Ведьма по распределению - Елена Малиновская

И в следующий миг небо поменялось местами с землей. С оглушительным хлопком взорвался шар, водопадом обрушившись каплями жгучего бесцветного пламени на Артена. Вокруг мужчины вспыхнула было защитная сфера, оберегая его от ожогов. Но тут же разорвалась в клочья под напором нового заклятия.

Деревья застонали от порыва ветра. Я едва успела упасть ничком на землю, до боли в костяшках вцепилась в какой-то корень, не позволяя магическому урагану оторвать меня от земли. Ближайшая береза застонала, заскрипела — и сломалась пополам, словно тонкая лучина.

Я боялась приподнять голову, чтобы понять, что же происходит. Вокруг царило нечто невообразимое. Что-то трещало, кряхтело, щелкало и стонало. Внезапно сильно пахнуло серой. Повеяло жаром, и я поняла, что это Эвотт выпустил язык пламени.

Неужели Дэниель заключил договор с драконом и сейчас пытается убить отца? Как-то это чересчур…

Вдруг все стихло. Наступившая тишина была настолько полной и всеобъемлющей, что у меня зазвенело в ушах. Мелькнула испуганная мысль, не оглохла ли я. Но почти сразу я услышала негромкий хруст веток под чьими-то шагами.

— Жива? — раздалось над головой, и я узнала голос Дэниеля.

Даже не знаю, радоваться мне или нет, что именно он вышел победителем из схватки.

Я приподняла голову и посмотрела на него. Над плечом Дэниеля висела крохотная искорка, которая, однако, давала достаточно света. По всему было видно, что поединок с Артеном дался ему ой как непросто. Левая скула опухла, как будто после хорошего удара. Под глазом взбухла свежими крупными каплями крови глубокая царапина. Кровил и нос и разбитый подбородок. Правый рукав камзола болтался на двух нитках, прежде белоснежная рубашка была покрыта зелеными травяными пятнами. К штанам прилипли комья грязи, как будто Дэниеля кто-то протащил по земле.

Но при этом он улыбался. Широко и искренне улыбался.

— Вставай. — Дэниель подал мне руку.

Я воззрилась на нее с таким испугом, как будто он протянул мне ядовитую змею с предложением погладить.

В голове не укладывается, что он убил отца! А вдруг следом он расправится и со мной как с ненужной свидетельницей? Вдруг Артен и Рауль правы и Дэниель действительно сошел с ума?

— Да не бойся ты так! — Дэниель негромко рассмеялся, угадав мои мысли. — С моим отцом все в полном порядке. Просто… Впрочем, сейчас сама увидишь. — Вкрадчиво добавил: — Наверное, сгораешь от любопытства, что же случилось.

А Дэниель хорошо меня изучил. Знает, на какой крючок меня проще всего поймать. Я робко вложила руку в его ладонь, и Дэниель легко поднял меня на ноги. Свободным рукавом вытер кровь со своего лица и потянул меня в сторону полянки.

Я послушно зашагала за ним, хотя от пережитого ужаса тряслись колени. Ох, надеюсь, я сейчас не увижу картину кровавой расправы сына над отцом.

В этот миг искра поднялась выше. Ее яркий оранжевый огонь отразился бликами в темных, застывших глазах Артена, который замер в центре поляны.

Я застыла, не смея сделать очередной шаг. Ректор магической академии выглядел не в пример лучше Дэниеля. Демоны, да у него даже волосы не растрепались за время ожесточенной схватки! Не понимаю, почему он так спокойно стоит? Ждет начала второго раунда поединка? Но Дэниель сказал, что победил его.

— Не бойся. — Дэниель дернул меня за руку, принуждая подойти ближе, и я неохотно сделала пару шагов. — Артен не навредит тебе. Он в анабиозе.

— В чем? — пискнула я, не поняв значения этого слова.

— В анабиозе, — терпеливо повторил Дэниель, и его глаза насмешливо блеснули. — Оливия, ты ведь отличница. Неужели ни разу не слышала такого понятия?

Даже в такой момент не упускает удобного шанса позубоскалить! Неужели непонятно, что я от страха все на свете позабыла?

— Это что-то вроде спячки, да? — неуверенно спросила я.

— Да, — подтвердил Дэниель. — Только очень и очень глубокой. Все жизненные процессы у него сейчас почти остановлены. Дыхание настолько редкое, что и не заметишь. Пульс практически отсутствует.

— Это драконья магия, — пророкотал Эвотт из тьмы. — Мы используем такие заклинания в исключительных случаях. Например, когда надо восстановиться после серьезных ран. Или в период продолжительного голода, когда невозможно найти пропитание. А иногда в том случае, если устаем от окружающей действительности. И у драконов бывает депрессия. И лучший способ избавиться от хандры — проспать пару десятков лет.

Хотела бы я посмотреть на дракона в депрессии. При всем своем богатом воображении не могу представить исполинскую рептилию, хлюпающую носом и рыдающую из-за любой мелочи.

А впрочем, нет, не хочу. Грусть и тоска по-разному проявляются. Вдруг драконы в периоды черной хандры предпочитают сеять вокруг огонь и разрушение? По принципу, если плохо мне — пусть страдают и остальные.

— Это ты его заколдовал? — спросила я у Эвотта.

— Ага! — В голосе дракона слышалось нескрываемое торжество. — Я. Говоря откровенно, сначала я не пришел в восторг от плана Дэниеля. Но он сумел меня убедить. И я подумал — а почему бы и нет, собственно? Надо же поквитаться за ту старую историю. И пока Дэниель заговаривал ему зубы, я оплетал его чарами. Медленно, незаметно и терпеливо. — Кашлянул и добавил с явственной надеждой: — Кстати, раз уж о зубах заговорили. Слушай, Дэниель, а давай ему парочку выбьем? Мне на память, так сказать. Повешу их на шнурок и буду любоваться долгими одинокими вечерами. Долг платежом красен.

— Нет. — Дэниель покачал головой. — Эвотт, даже не думай об этом! Поверь, мой отец и без того придет в ярость, когда очнется и поймет, как ловко его провели.

— Ух, обязательно буду присутствовать при этом. — Эвотт захихикал. — Аж чешуя чешется — так хочется увидеть его реакцию после того, как заклинание пропадет. А зубы… Ладно, обойдусь и без них. Все-таки стоит отдать должное Артену — мои клыки он добыл в пылу боя, а не когда я был уже без сознания.

— А ты не боишься? — поинтересовалась я. — По-моему, лучше в этот момент быть подальше от Артена.

— Оливия, я дракон, — важно заявил Эвотт. — Существо, особо охраняемое государством. Артен не посмеет причинить мне вред.

— Но ведь когда-то он выбил тебе клыки, — напомнила я скептически.

— Тогда законы были не настолько суровы, — буркнул Эвотт. — И, кстати, Артен забыл рассказать, что ему пришлось выплатить немалый штраф. А заодно он полностью меня вылечил, дабы не быть обвиненным в браконьерстве.

На языке у меня вертелось возражение, что законы законами, но лучше не испытывать судьбу. Не самая здравая идея — язвить над взбешенным магом, которого обвел вокруг пальца собственный сын.

Но я ничего не стала говорить Эвотту. Как-то глупо давать советы взрослому и умудренному жизнью дракону. Чай, сам как-нибудь разберется, что ему делать, а что нет. Куда больше меня занимал вопрос, какова конечная цель плана Дэниеля. Ну вывел он на время своего отца из игры. А что дальше-то? Говоря откровенно, Артен предлагал вполне разумное решение проблемы. В результате Дэниель сохранил бы свою репутацию.