкой тоже.

— Ну что ж, — сказала она, — давайте определяться. Либо вы забираете чемодан с букашками, и мы разбегаемся. Транспортом и водителем я вас обеспечу. Либо остаётесь здесь. Тогда мы приводим факты к общему знаменателю и сообща решаем, как действовать дальше. Моё мнение: вам лучше уехать. — Она подняла глаза на Марка. — Переводите, мистер Фишер.

— Это не имеет нужды, — сказал Дядюшка Джи по-русски. — И мы будем оставаться. Пока оставаться.

Миссис Вольф восприняла его заявление, будто само собой разумеющееся. Она кивнула.

— Хорошо. Поскольку вашу историю я знаю, осталось изложить мою. Если не углубляться в излишние детали, она проста. На заводе мужа его двойник, которого мы с Хайдаровым звали Допом, организовал производство интересующих вас игрушечных кузнечиков. Собирался продавать их в качестве сувениров.

— Доп — это от «дополнительный»? — полюбопытствовал Марк.

— Считайте, что да, — уклонилась от прямого ответа Дарья. — Чертежами Допа снабдил тот же человек, который предлагал их вам. Сначала он упрямился, но шантаж — эффективная штука. Производство было налажено в рекордные сроки, однако поспешность до добра не довела. Первая партия кузнечиков вышла с технологическим браком. Вместо того чтоб танцевать полечку, как было заложено в программе, игрушки повели себя непредсказуемо. При этом серьёзно пострадали работники завода. Муж всегда очень серьёзно относился к охране труда на своих предприятиях. Он приказал немедленно найти виновных, а опасное производство свернуть. Доп уехал на завод, но у нас возникли большие сомнения в том, что он послушается. Поэтому я наняла частного детектива, который дол-жен был проследить за двойником. Детектив — мой добрый знакомый Павел Дезире, которого вы приняли за любовника.

— Мы ошиблись? — ехидно спросила Сильвия.

— Нет. Кое-что между нами действительно было, — без стыдливости призналась Дарья. — Муж об этом знал. И не возражал. Сам он из-за инвалидности мог далеко не всё. Павел уехал, мы стали ждать результатов наблюдения. К сожалению, на связь он так и не вышел. Я подозреваю худшее. Зато вернулся Доп. Видимо, на заводе он разузнал, как управлять саранчой. Наполнил чемодан этими тварями и поехал шантажировать уже нас. Да только Басмач — не гей из архива, его и пули-то никогда не пугали. Что уж говорить о заводных таракашках. Тем более, оба телохранителя Допа были нашими людьми. Нам и в голову не могло прийти, что они переметнутся на сторону двойника. Ну, то есть предать мог Лёва — по недостатку мозгового вещества. А вот Семёныч…

— Who's Semyenych? — переспросил Дядюшка Джи.

— Телохранитель, который успел сбежать. Проворный, паразит. Я ж по нему раз десять выстрелила. И ни одного попадания! — В голосе Дарьи прорезалось что-то вроде восхищения. — Не то навыки подрастеряла, не то «маятник» спецназа и впрямь рабочая штука.