Мятежница - Марина Эльденберт

В следующий раз Кула создал животных, блуждающих у подножия вулканов, но история повторилась. Так было раз за разом, из шутки это давно превратилось в состязание. Тогда Кула спросил у вечно недовольного брата, чем ему так не угодили его творения. Чажж ответил, что все они ужасны и омерзительны. Если бы боги не вросли намертво в землю, то и вовсе подрались бы, но невозмутимый Пиру их рассудил. Он предложил беспокойным братьям договориться и создать то, что понравится им всем.

Богам идея приглянулась, и хотя совещались они долго, но слепили из глины первого человека и вдохнули в него свое пламя, огненную магию. Кула подарил ему душу, чистоту, стремление к жизни, а вот злобный Чажж наградил его силой, яростью и алчностью. Тогда мудрый Пиру тяжело вздохнул и подарил своему созданию разум, чтобы у него был выбор.

Так появился на свет первый князь Артана.

Впрочем, шутник Кула все-таки обманул своих братьев. Пока они спали, он слепил еще одного человека — прекрасную девушку в пару князю. Чтобы она согревала его, заботилась о доме, ну и чтобы дальше они создавали людей уже самостоятельно, потому что Кула был слишком ленив для этого.

Проснувшись утром, Пиру лишь покачал головой, а вот Чажж сильно разозлился. Он вскипел, раздулся и едва снова все не испепелил. Но вулкан не мог уничтожить женщину, не уничтожив мужчину, поэтому лишь наделил новое создание ревностью и завистью, а затем отвернулся от братьев. С тех пор они не разговаривают.

У артанцев было много легенд, но эта, о создании мира, нравилась мне больше всех.

Библиотека находилась в храме бога Пиру, что неудивительно, если знать о его мудрости. Внутри стены были гладкими, темными и без единого окна. Освещение дарило пламя подобное тому, что я видела в галереях и коридорах дворца, но самым ярким был столп огня в центре. Именно ему артанцы и возносили свои молитвы, он дарил тепло и поднимался ввысь, уходя сквозь круглую прорезь в крыше.

Несмотря на то что пламя было магическим, в храме все равно было жарко и душно, поэтому я наконец-то по-настоящему оценила легкость новой одежды. В нифрейских нарядах я бы вряд ли выдержала здесь и десять минут.

Нас встретили жрецы в желтых одеяниях. У служителей храма были одинаковые длинные, заплетенные в косы волосы, рисунки на тыльных сторонах ладоней, изображающие пламя, и бесстрастные лица. А еще, как объяснил Браден, все жрецы в храме Пиру давали обет молчания, чтобы сохранить свою мудрость. Созерцать бренный мир, но не вмешиваться. Он же рассказал, что большинство книг в библиотеке лишь переводы старинных текстов, которые сохранились на глиняных табличках. Жрецы всю жизнь посвящали тому, чтобы передать знания людям, сделать их доступнее.

Поэтому мою просьбу изучить книги об источниках выслушали и отвели к стеллажам, стоящим полукругом у стен храма. Маги и Мирру остались у входа, а вот Дара и Браден последовали за мной. Об уединении можно было забыть сразу, как и о самостоятельном выборе: фолиантов в храме оказалось столько, что я бы при всем желании не просмотрела их и за пару лет. Зато мне позволили забрать понравившиеся книги с собой.

— О каком наказании шла речь? — шепотом спросила у Брадена. В храме было так тихо, что разговаривать громко казалось неправильным.

— Князь назначает его за нарушение приказа, — спокойно ответил он. — Альферц своеволен, но лучшего воина просто не сыскать. И все же вам не стоит его бояться, он слишком предан князю, чтобы причинить вам вред.

Разговор о наказаниях всколыхнул в груди чувство вины.

— Извини, что тогда тебе досталось из-за меня.

— Нет, леди Амелия, вы тут ни при чем. — Браден улыбнулся. — За свои поступки отвечать только мне.

Я не успела ничего возразить. Со стороны проема, который служил входом в храм, прорычали:

— Где здесь княжеская невеста?

Рев прокатился эхом, отразился от стен. Назвать это голосом у меня просто язык бы не повернулся, и обладатель был ему под стать: не такой высокий, как Кейн, но широкий в плечах и очень смуглый. Вот только пугающим было совсем не это (я успела его рассмотреть, прежде чем мужчина шагнул из солнечного двора в темноту храма). Все лицо и выбритую голову покрывали тонкие серебристые узоры.

Он широким шагом направился в мою сторону, когда на его пути вспыхнула линия огня, а затем волна воздуха отбросила назад. Предупреждающая. Незнакомец пошатнулся, но все-таки устоял. Отнюдь не потому, что защита была слабой, просто он сам был очень силен.

Сердце заколотилось в груди, волна страха захлестнула меня с головой. Я вросла в землю, хотя сейчас мне отчаянно хотелось отступить, спрятаться, убежать. После случившегося в Каменном лесу магия пугала меня до дрожи, пусть рядом и находились стражи, кто будет защищать меня даже ценой собственной жизни.

— Принц Батул, вы не имеете права здесь находиться, — жестко произнес воздушный маг, а следом за ним раздался голос Брадена, совсем близко:

— Брат, ты что здесь делаешь?

— Пришел посмотреть на счастливую невесту Кейна и будущую правительницу Артана, — прорычал принц. — Обещанную мне.

Невеста? Обещанная?

Новая волна хлестнула принца, но это его не остановило, а только разозлило еще больше. С его рук потекла серебристая энергия, каплями собираясь в воздухе и превращаясь в пластину щита. Следующий удар приняла на себя сталь.

Металлическая магия! Подобное я видела в подземелье проклятых, когда мое тело облепили тонкие полупрозрачные, но прочные доспехи, похожие на те, что были на Кейне. Не сразу осознала, что доспехи вернулись и я не могу шевелиться как раз из-за них.

Батул шагнул вперед, и мы с ним оказались лицом к лицу. Темный взгляд впился в меня, и даже в полумраке я увидела, как жесткая уверенность сменяется недоумением и растерянностью.

— Ты кто такая? — успел спросить он, прежде чем на него обрушился огненный смерч, сбивший принца с ног и распластавший по земле.

— Она женщина князя Артана. — Огненный маг выступил вперед, заслоняя принца от меня или меня от принца. Батул не кричал, а значит, все еще держал щит. — И ты находишься на артанской земле, в артанском храме.

От осознания мощи огня мир перед глазами пошатнулся. В горле першило, меня мутило от духоты, а держаться на ногах позволяли разве что прочные доспехи.

— Прекрати, Альферц, — приказал Браден. — Мы действительно в храме, и я думаю, что вышла ошибка.

Смерч исчез так же быстро, как и появился, огненный маг нехотя отступил, но соединенные пальцы говорили о том, что он готов атаковать в любой момент. А вот доспех с меня стекал медленно, как лед тает на солнце.

Ухватилась за локоть оруженосца, чтобы не упасть. Теперь я точно знала, кто защищал меня в подземелье, но легче от этого не становилось.

Кто такой этот Батул? И почему решил, что я невеста князя, которую ему якобы обещали…

На глаза попался длинный рукав собственного платья. Синий!